Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«У России есть герои, которых мы должны культивировать»
2018-07-20 12:32:18">
2018-07-20 12:32:18
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Очередной сезон на Малой сцене Театра Наций откроется премьерными показами спектакля «Утопия» в постановке Марата Гацалова. Одну из главных ролей — столичного бизнесмена родом из лихих 1990-х — играет Андрей Соколов. «Известия» встретились с народным артистом.

— В конце сезона «Утопия» уже стала достоянием зрителей. Вы почувствовали, что в героях они узнали себя?

— Отзывы разные. Для большинства рассказанная история оказалась узнаваемой, актуальной, интересной. Но сейчас еще рано делать выводы — спектакль только рождается. Он заживет своей жизнью уже в следующем театральном сезоне.

— Не боялись, что внешняя красота постановки заслонит собой неприглядную реальность, которую описывает пьеса?

— Такая опасность была. Но на первых же репетициях мы нащупали конфликт между внешним и внутренним содержанием спектакля. Мне кажется, именно к нему, а не к внешней оболочке, притягивается зрительское внимание. Нас задевает то, что нам близко, чем мы живем. И мой герой, и житель глубинки Леха желают возвратиться в прошлое. Настоящим вообще мало кто из нас живет — мы надеемся на светлое будущее, пролетаем настоящее и вспоминаем о прошлом. Я и сам этим грешен.

Сцена из спектакля «Утопия»

Фото: пресс-служба Театра Наций/Мария Зайвый

1990-е годы — сложное время. Я потерял многих своих друзей, потому что мы в то время занимались серьезным бизнесом. Вопросы, которые поднимаются в спектакле, очень мне знакомы. Как и герои постановки, я вспоминаю те годы с ностальгией. Это была юность, крылья еще не были обрезаны, были амбиции, какая-то безответственность — ты никому ничего не был должен, отвечал только за самого себя. Мы рисковали и не думали, чем чреваты те или иные вещи… Совокупность вышеперечисленных факторов дает тебе возможность быть счастливым. Когда тебе нечего терять и ветер в голове — это здорово!

Этот спектакль про нас, про то, что каждому из нас дорого. Мы все стремимся вернуться туда, где нам было хорошо. Прошлого с годами становится всё больше, и ты невольно начинаешь ценить вчерашний день, понимая, что он, возможно, и был самый классный, но ты просто прошел мимо.

— Какие моменты из прошлого чаще всего вспоминаете вы?

В свое время я строил Байкало-Амурскую магистраль. За окном минус 40, мы спали в палатках на матрасах, а укрывались другими матрасами. За ночь они покрывались коркой наледи, которая крошилась утром, когда дежурный нас будил. Я вспоминаю это время с удовольствием.

Вспоминаю, как купил свою первую машину в 18 лет. Я был козырный — проехал на ней весь Советский Союз. Тогда не было камер на дорогах, ездил с бешеной скоростью. Мог позавтракать в Москве, пообедать в Питере, а на ужин отправиться в Киев или Прибалтику. Однажды я доехал до Питера за пять с половиной часов — учитывая состояние дорог в те времена, это был рекорд. Мною правили безответственность и бесшабашность.

— Качества, которыми вы больше не можете «похвастаться»?

— Знания и опыт — это груз, с ним надо уметь работать и жить. Сегодня мне не нужно даже разговаривать с человеком — я его с ходу считываю. Я понимаю, что так же в свое время считывали меня, когда я был весь такой расфуфыренный, пальцы веером. Но тогда это оправдывалось молодостью, незнанием, искренностью. Когда человек искренний, ему очень многое прощается, даже в каких-то негативных вещах. А вот лицемерие не прощается никогда. Мой герой в «Утопии» тоже искренен в своем духовном порыве, поэтому, надеюсь, зритель сможет его понять и оправдать.

— Поговорим о кино. Поступают интересные предложения от режиссеров?

— Предложения поступают регулярно, но мне как актеру пока ничего не приглянулось. Буквально вчера получил очередной сценарий. Читаю и думаю: «Что я буду здесь играть? Опять всё то же самое». В таких случаях я отказываюсь, наперед знаю, что не получу от однотипной работы удовольствия. Ну, да, заработаю денег, ведь актерство — это все-таки еще и профессия.

