Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Это история о несомненной пассионарности»
2017-11-29 14:22:06">
2017-11-29 14:22:06
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В пятницу, 8 декабря, в Москве откроется выставка «Владыки океана. Сокровища Португальской империи XVI–XVIII вв.». Экспозиция, посвященная истории одной из величайших мировых империй, будет расположена в выставочных залах Успенской звонницы и Патриаршего дворца в Кремле. Портал iz.ru побеседовал с одним из кураторов проекта, заместителем директора Музеев Московского Кремля, доктором исторических наук Ольгой Дмитриевой о роли пассионарности, отправной точке глобализации, синкретическом искусстве и межкультурном диалоге.

— Ольга Владимировна, чем важна эта выставка Музеев Кремля? Чем, на ваш взгляд, она будет интересна москвичам и гостям столицы?

Ольга Дмитриева, заместитель директора Музеев Московского Кремля, доктор исторических наук

Фото предоставлено пресс-службой Музеев Кремля

— Этот проект не связан с каким-либо юбилеем. Это часть нашей более широкой программы, в рамках которой мы последовательно знакомим публику с историей и культурой европейских держав в моменты их наивысшего расцвета. Когда очередь дошла до Португалии, мы решили сосредоточиться на эпохе, в которую эта страна играла ключевую роль в мировой истории.

Именно португальцы в конце XV в. положили начало эпохе Великих географических открытий, в результате которых радикально изменилась картина мира, сложилась новая глобальная система экономических, политических и культурных связей. В сущности, та система координат, которой мы пользуемся по сей день. Настолько резонансного, по-настоящему переломного периода мы никогда не затрагивали.

Проект получился интернациональным. В его реализации приняли участие наши португальские, испанские, английские коллеги, а также Эрмитаж, ГМИИ им. Пушкина и Музей Востока.

История Португалии — яркий пример того, как небольшая, не очень густонаселенная страна, вдобавок запертая на крайнем западе Европы, страна, смотревшая на океан, в который было довольно бессмысленно плыть, за несколько десятилетий совершила величайший рывок. Это история о волевых усилиях правителей и о несомненной пассионарности народа. Португальцы первыми из европейцев вышли в открытый океан, преодолевая страхи и уходя от знакомого берега, не зная наверняка, куда они плывут.

Они первыми совершили массу открытий в Атлантике, исследовали побережье Африки, вышли в Индийский океан и нашли путь в Индию — легендарную страну сокровищ. Это уже подвиг, но португальцы двинулись дальше и добрались до Индонезии, Китая и Японии. Причем всё это за несколько десятилетий.

Они оказались первыми европейцами, которые связали между собой бассейны Тихого, Индийского и Атлантического океанов. С этого момента мы можем говорить о складывании мировой торговли, о первой фазе глобализации.

Португальская морская империя формировалась в ходе торгового обмена. Она базировалась не на захвате территории, а на создании морских баз для контроля над морскими путями. Португальцы занимались прежде всего торговлей. И вот эта часть истории нам очень интересна.

Португальцы привезли в Индию и Китай предметы собственного быта, порой совсем незамысловатые — ткани, мебель и пр. И ремесленники, мастера из Японии, Китая, Индии, стран Африки воспринимали эти формы и, творчески их перерабатывая, создавали собственные варианты. Здесь мы впервые сталкиваемся с феноменом целенаправленной работы на экспорт: формы европейской мебели начинают с модификациями воспроизводиться в странах юго-восточной Азии и экспортироваться обратно в Европу. Но они изготовлены уже в совершенно иных техниках. Там использован лак, перламутровая инкрустация, редкие породы дерева и другие экзотические материалы.

И вот так вполне обыденно возникает то, что мы сегодня называем синтезом культур. Наша экспозиция позволяет очень наглядно это продемонстрировать.

