Дух дышит, где хочет: в прокате новый фильм Ким Ки Дука
В прокате — новая работа Ким Ки Дука «Человек, место, время и снова человек»: название отсылает к одному из самых известных, программных киновысказываний режиссера «Весна, лето, осень, зима... и снова весна». Но если та лента апеллировала к буддистской безмятежности, помогающей одолеть земные страсти, то «Человек» обыгрывает христианские мотивы, выворачивая их наизнанку и предлагая парадоксальные толкования.
Начинается всё с того, что бывший военный корабль, наскоро переоборудованный под круизный лайнер, отправляется в увеселительное путешествие. Среди отдыхающих есть две влюбленные пары, группировка неопрятных гангстеров, несколько проституток и сенатор с сыном, которого давно раздражает карьера отца. На корабле быстро начинаются беспорядки. Сначала из-за «плохой» еды (Ким Ки Дук вольно цитирует «Броненосец «Потемкин»), потом — из-за девушек, денег, власти… Судно сбивается с курса, и теперь пассажирам придется выживать кто как умеет.
Фильмам Ким Ки Дука в России сильно повезло — работы корейского автора в нулевые активно показывали в кино и на видео. Это связано не только с фестивальной модой, хотя Ким Ки Дук регулярно оказывался в конкурсах больших киносмотров. Просто его персонажи жили в реальности, сильно напоминавшей нашу. Сутенеры, коллекторы, продажные политики, циничные солдаты издевались над своими жертвами, но путь к счастью, считал и считает Ким Ки Дук, все равно лежит только через беспредельное страдание. Только так можно уйти от мещанского, обывательского взгляда на жизнь и открыть в себе неизведанные духовные глубины.
Со временем фильмы Ким Ки Дука становились все более эстетскими, и популярность его пошла на убыль. Уже несколько лет Ким Ки Дук, оставаясь культовой фигурой, действительно интересен в России относительно небольшому числу зрителей, хотя именно в этот период у него вышли снискавшая «Золотого льва» «Пьета» и совершенно неожиданный мокьюментари «Ариран».
Такого, как в картине «Человек, место, время и снова человек», Ким Ки Дук тоже еще не делал. Форма здесь как будто пародирует трэш-хорроры, периодически, впрочем, заставляя зрителя сомневаться, пародия перед ним или надо всё это воспринимать серьезно. Интенсивность избиений, унижений, изнасилований и хладнокровных убийств здесь переходит все мыслимые пределы. Ошарашенную аудиторию ждет в буквальном смысле мясорубка, в которой мало кому удастся уцелеть. Курс зловещего корабля пролегает в самое жуткое пекло из возможных. Ким Ки Дук решил дать жару — и поджарил своих героев с корочкой, предоставив им самим догадываться, что и почему происходит на самом деле.
А на самом деле перед нами история человечества — будущая, прошлая, вечная. История с точки зрения Бога, который в фильме присутствует как персонаж, и в его юродстве среди всеобщего безумия нужно искать корни религиозного мировоззрения Ким Ки Дука. Кино — искусство наглядное, и режиссер предлагает взглянуть на библейские сюжеты, актуализируя их. Чтобы мы сначала ужаснулись, а потом поразились тому, как Дух дышит, где хочет, и насколько неведомы пути, которыми люди идут к единственно возможному для каждого из них исходу.
Про спасение Ким Ки Дук рассуждает с позиций средневековых католических учений. Спасение там, где самобичевание, стигматы и самораспинание, где очищает только особая и мучительная боль, а не вера или тем более любовь. В нее Ким Ки Дук, кажется, давно не верит — или верит, но ни за что в этом не признается.
