На экраны России 7 июня выходит «Мир Юрского периода 2», второй фильм возобновленной истории о населенном динозаврами парке развлечений на острове Исла-Нублар. Оригинальный «Парк Юрского периода» Стивена Спилберга появился ровно четверть века назад — и, как выясняется, в отношении к динозаврам с тех пор многое изменилось. Подробности выяснял портал iz.ru.
Страшное дело
«Ужасные ящеры» (как переводится с древнегреческого слово «динозавры») очаровали кинематографистов едва ли не сразу, как только стало ясно, что новый волшебный вид искусства позволяет показывать не только прибытие настоящего поезда и ненастоящих, но всё же существующих в какой-то реальности грабящих его бандитов, но нечто вовсе невиданное. Жорж Мельес поразил зрителей рассказом о путешествии на Луну; однако ж не менее захватывающей была идея напугать — например, жившими в незапамятные времена зубастыми монстрами размером с дом. И в 1914 году динозавры дебютировали на большом экране — в 33-х минутном фильме Дэвида Гриффита «Первобытный человек». Как ясно из названия, на большую историчность картина не претендовала — впрочем, отправлять наших далеких предков охотиться на динозавров стало с того раза доброй традицией.
Кадр из фильма «Затерянный мир»
В «Затерянном мире» (1925 год) Гарри Хойта решение, как совместить в кадре homo sapiens и динозавров, сохраняя при этом некоторую наукообразность, было найдено — благодаря, разумеется, Артуру Конан Дойлю, по роману которого поставлен фильм. Если уж нашим праотцам не суждено было встретиться с динозаврами, то пускай рептилии доживут до наших дней (кстати, согласно современным научным воззрениям, они всё же дожили — как показывают исследования, современные птицы — прямые потомки пернатых динозавров и, собственно, сами являются таковыми). Уровень спецэффектов в немой черно-белой картине был настолько высок, что многие зрители добросовестно полагали, что ушлые киношники впрямь разыскали где-то в джунглях трицератопсов и бронтозавров (не будем забывать, что со времени, когда люди в панике выскакивали из зала при виде несшегося на них с экрана паровоза, прошло каких-то три десятка лет).
Следующие поколения зрителей были уже не столь доверчивы, а динозаврами их пичкали с завидной регулярностью, так что где-то к концу 1970-х годов тема доисторических чудовищ окончательно переместилась в область кинематографа категории Б. Из числа выдающихся примеров можно вспомнить имевшую феноменальный успех в советском прокате и практически неизвестную на родине японскую «Легенду о динозавре и чудовищной птице» (1977 год, в отечественном прокате птица из названия куда-то потерялась) и ставшую отчасти культовой американскую «Дикарку-нимфоманку в аду у динозавров» (1990 год).
Кадр из фильма «Парк Юрского периода»
На этом фоне появление в 1993 году спилберговского «Парка Юрского периода» было настоящим откровением: динозавры и впрямь получились как живые (что неудивительно: на каждый кадр с компьютерными монстрами уходило от 2 до 6 часов работы!) и на диво страшные. И если в первых двух фильмах франшизы, благодаря прекраснодушию Спилберга, к тварям иногда можно было почувствовать даже какое-то сочувствие — в конце концов, не по собственной воле вновь появились они на Земле — то в третьем «Парке» динозавры явились уже какими-то абсолютными порождениями Хаоса, ячейкой чешуйчатых террористов, затаившихся в джунглях в ожидании двуногих жертв из цивилизованного и упорядоченного мира. А с такими, ясное дело, разговор бывает короткий, и с применением автоматического оружия.