Кувшин с гербом Кастилии и Арагона. Лиссабон, около 1630–1650 г. Фаянс

Фото: Museu Nacional de Arte Antiga /José Pessoa 2003

В качестве примера возьмем китайский фарфор. Когда португальцы достигли Китая, они очень высоко оценили бело-синий фарфор, начали активно его вывозить. А китайцы быстро поняли, что это очень прибыльный товар, и начали подстраиваться под вкусы европейцев, украшали свои изделия европейскими гербами, христианской символикой. Так возник феномен экспортного фарфора.

Однако это еще не конец истории. Португальцы в погоне за прибылью сами начали имитировать китайский фарфор, но в более бюджетном варианте, разумеется. Так появился местный фаянс. Он получил широкое хождение в Европе, оказал влияние на голландцев. В результате возник знаменитый делфтский фарфор, а в перспективе — русская гжель.

— Это же всё очень быстро происходит. В течение ста лет примерно...

— Очень быстро, да. Португальцы наладили очень эффективные каналы поставок в Европу. Именно через них шли пряности, ткани, украшения и различные редкости — страусиные яйца, слоновая кость, раковины. Всё это стало новым воплощением богатства и престижа. Эти сокровища накапливались при португальском дворе, а потом распространялись по всей Европе. Мода на Восток дотянулась и до России. В XVII–XVIII вв. при русском дворе формируются кабинеты редкостей. Кое-что из царских сокровищ будет представлено у нас на выставке. Например, фарфоровая чаша эпохи Мин.

Что еще? Экзотические животные, поражавшие европейцев, — попугаи, жирафы, верблюды, носороги, слоны. Это очень востребованный товар. Второй самый известный в средневековой Европе слон после легендарного Абульабаса — белого слона Карла Великого — был подарен королем Мануэлом Счастливым римскому папе Льву Х. Животное привезли на корабле из Лиссабона в Италию, а потом его вели в Рим. Эта процессия зафиксирована в рисунках Джулио Романо и произвела большое впечатление на современников. Слон, правда, вскоре умер. Тогда Мануэл отправил папе носорога. И Дюрер, который носорога никогда не видел, сделал гравюру с изображением этого животного, которое получилось довольно фантазийным. Эта гравюра будет представлена у нас на выставке.

Альбрехт Дюрер. Носорог. Отпечаток второй половины XVI в. с оригинала 1515 г.

Фото: ГМИИ им. А.С. Пушкина

Слон, по Аристотелю, не только царь зверей, он также способен распознать истинного монарха, преклоняя перед ним колени. И подарок Мануэла главе вселенской церкви определенно был исполнен символизма. У нас будет рукопись постановлений Мануэла, где португальский король изображен в виде полуобнаженного погонщика слона. Это показывает, насколько престижно было обладать такими животными. Так что это интереснейшие страницы не только истории искусства, но и политической культуры.

В эпоху Великих географических открытий португальская культура переживает поразительный взлет. У португальцев формируется новое самосознание. Они воспринимают себя первооткрывателями нового мира. Культура Португалии стала интернациональной.

Но португальцы не просто поставщики товаров между Европой и Азией. Они еще работают как посредники на местных рынках — между Индией, Китаем, Индонезией.

— В чем сущностное отличие Португальской морской державы от Испанской империи?

— Испанцы захватывали большие территории. Жестоко подчиняли себе местное население и заставляли работать на себя. У португальцев на это попросту не хватало сил и ресурсов. В Азии они столкнулись с развитой государственностью, с сильными армиями. Тем не менее они доминировали на огромных пространствах. Это уникальный феномен морской державы, которая все свои доходы получает за счет участия в морской торговле и контроля над ней. Контроля военного, конечно. У них был сильный флот и военные базы. Поначалу они даже ввели режим террора в Индийском океане. Но их быстро начали воспринимать как равноправных партнеров.

Тордесильясский договор. Испания, Тордесильяс, 7 июня 1494 года
 

Фото: Arquivo Nacional / Torre do Tombo

Может быть, только португальская колонизация Бразилии напоминала действия испанских конкистадоров. Португальцы пошли вглубь территории, подчинили местное население, принуждали индейцев работать на плантациях сахарного тростника, а потом на рудниках.

