Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Американцы восемь лет воевали в Ираке и ничего не добились»

Начальник Академии Генштаба — об изучении сирийского боевого опыта и престиже российского военного образования
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Бывший командующий войсками Цент­рального военного округа генерал-полковник Владимир Зарудницкий в прошлом году возглавил Военную академию Генштаба. До этого генерал прошел боевую стажировку в Сирии. Он рассказал «Известиям» о задачах учебного заведения и изучении ближневосточного боевого опыта.

— Академию Генштаба нередко называют кузницей генеральских кадров. Какие задачи решает главный военный вуз?

— Это ведущая военная школа России в полном смысле этого слова. Она готовит руководителей высокого ранга и широкого профиля, способных системно подходить к решению практически любых проблем в области обороны и военной безопасности государства. Мы формируем у офицеров и государственных служащих способность мыслить глобально, в стратегическом масштабе и принимать обоснованные решения.

К нам приходят офицеры, генералы, служащие федеральных органов исполнительной власти, которые уже приобрели определенный образовательный уровень, имеют, как правило, высокий статус. Все без исключения слушатели академии в ходе предыдущей деятельности проявили себя как одаренные и талантливые командиры и руководители. У многих за плечами боевой опыт. Однако дальнейшее их продвижение по служебной лестнице требует знаний и компетенций в области национальной и военной безопасности, обороны страны. Наша задача — обеспечить выполнение всех требований, которые предъявляются к руководителям высокого ранга.

Офицеров академия готовит для командования оперативными и стратегическими межвидовыми объединениями, для работы в штабах и в центральных органах военного управления. Не менее важная задача возложена на академию по подготовке госслужащих, занимающих ответственные посты в правительстве, министерствах и ведомствах, региональных органах власти по вопросам обеспечения обороноспособности. И мы с успехом справляемся с этой задачей. В академии учиться сложно, но интересно.

— За рубежом есть такие вузы?

— Похожие есть. Но без ложной скромности могу сказать, что среди ведущих военных вузов мира у нас нет конкурентов по уровню всесторонней подготовки слушателей. Безусловно, военные учебные заведения США, Великобритании, Франции, Италии, ФРГ, других ведущих государств обеспечивают достаточно высокий уровень подготовки офицеров, но в основном — лишь на тактическом уровне. Дальнейшая их подготовка осуществляется либо в ходе сборов продолжительностью от одного до двух месяцев, либо на курсах повышения квалификации — от недели до месяца. И то, как правило, только при новом назначении. Верх подготовки за рубежом — основы оперативного искусства, не более.

Мы же даем фундаментальные знания в области обеспечения национальной и военной безопасности, государственного и военного управления, стратегии и оперативного искусства. Формируемый в академии базис позволяет нашим выпускникам решать широкий круг задач, что не раз подтверждалось и на полях сражений, и в мирной жизни.

— Как академия внедряет сирийский опыт в программы обучения?

— Фактически с первого дня операции в Сирии идет изучение и обобщение форм и способов применения войск, вооружения. Впервые в истории группировка ВКС России выполняла задачи на удаленном театре военных действий. В ее составе к решению задач были привлечены межвидовые силы. Основные усилия были направлены на поддержку правительственных войск Сирии в борьбе с незаконными вооруженными формированиями. Полученный опыт внедрен в подготовку войск и образовательный процесс академии. Слушатели изучают такие вопросы, как планирование применения группировок и переброски войск на большие расстояния, всестороннее их обеспечения, управление в ходе боевых действий.

Среди других актуальных задач — научная проработка форм и способов применения межведомственных группировок войск, повышение качества оперативно-стратегической маскировки, совершенствование территориальной обороны. Особое значение приобрело исследование и внедрение новых форм гуманитарных и миротворческих операций, действий по примирению враждующих сторон. В этом направлении накоплен богатый опыт, и он, безусловно, также внедряется в образовательной деятельности и практике Вооруженных сил.

Новые подходы к организации межведомственного взаимодействия, развитие стратегии и оперативного искусства требуют быстрого реагирования на все новшества. Именно поэтому академии предоставлено право самостоятельно утверждать образовательный стандарт.

— У вас учатся иностранные специалисты?

— Да. Сейчас в академии обучаются военнослужащие из 17 стран. Из них 25 офицеров из государств ОДКБ — Армении, Казахстана, Киргизии, Белоруссии. Многие страны весьма заинтересованы, чтобы их офицеры прошли у нас обучение. Такие базовые знания вряд ли могут предоставить военные вузы других стран.

— Страны ОДКБ заинтересованы в изучении сирийского боевого опыта?

— Взаимодействие военных ведомств стран ОДКБ в этом вопросе активное. Все прекрасно понимают: то, что случилось в Сирии, может произойти и в других регионах. Потерпев поражение в Сирии, уцелевшие боевики возвращаются туда, откуда пришли. Значительная часть — в Афганистан. Что они там сейчас делают? Пока остается только догадываться. Может, отдыхают. Но, мне кажется, это маловероятно. Скорее, они проходят дополнительную подготовку.

Страны ОДКБ очень заинтересованы в изучении, обобщении и внедрении нашего сирийского опыта. И мы им делимся. Например, в конце прошлого года в Таджикистане прошли учения, в сценарии которых нашел отражение сирийский опыт. Эта война принесла в военную практику много нового. Например, массированное применение беспилотников, широкое использование «джихад-мобилей» и террористов-смертников. Надо учиться противодействовать таким угрозам.

Россия — единственная страна, которая может предоставить другим государствам ОДКБ современный реальный опыт разгрома хорошо оснащенных группировок террористов. Американцы за восемь лет, что воевали в Ираке, ничего там не добились. В Афганистане до сих пор войска НАТО, а ситуация там не улучшилась. Борьба западных стран с терроризмом везде эпизодическая. Ничего не было доведено до конца. Это их характерная черта. Мы же в Сирии доказали высокую эффективность нашей группировки и российского оружия.

 

Читайте также
Прямой эфир