Взрывоопасная классика: Сергей Безруков поставил Пушкина с эффектами
Премьерой музыкально-драматического действа «Капитанская дочка» в постановке народного артиста России Сергея Безрукова открылся II летний фестиваль губернских театров «Фабрика Станиславского». Для торжественного старта выбрали подмосковную усадьбу «Горки Ленинские» — место для Художественного театра символическое. В начале XX века ее приобрела вдова мецената Саввы Морозова, долгое время помогавшего основателю МХАТ и его труппе.
Для участия в фестивале традиционно отобрали коллективы, исповедующие систему Станиславского.
— По системе Станиславского обучают все театральные вузы страны, — поделился Сергей Безруков с «Известиями». — «Моя жизнь в искусстве» — настольная книга любого начинающего актера. А дальше начинаются разветвления, как и было во времена Станиславского, когда появились великие Таиров, Мейерхольд, Михаил Чехов, которые развивали театр в совершенно других направлениях.
При этом Безруков убежден, что основа, то есть само учение Станиславского, остается неизменной. Вначале нужно научиться ходить, считает он, а потом уже можно прыгать, кувыркаться через голову и так далее.
— К великому сожалению, мы, часто еще не научившись ходить, уже пытаемся заниматься эквилибристикой, — посетовал артист. — Сегодня потребность в живом театре колоссальная. Зрители в регионах предпочитают классические спектакли. Но не нафталиновые, а искренние, эмоциональные.
При этом Сергей Безруков уверен, что технический прогресс не делает менее важной подготовку актеров. Современный театр действительно пытается создать всеми доступными средствами ощущение реальности. Можно баловаться, придумывать сюжеты и пьесы, в которых используются, в том числе, голограммы. Но они никогда не заменят живого человека на сцене.
Говоря о программе фестиваля, Безруков посетовал, что сегодня очень сложно найти хороший актерский театр, где режиссер в первую очередь думает об артисте и пытается раскрыть его, а не выпячивает себя. Причина тому — в повальном увлечении условным и авангардистским театром. Впрочем, Петербург, представленный на фестивале несколькими коллективами, не изменяет традициям русского театра. Как, впрочем, и возглавляемый Безруковым Губернский театр. Доказательством тому должна была стать постановка «Капитанской дочки».
Играли артисты прямо под открытым небом в реальных декорациях небольшой деревушки. Вот Пушкин зажег огни и рассказал о том, как ему пришла идея написать «Капитанскую дочку». Вот растворились покосившиеся ворота и появился бравый Гринев, сбитый с дороги метелью. Затем он уже выпивает с Пугачевым... Если не обращать внимания на взлетающие со стороны Домодедово самолеты и зудящие над площадью квадрокоптеры, можно было почувствовать, что попал в екатерининские времена. Будто не спектакль смотришь, а поглядываешь за жизнью пушкинских героев.
Но Безрукову и этого показалось мало. Он пригласил конных каскадеров и пиротехников, которые из сцены взятия крепости устроили настоящий экшен под живую музыку Губернаторского оркестра. Всадники с факелами и саблями пускали кровь защитникам крепости (она до жути походила на настоящую), а ворота и вовсе подорвали, присыпав землей зрителей в первых рядах. Одним словом, Безруков показал, что такое реалистический театр. Теперь это предстоит сделать театральным коллективам из Екатеринбурга, Саратова, Перми, Минусинска и Санкт-Петербурга.
После спектакля министр культуры Московской области Нармин Ширалиева, видимо, как и все, потрясенная увиденным, среди прочих восхищенных слов выразила сожаление, что спектакль сыгран лишь раз. Но кто знает, вдруг в будущих сезонах зритель увидит «Капитанскую дочку» на сцене Губернского. Хотя эскадрон туда, конечно, не загонишь.