Кстати, у нас на выставке будет совершенно уникальный документ — Тордесильясский договор 1494 года из Португальского национального архива. Это одна из двух оригинальных копий, та, что была подписана испанскими католическими королями Изабеллой и Фердинандом. Это — первый в истории документ о разделе мира. Причем всего!

— Какие уроки может извлечь современная Россия из истории первой колониальной империи Нового времени? И вообще думали ли вы о выставке в таком ключе?

— Хороший вопрос. В наших руках действительно очень актуальный материал. Прежде всего я бы отметила удивительную эффективность действий португальских правителей. Поняв, что экспансия может принести выгоду, короли целенаправленно ее поощряли. Эта осмысленная политика обеспечила стране экономическое процветание и международный престиж. Мне кажется, тут есть чему поучиться тем странам, которые хотят обеспечить свое лидерство в современном мире, прежде всего экономическое.

А еще — открытость огромному миру, а значит, необходимость искать диалог с другими народами. Португальцы активно занимались миссионерством, при этом они учитывали верования других народов, понимая, что, если хочешь добиться успеха, надо вести диалог на равных. Монашеские ордена занимались созидательной деятельностью, открывали школы и семинарии, основывали типографии, художественные мастерские.

Младенец Иисус Христос Добрый Пастырь. Индия, Гоа, XVII в.

Фото: Museu Nacional de Arte Antiga /José Pessoa 2003

На выставке будет много экспонатов, исполненных в духе синкретического искусства. Фигура Девы Марии с лотосом в руках, изготовленная в Индии или на Цейлоне. И Дева Мария китайского происхождения, похожая на богиню Гуаньинь, но представленная в традиции христианской иконографии. Христос Добрый Пастырь, сидящий в медитативной позе, абсолютно понятной в контексте индуистской иконографии. Он чем-то похож на Кришну и на Будду. Это всё очень легко читается.

Итак, если возвращаться к вашему вопросу об уроках — важен опыт межкультурного диалога.

Португалия была первой колониальной европейской державой. Когда в ХХ столетии начался крах колониализма, Португалия была одной из последних, кто утратил свои колонии. Макао, например, получила независимость только в 1999 году. Такие вещи очень важны для понимания современного мира.

— Часть экспозиции, насколько я понимаю, представляют экспонаты из бывшей сокровищницы русских царей. О чем конкретно речь?

— Прежде всего китайские изделия из бело-голубого фарфора, относящиеся к эпохе Мин, а также кубки, выполненные из раковины наутилуса. Не исключено, что к нам они попали через голландцев, но их происхождение из регионов, входивших в сферу влияния Португалии, очевидно.

— Расскажите о своем любимом экспонате на выставке. Чем он интересен и дорог именно вам?

— Японская ширма «намбан». Это слово на японском означает «южные варвары». Отсюда и название жанра. Когда японцы встретились с европейцами, то начали их изображать — на оружии, стременах, одежде и... на ширмах. Мы видим на таких рисунках португальские корабли, очень смешных португальцев — в широких штанах и с длинными носами.

Ширма. Япония, Киото, начало XVII в.

Фото: Victoria and Albert Museum, London

На ширме можно всё рассмотреть внимательно — что везут португальцы, кто их сопровождает, массу мелких деталей. Познавательные возможности этого памятника огромны. Этим она меня и привлекает.

Есть еще один экспонат, о котором я не могу не сказать. Речь идет о доспехе Филиппа II Испанского. Этот правитель Испании в 1580 году стал португальским королем. Лет за 20 до унии ему создали доспех. После вступления на португальский престол он приказал изобразить на доспехе португальскую королевскую символику. Этот экспонат воплощает соединение двух величайших империй мира. Доспех человека, который в буквальном смысле слова владел всем миром. Таких властителей в мировой истории было немного.

 

Загрузка...