Пугливые монстры
Динозавры основательно заняли место в массовом сознании как идеальная метафора абсолютного, хтонического ужаса, не подчиняющегося человеческой воле (даже когда эта воля и стала причиной их появления в мир). Как удачно заметил когда-то известный российский публицист Максим Соколов, неожиданно выступивший в непривычном амплуа кинокритика, «любить динозавров и трудно, и необязательно — это даже всякий член общества покровительства животных подтвердит». Сказано верно (антропоморфные умильные «динозаврики» из многочисленных мультфильмов к нашей истории отношение всё же имеют весьма косвенное), поэтому возвращение «ужасных ящеров» на экран в «Мире Юрского периода» было воспринято всеми на ура. Сварливые ремарки палеонтологов, что большинство показанных в фильмах серии животных водились всё же вовсе не в Юрском, а следующем за ним Меловом периоде, и что представления Голливуда о внешнем облике динозавров остаются на уровне знаний времен Гриффита и Хойта (велоцирапторы были покрыты перьями, так что напоминали огромных куриц; ни реветь, ни корчить гримасы динозавры точно не умели по причине отсутствия необходимой мускулатуры, дрессировать их было бы крайне затруднительно — по уровню интеллекта их, видимо, опережали даже некоторые рыбы, и так далее) остались, как и следовало полагать, без особого внимания. В конечном счете, «Юрская» серия призвана развлекать, а не нести в массы научное знание — да и кто его знает, как отнеслись бы зрители к пернатым динозаврам, когда всю жизнь их убеждали совершенно в другом?
Кадр из фильма «Мир Юрского периода»
Но действительно неожиданным стало другое: хотя динозавры в первом «Мире» были по-прежнему огромные и, как бы сказать помягче, несимпатичными, создатели фильма явно подталкивали к мысли, что, как ни крути, и эти твари заслуживают снисхождения, а то и искренней любви (ну кто сможет устоять перед уморительно кривляющимися велоцирапторами, семенящими за дрессировщиком, словно собачки). Но всё же по-прежнему от динозавров приходилось спасать людей — в новом же фильме, напротив, спасают динозавров (как от стихийной катастрофы, так, собственно, и от алчных разумных двуногих). И всё бы хорошо — в конце концов, кто будет возражать против пропаганды защиты природы — да вот только динозавров в реальности не существует, в отличие от касаток, львов, собачки Хатико и Белого Бима Черное Ухо. У чудовищных монстров отняли их мифологическую составляющую, низведя их до передачи «Ребятам о зверятах», а отношения между разумным и иррациональным (как то, в принципе, было в оригинальном «Парке») до инвективы героя старого советского мультфильма, «мужичок, вы пошто животину тираните?»
Сила любви
Тиранить животину, безусловно, нехорошо, но всё же к динозаврам, а равно иным киномонстрам это вроде бы раньше не относилось: не потиранишь, так сожрут / растопчут. Но, как объяснил сценарист и продюсер «Мира Юрского периода 2» Колин Треворроу, фильм на самом деле «о нашей ответственности перед живыми существами, с которыми мы живем на одной планете». Кто бы возражал, да только ради прекраснодушной политкорректности у нас, зрителей, отнимают любезные сердцу и укоренившиеся в сознании поводы побояться (а ради чего еще ходить на фильмы о монстрах?) — достаточно вспомнить недавний «Ремпейдж», в котором герой Дуэйна Джонсона озабочен спасением топчущую родную Америку гигантской гориллы. Впрочем, нельзя не заметить, что такое поведение полностью вписывается в нынешнюю парадигму поведения западного общества: чуждые элементы (а динозавры, как ни крути, не принадлежат нашему миру) надобно понять, принять и, по возможности, ужиться с ними, даже если интегрироваться в наш уклад жизни они не желают.
Кадр из фильма «Мир Юрского периода 2»
С таким подходом совершенно не исключено, к примеру, продолжение саги о Чужих, в котором люди будущего самоотверженно спасают яйца ксеноморфов и добровольно сдаются в качестве пищи для личинок — любая жизнь во Вселенной священна. Пока такой сценарий кажется эксцентрически фарсовым, но кто знает — собственно говоря, во всех сериях «Чужих» неуязвимым чудовищем восторгались; правда, по сюжету восторги испытывали лишь алчные бизнесмены из корпорации «Вэйланд-Ютани». По крайней мере, отхватившая четыре «Оскара» «Форма воды» Гильермо дель Торо предлагает возлюбить монстра таким, какой он есть — без традиционного для сюжета о красавице и чудовище перерождения в прекрасного принца (красавица, впрочем, тоже так себе).
Но, конечно, хочется надеяться, что фабриканты иллюзий всё же сжалятся и вернут нам динозавров (а равно и других природных монстров) старого образца — злобных, с зубами и без лишних сантиментов. Которых можно будет смело бояться, зажав в темноте кинозала ведерко с попкорном, словно запасной диск к пулемету.