Андрей Соколов на церемонии открытия 40-го Московского международного кинофестиваля

Фото: РИА Новости/Екатерина Чеснокова

Я сейчас работаю над запуском очередной полнометражной картины в качестве режиссера. Буду снимать психологический боевик с условным названием «Выжившая». Если говорить в двух словах, это история о том, как наши дети попадают в террористические сообщества. Одна из самых непростых тем в моей режиссерской фильмографии.

— Для себя оставили роль?

— Пока не знаю, буду ли играть сам. Может, только какой-нибудь эпизодик, и то если режиссер утвердит (смеется). Кастинг еще идет. Пока утверждены на роли Милош Бикович, Катя Шпица и Саша Лазарев. Лазарев снимается во всех моих картинах.

— В вашей актерской фильмографии более 100 работ. Какие из них стоит увидеть?

— Если я начну их перечислять, нам с вами не хватит времени (смеется).

— Обычно ваши коллеги считают выдающимися не более пяти-семи фильмов.

— Я понимаю, о чем вы. С одной стороны, это нормально, потому что поначалу артист готов сниматься везде. Это хорошее качество. Но тут важно вовремя отдать себе отчет в происходящем. Когда у тебя появляется некий опыт, ты начинаешь разбираться в материале и уже не должен соглашаться на всё. Иначе неизбежно придешь к ситуации, когда из 100 сыгранных ролей по-настоящему хорошими будут лишь пять-семь.

С другой стороны, здесь кроется серьезное противоречие. Наряду со своей избирательностью артист просто обязан что-то делать, чтобы не уйти из профессии, чтобы о нем, образно говоря, не забыли. Это тонкая грань, можно всю жизнь гордо прождать и уйти в небытие. Такое тоже бывает. Сразу начинаешь думать о том, почему некоторые, извините, снимают штаны и к Красной площади себя гвоздями прибивают.

Кадр из фильма «Искусство жить в Одессе»

Фото: РИА Новости/Галина Кмит

Искусство в этом плане — жесткая штука. Здесь нужно иметь силы принимать решения, никто за тебя этого не сделает. В оправдание артистов могу сказать, что когда мы соглашаемся на работу, то свято верим, что она будет лучшей.

Да, в моей фильмографии есть знаковые картины: «Маленькая Вера», «Охота на асфальте», «Чайка», «Смерш». Фильмы Виктора Сергеева: «Палач», «Странные мужчины Семеновой Екатерины». Как не вспомнить «Искусство жить в Одессе» — лучший фильм Георгия Юнгвальд-Хилькевича! Там такая атмосфера, такие актеры, такая команда, Градский такую музыку написал... Но у меня таких плевков в вечность было достаточно много.

— Появляются ли сегодня фильмы, способные пополнить багаж киноклассики, которую захочется пересматривать?

— «Память осени» (фильм Андрея Соколова с Инной Чуриковой в главной роли. — «Известия») будут пересматривать (улыбается). Да, действительно, в кинематографе есть проблемы. Наше бытие определяет сознание. Наверное, фастфудизация мозгов, которую мы наблюдаем сегодня в кино, неслучайна.

Если у человека нет цели и понимания, во имя чего он работает, вряд ли получится что-то достойное. Идеология может быть разной, но важно помнить одно: то, какими вырастут наши дети, напрямую зависит от нас. И, как следствие, от того, какими они вырастут, зависит облик нашей страны через 15–20 лет. Закладывать этот фундамент надо сейчас.

— Мы плавно подошли к проблемам детского кино.

— Да, я сейчас вплотную занимаюсь этой темой. Убежден: чтобы вырастить новое поколение достойных молодых людей, нужно вкладывать средства в детское кино. Но сегодня, чтобы фильм окупился, он должен быть очень зрелищным, иначе дети просто не пойдут в кинотеатр. На такой фильм нужен серьезный бюджет — не менее 200 млн рублей. У нас же на детское кино Минкультуры дает не больше 30 млн — сумму, на которую современный, интересный зрителю фильм не снимешь.

