Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Успех в рок-н-ролле — это испытание на прочность»

Лидер группы «Мумий Тролль» Илья Лагутенко — о юбилее, старых альбомах и новых выразительных средствах
0
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Бедняков
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Сегодня Илье Лагутенко исполняется 50 лет, и в этот же день 35-летие отмечает его группа «Мумий Тролль», в нашей стране известная, возможно, больше, чем книга Туве Янссон. 16 номерных альбомов и десятки релизов, создание своего музыкального языка (перенять его пробовали многие, но ни у кого не получилось), защита амурских тигров — всё это в активе артиста. Накануне двойного рок-н-ролльного юбилея обозреватель «Известий» побеседовал с Ильей Лагутенко и расспросил о праздничном концерте, возобновлении фестиваля V-ROX во Владивостоке и новых музыкальных тенденциях. 

— В детстве я наткнулся на фразу: «Басисту The Rolling Stones идет к пятидесяти». Мне тогда показалось странным, как рок-музыканту может быть столько лет. Сейчас многие герои нашей с вами юности разменяли шестой, а то и седьмой десяток. У вас есть какое-то определенное состояние, навеянное этой датой?

— Это, конечно, забавно, что многие наши рок-кумиры 1970–1980-х не то что еще живы и не забыты, а вполне творчески амбициозны и радуют концертами, работой. Как же все-таки время расставляет свои акценты... Не перестаю этому удивляться! Помню все залихватские слоганы типа «Живи быстро — умри молодым», а теперь те же The Rоlling Stones стали примером того, как можно жить не медленно и быть в прекрасной форме. Рок-чудеса, да и только!

— В начале карьеры вы отчасти, как мне казалось, выстраивали свой имидж, манеру общения с прессой по неким западным образцам, ориентировались на людей, чьи записи слушали и чьи интервью читали. На каком этапе пришло понимание того, что вы сами уже стали объектом для подражания?

— Я не могу сказать, что мне приходилось выстраивать что-то подобное. Дело в том, что «Мумий Тролль» обрел широкую популярность в очень подходящее для себя время. Уже не было «совковых» формальностей, в которые надо было встраиваться, будь ты подпольный артист или самый что ни на есть официальный. Но еще и не сложились какие-то рецепты локального шоу-бизнеса.

Я мыслил всего лишь идеалистическими представлениями о рок-группах. Когда для тебя главное — сделать хороший альбом, а с остальным можно разобраться попутно. У нас в те времена не было доступа к бульварной прессе. Знания об артисте основывались непосредственно на музыке и фото с обложки пластинок. Это я и считал главным.

Что касается всей остальной деловой активности, то мне очень пригодилась работа переводчиком. Я много лет переводил переговоры на китайском и английском, и это был бесценный опыт налаживания общения очень разных людей.

— С успехом, популярностью, пожалуй, всё ясно. Что оказалось для вас самым большим разочарованием в тот момент, когда стало понятно, что «Мумий Тролль» — одна из главных групп страны и Рубикон перейден?

— Обманы, подлости, предательства и просто разгильдяйство и пофигизм отдельных в прошлом близких мне людей. Успех в рок-н-ролле — это большое испытание на прочность. В том числе физическое и моральное. Мне всегда казалось, что прорываться нужно не в одиночку, а «бандой». Но, к сожалению, приходится признать, что это еще более сложная задача. И часто единственный выход — брать на себя и ответственность, и решения. В общем, всё.

— Сейчас вы можете испытать тот же восторг, что посещал вас в детстве, когда вы слушали музыку или только начинали или даже готовились ее играть?

— Да, конечно. Вернее, я бы сказал, что у меня стало больше опыта в оценке своих эмоций, и если что-то по настоящему «мается» у меня или других, то я этому искренне радуюсь.

— Борис Гребенщиков, судя по его программе «Аэростат», не утратил восторженного состояния следопыта, ищущего новое. В его плейлистах соседствуют и совсем свежая музыка, и то, что уже стало классикой рока. Есть ли музыканты, которые остались с вами навсегда и в чьих давних альбомах есть что-то до сих пор необъяснимое для вас, как для музыканта?

— Интересный вопрос. Оглядываясь назад, я понимаю, что все свои любимые альбомы я до сих пор переслушиваю. С одной стороны, там обычный набор меломана прошлого века: Queen, Pink Floyd и т.д. Потом знаковые коллективы субжанров и разных времен — от Depeche Mode, Icehouse, Happy Mondays до наших «Аквариума» Бориса Гребенщикова и «Центра» Василия Шумова.

Необъяснимым всегда является то единственное настроение и мировоззрение артиста, которое получается выразить только ему и никому другому. Потому что он не такой, как все, — и не такой, как ты. Мне нравится, например, творческое наследие не очень известной российским меломанам группы Japan. Все альбомы у них разные, у всех участников есть сольные работы, они всегда на грани каких-то замысловатых экспериментов, но при этом очень близкие мне как слушателю.

— Несколько лет подряд вы проводили во Владивостоке фестиваль V-ROX, который уже, видимо, стал историей. Это произошло из-за отсутствия инвестиций или вы поняли, что сама идея донести хорошую музыку до слушателя и планы на то, чтобы ее больше стало в эфире, потерпели фиаско?

