Суть Линча: человек, показавший нам Твин Пикс и его обитателей
20 января 1946 года родился Дэвид Линч, автор «Твин Пикса», «Человека-слона» и «Малхолланд Драйва», живой классик, столп независимого кино и последний великий сюрреалист в истории искусства. Журналист Алексей Королев для «Известий» вспомнил, как Линч пытался изменить взаимоотношения зрителя и экрана и что из этих попыток вышло.
Игрок на нервах
Сосуществование с Дэвидом Линчем в одном культурном пейзаже сделалось столь привычным, что мы иногда не задумываемся о масштабе его личности. Между тем достаточно сколь-нибудь непредвзято обозреть мировую кинематографическую поляну 2019 года, чтобы понять, что Линч — едва ли не крупнейший из ныне живущих режиссеров, во всяком случае среди продолжающих актуальную творческую деятельность. При этом важно помнить о совершенно особенной роли, которую Линч — вероятно, никогда не стремясь к этому специально — играет в России. Здесь он стал первым независимым режиссером, получившим настоящую популярность, и во многом именно его фильмы определили само отношение русского зрителя к независимому кино.
Говоря о Линче, обычно сразу начинают с его кросс-функциональности. Понятно, что сценарии для всех своих фильмов (кроме уникальной для его творчества «Простой истории») он пишет сам. На всех последних полнометражных проектах выступает в роли саунд-дизайнера, а в молодости бывал и звукорежиссером. В дебютной же «Голове-ластике» Линч не только режиссер-сценарист-продюсер, но и монтажер, композитор и художник-постановщик. Перед камерой он чувствует себя так же уверенно, как за ней, хотя, за исключением «Твин Пикса», больших ролей старается избегать. Список его персональных выставок как живописца и фотографа давно перевалил за два десятка, в его дискографии — девять альбомов, в том числе три сольника. Для фильма «Шоссе в никуда» Линч разработал дизайн мебели и показал коллекцию на престижном шоу в Милане, а сравнительно недавно вместе с командой архитекторов создал проект ночного клуба в Париже («Силенсио» назван в честь одноименного заведения из «Малхолланд Драйва»).
Эту репутацию человека эпохи Возрождения Линч не то чтобы тщательно оберегает — скорее она поддерживается естественным путем. Но за всеми этими мебельными коллекциями и сольными альбомами важно помнить: Линч, возможно, последний режиссер такого масштаба, для которого кинематограф — это не способ социального высказывания, не чистое развлечение, не инструмент для онтологических высказываний. Кино Линча — это в первую очередь чистая нейрохирургия.
Криминальный талант
Разумеется, его главным художественным высказыванием был — и уже навсегда останется — «Твин Пикс». Линч (при всей убежденной нелюбви к голливудским мейджорам) никогда не боялся кинематографа жанрового — недаром его сватали (и почти сосватали, кстати) в постановщики шестого эпизода «Звездных войн». Он тогда отказался ради «Дюны», своего самого большого провала (который отсюда, из дали лет, провалом уже вовсе, кстати, не выглядит). Без хорошей криминальной интриги Линч с тех пор обошелся только в «Простой истории», фильме нарочито безыскусном, стоящем в фильмографии Линча особняком. А так — снимает ли фильмы, почти непостижимые для неподготовленного зрителя («Внутренняя империя») или куда более мейнстримовые («Дикие сердцем»), в них обязательно будет преступление — при этом почти всегда либо в итоге нераскрытое, либо вообще неважное для понимания смысла ленты.
Кадр из фильма «Твин Пикс»
«Твин Пикс» был снят для эфирного телевидения, что, с одной стороны, создало Линчу массу проблем (и обернулось в итоге закрытием проекта), а с другой — несомненно, помогло стать сериалу тем великим зрелищем, которое мы в итоге имеем. Принципиальный враг любых ограничений со стороны продюсеров, Линч здесь был вынужден смириться с естественными требованиями канала — и, как это часто бывает, кандалы пошли только на пользу. Величественная и по-настоящему страшная история обошлась без рек крови и даже по большому счету без пресловутого саспенса (не считать же таковым инфернальные прыжки Боба по потустороннему миру). Обыденность зла, его уютное сосуществование с миром совершенно обычных людей — сюжет не нов, но у Линча этот симбиоз показан через столь совершенно настроенную оптику отстраненного безумия, что от «Твин Пикса» и спустя почти 30 лет продолжает захватывать дух.
Йог смог
Линчевский сюрреализм — то единственное, что по-настоящему объединяет все его фильмы, от снобского «Человека-слона» до почти коммерческого «Твин Пикса» — это такая эстетическая данность, о которой пишущие о режиссере стараются лишний раз не упоминать. Как и всякий подлинный сюрреалист, Линч-режиссер долгое время имел репутацию едва ли не самого скучного человека в мировом кино. Он не любил паблисити, стеснялся давать интервью, избегал политических высказываний — да и вообще каких бы то ни было высказываний, особенно по поводу собственного творчества, разумеется. Всё изменилось 15 лет назад, когда Линч (всегда интересовавшийся медитацией) нанял в качестве персонального коуча не кого-нибудь, а самого Махариши Махеша Йоги (на тот момент уже глубокого старца), заплатил ему миллион и после месяца занятий превратился в одного из самых убежденных и влиятельных евангелистов трансцендентальной медитации. Новый Линч разъезжает по миру с лекциями не о кино, а о духовных практиках, заседает в советах директоров связанных с наследием Махариши организаций и вообще, кажется, чувствует себя более учителем, нежели творцом.
«Человек-слон», 1980 год
За это время он снял всего один полнометражный фильм — выморочную «Внутреннюю империю», в которой градус нарративного безумия зашкаливал даже по сравнению с «Шоссе в никуда», фильмом, ранее считавшимся образцом линчевской энигматичности. И когда почти всем уже казалось, что Линч-йог окончательно вытеснил Линча-режиссера, и готовились писать или читать итоговые монографии о его творчестве, тот вдруг вернулся с третьим «Твин Пиксом». Сериалом, в котором здорового сумасшествия было тоже хоть отбавляй — но был и весь фирменный Линч сразу: с невероятной фантазией, безукоризненной игрой на нервах, тысячью сюжетных линий и бесконечными вопросами, на которые нет и не может быть ответа. И хотя сразу после выхода сериала (как всегда, разделившего и аудиторию, и прессу примерно пополам) Линч заявил, что прекращает свою кинокарьеру, никто ему особенно не поверил, и, как выяснилось, видимо, не напрасно. В прошлом году режиссера несколько раз видели в офисе Netflix, компании, изменившей представление о том, каким может и должен быть телесериал. Что-то будет?