Андрей Соколов призывает вкладывать средства в детское кино

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

В СССР кино приносило колоссальные прибыли. Механизм работал. Я уверен, что налоги, которые платит отечественное кино, должны многократно отличаться от налогов зарубежного. Свой товар ближе к телу. С другой стороны, кто бы что ни говорил, в основе основ должна лежать идеология. Без этого никуда.

— На фильмы вне идеологии гранты не выделяют?

— Без идеологии не тот контент получается. Например, по заказу «Диснея» был снят фильм «Последний богатырь», где русский герой Добрыня Никитич был выставлен отрицательной фигурой. Снято круто, зрелищно, но идеология не наша. Купив наши мозги за определенную сумму денег, нам навязывают другую точку зрения, неправильную, как мне кажется. У нас есть свои герои, мы должны об этом помнить, должны их культивировать.

— Кино может представлять идеологическую опасность?

— Каждый случай надо обсуждать индивидуально. Но в целом, надо быть осторожными. Чужая идеология пытается проникнуть к нам разными каналами и способами, не только через кинематограф. Вспомните скандал с учебниками для начальной школы, в которых детей собирались учить гигиене секса. А история с надписями «родитель 1» и «родитель 2»? Вы бы хотели, чтобы ваши дети ходили в гости к однокласснику, у которого был бы родитель 1 и родитель 2? Я — нет.

Сейчас произошла какая-то дикая подмена понятий. Всё у нас держится на каких-то «чуть-чуть». Есть однополые пары, пусть будут. Но зачем это культивировать? Существует, например, порнография, о которой все знают. Но никто же не предлагает рекламировать ее на каждом углу, чтобы больше заработать.

Андрей Соколов выступает на открытии XII Международного фестиваля «Великое русское слово»

Фото: ТАСС/Сергей Мальгавко

Все мы проходим через искушения, испытания и пороки. Главное, чем стоит руководствоваться в принятии решений, желаешь ты этого самому себе и своим близким или нет. Наша цель — сохранить наше сознание и человеческие ценности. В России они пока что нормальные. У нас огромная страна, сильная своей самобытностью. Мы не должны передирать через кальку зарубежный опыт. У нас это не будет работать, мы другие.

— Когда-то вы рассказывали в интервью, что живете как робот: ничего не читаете, кроме сценариев, никуда не ездите, кроме как по работе, и забыли, когда в графике случались дни безделья.

— Было такое. Сейчас я разрешил себе от многого отказываться. Теперь стараюсь заниматься тем, чем мне хочется.

— Потому что всех денег не заработаешь?

— Потому что меняются мои ценности, я по-другому смотрю на жизнь. Я стал иначе относиться и к самому себе, и к друзьям, к своему времени и даже к окружающему пространству. Теперь мой главный приоритет — больше ценить жизнь. 

— Раз у вас наконец-то появилось время для себя, расскажите, как вы его проводите.

— У меня есть традиция: на день рождения мы с друзьями сматываемся на Капри. Рыбалку и охоту никто не отменял.

— Вам, привыкшему жить в движении, тяжело было перестроиться с вечного цейтнота на более спокойный режим?

— Это пришло само собой после смены приоритетов. Самое сложное, как оказалось, — это хотеть жить. У меня были разные этапы. Иногда приходилось говорить себе: «Ножками, пока ходи ножками». А порой вообще не мог себя поднять в течение года, и ничего не мог с этим поделать.

— Судя по вашему счастливому лицу, апатию вы побороли. Поделитесь рецептом?

— Когда ничего не хочется и всё кажется пустым и никчемным, полезным будет себе напомнить: уныние — один из самых страшных грехов. В такой момент важно схватить себя за волосы и не упасть лицом в салат. А если уж падать, то только с людьми, которые это поймут.

Справка «Известий»

Андрей Соколов в 1986 году окончил Московский авиационно-технологический институт, в 1990-м — Театральное училище им. Б.В. Щукина и был принят в труппу театра «Ленком», где служит по сей день.

В 1998-м завершил образование на Высших курсах сценаристов и режиссеров. Снялся в более чем в 100 картинах, в числе которых «Маленькая Вера», «Наш человек в Сан-Ремо», «Бездна — круг седьмой», «Предсказание», «Несут меня кони», «Линия защиты», «Время любить», «Оттепель» и другие.

 

 

Загрузка...