— С моими коллегами по V-ROX мы в этом году приняли непростое решение о приостановке деятельности фестиваля в том виде, в котором нам удавалось его проводить в течение пяти лет. Несмотря на успех фестиваля у публики и общественное признание, последние два года были связаны с непрекращающимися финансовыми трудностями. При этом мы отдаем себе отчет в том, как сложно развиваться Дальневосточному региону, несмотря на уникальное географическое положение, богатство природы и статус «порто-франко» у Владивостока. Очевидно, задуманный мною формат международного креативного форума и фестиваля в области творческих инициатив несколько опередил свое время.

Но, как говорится, нет повода вешать нос. Другие времена — новые формы. Сегодня уже есть вполне оформившиеся идеи и планы на V-ROX-2019. Думаю, что вместо формата городского праздника, который оказался очень ресурсозатратным, мы будем больше думать о точечных творческих событиях и формировании человеческого креатива Владивостока. Извините, выразился несколько витиевато, но предельно ясно для себя.

— Всё понятно. Как-то БГ сказал о «МТ»: дескать, ему нравится ваша музыка, но он не понимает, о чем вы поете. Вы весело заметили, что это добрая месть за бдения нашего поколения над альбомами «Аквариума». Как вы думаете, кто, кроме вас и БГ, стал создателем подобного или просто интересного вам музыкального языка?

—Я думаю, что мы все-таки тут меряем не чисто музыкальным языком, а как раз волшебством, когда удается органично и оригинально связать поэзию, музыкальное полотно и уникальное исполнение. И это никак не поддается так называемым каверам других исполнителей. Ну и, кроме того, еще и не вписывается в формат. То есть это очень личные и при этом выверенные логически вещи.

И тут, к сожалению, я признаю, что за последние 10 лет мне не удалось отыскать на родимых просторах нового исполнителя, который бы так прочно вошел со своими песнями в мою жизнь, как это сделало рок-подполье 1980-х. Ну, вот группа «Сансара» с Урала только, наверное.

— К определенному возрасту многие ваши коллеги уходят от привычных выразительных средств и ищут их в других жанрах. Макаревич играет джаз, Мазаев обращается к советской песне. У вас не возникало мысли сделать что-то подобное?

— Моя проблема в том, что эту страсть — «попробовать себя в разных жанрах» — я тяну через всю свою жизнь. Мне очень дорог проект КЕТА, это такой «электро-амбиентный романс» в моем понимании. Мы выпустили единственный альбом несколько лет назад. Но, конечно, груз популярности «Мумий Тролля» давит на слушателя.

Людям трудно воспринимать артиста в кардинально ином жанре. Для этого нужно время и упорство, причем и артисту тоже. Мне сейчас очень нравится, как молодые (и не только) музыканты переосмысливают инструментальную классическую музыку и джаз через применение новых технологий в звукозаписи и исполнении. Есть мысль сделать и такой проект.

— Если вы встречаетесь с явлениями, которые вам не близки (вспомним жаркие споры вокруг певиц Монеточки и Гречки), то сдерживаетесь и стараетесь не комментировать, чтобы вас не записали в «старики», или изучаете явление и используете какие-то находки?

— Я, в силу своего природного музыкального любопытства, внимательно слежу за новыми именами. Споры о каких-то тенденциях мне никогда не были интересны. Я больше поклонник того, что каждая попытка имеет право быть услышанной. И я пытаюсь помочь артистам в этом. Ту же Монеточку мы приглашали на один из первых V-ROX-ов.

Понимаете, самое интересное настает через определенное количество лет. Ну, знаете, истории из серии: «Помню, поехал я на каникулы в Ленинград, случайно познакомился с девушкой, пошли с ней на чью-то квартиру, там была вечеринка, и на кухне один кореец на гитаре играл, интересно так пел...» Понимаете, о чем я ? Это ж не купишь за деньги...

— В связи с датой от вас наверняка требуют не зажать день рождения. Отметите концертом или уедете куда подальше от друзей, гостей, поклонников?

— Вот уже много лет я предпочитаю отмечать какие-то личные события не в шумной компании, а в узком семейном и дружеском кругу. И нам, поверьте, всё равно, где быть — лишь бы вместе. А гостей и поклонников мы будем рады видеть 23 декабря. Устраиваем концерт и презентацию книги «Вахтенный журнал» в формате фанбук. Это сборник интересных историй, происходивших с поклонниками группы и связанных с творчеством «Мумий Тролль». Книга написана нашими поклонниками и издается с помощью краудфандинга. А в программе предновогоднего концерта — хиты, поздравления и хоровое пение: вспоминайте слова любимых песен и приходите подпевать нам.

Справка «Известий»

Илья Лагутенко окончил Дальневосточный университет по специальности «Страноведение».

Срочную воинскую службу прошел на Тихоокеанском флоте. В 1983 году организовал группу «Мумий Тролль». Снимается в кино. Почетный гражданин Владивостока. Представитель России в Международной коалиции по защите тигров.

 

 

Прямой эфир