Балетная палеонтология: выставка в Петербурге возрождает работы Петипа
В рамках Года Петипа, посвященного 200-летию знаменитого хореографа, в Петербургском музее театрального и музыкального искусства открылась выставка «Петипа. Танцемания». В здании, которое прежде занимала Дирекция Императорских театров, демонстрируются экспонаты XIX века, позволяющие узнать о постановках мастера, не дошедших до наших дней.
«Волшебные пилюли», «Голубая георгина», «Ливанская красавица», «Камарго», «Приказ короля», «Царь Кандавл» — в этих названиях чувствуется аромат ушедшей эпохи, но материальные следы балетов крайне малочисленны. Фотографии, эскизы декораций, афиши, программки — своего рода образцы театральной палеонтологии, позволяющие воссоздать существо, которое когда-то было живым и дало потомство.
Главные сокровища выставки — оригинальные театральные костюмы из гардероба Императорских театров. Среди раритетов — костюмы, в которых выходили на сцену Матильда Кшесинская, Павел Гердт, Энрико Чекетти. В частности, один из залов посвящен «Дочери фараона». В роли принцессы Аспиччии Кшесинская не имела соперниц. Лиф, украшенный имитациями драгоценных камней, сохранился в подлинном виде, пачка реконструирована в наши дни.
Из множества балетов, сочиненных «русским французом», продолжают жить на сцене около 10. Эталонными образцами «стиля Петипа» считаются «Баядерка», «Спящая красавица», «Раймонда». Это основа академического репертуара, но также и неисчерпаемый источник для интерпретаций. В экспозиции можно увидеть артефакты, относящиеся к премьерным спектаклям, но не менее интересно следить за тем, как повлияли балеты Петипа на последователей, какой след оставили в искусстве ХХ века, как сегодня за наследие мастера борются ревнители исторической точности и защитники «права на редакцию».
В разделе, посвященном «Спящей красавице», представлены материалы из частного архива балетмейстера Сергея Вихарева, который выполнил грандиозную реконструкцию оригинального спектакля по хореографическим нотациям, и коллекция костюмов из разных версий балета. Пачка лучшей ленинградской Авроры Ирины Колпаковой (народная артистка СССР присутствовала на вернисаже) окружена колетами трех принцев: Константина Сергеева, Рудольфа Нуреева и Николая Цискаридзе. Французский Национальный центр сценического костюма из своих обширных коллекций предоставил для выставки костюмы, сшитые для этуалей балета Парижской оперы, танцевавших в «Спящей красавице» в редакции Нуреева: Принцесса Аврора — Ноэлла Понтуа, Принц Дезире — Сирил Атанасов.
Особый интерес представляет коллекция костюмов из «Спящей принцессы» — эту версию на основе спектакля Петипа поставил для Дягилева Николай Сергеев, а эскизы рисовал Леон Бакст. Спектакль шел в Лондоне в 1921 году — и, несмотря на успех, стал причиной серьезных финансовых проблем дягилевской антрепризы. Огромные затраты — для спектакля в парижских мастерских было заказано 300 нарядов — окупить не удалось, труппа покинула британскую столицу, реквизит остался в залоге, позже был продан несколькими лотами на аукционах и разлетелся по всему миру. В Шведский институт танца, который предоставил для петербургской выставки восемь моделей из своей коллекции, они попали из США. Роскошное платье Авроры из оранжевого бархата, колеты итальянского, французского и фламандского принцев и наряды придворных сохраняют подлинный дух дягилевских сезонов. Ощущение театральной тайны усиливает тюлевый занавес, который укрывает их от нескромных прикосновений.
