Частные инвестиции помогут российскому космосу
Необходимость повысить научную отдачу российского сегмента Международной космической станции (МКС) за счет экспериментов в интересах частных компаний обсуждается не первый год. Ведутся дискуссии и консультации как на высоком уровне, так в самой отрасли. Но воз и ныне там. Ряд системных препятствий не позволяют в полной мере использовать потенциал российского сегмента станции.
В то же время наши зарубежные партнеры активно привлекают в космос частные компании. Еще в 2005 году конгресс США признал американский сегмент МКС Национальной лабораторией и поставил задачу — сделать ее доступной для использования государственными и частными организациями. С 2011 года эту работу успешно выполняет Центр продвижения науки в космосе (CASIS). Аналогичную структуру для Европы в 2016 году предложила создать корпорация Airbus Defence & Space.
Если в США идея привлечь частные компании на МКС была реализована государственной структурой, то в Европе бизнес сам выразил заинтересованность. В обоих случаях для этого предложено использовать организацию, не входящую в традиционную структуру ракетно-космической отрасли.
Задача коммерциализировать эксперименты на российском сегменте МКС в финансовом выражении — небольшая в масштабах космической отрасли. Но она крайне важна для формирования новой миссии станции и популяризации космонавтики. Коммерциализация здесь должна пониматься не как прямое получение прибыли для государства от эксплуатации этого ресурса, а как вовлечение новых участников, которые могут за счет использования МКС добиться позитивных социально-экономических и технологических эффектов для российского общества.
Во многом именно закостенелость российской структуры организации космических экспериментов привела к низкой интенсивности научной деятельности на нашем сегменте станции. Темп ежегодного прироста научных исследований у нас в среднем составляет 8–10 экспериментов, в американском сегменте — не менее 80. С момента первой экспедиции NASA с партнерами провела порядка 3 тыс. экспериментов, а у нас их — около 400. При этом две трети программы отечественных исследований — наблюдения Земли из космоса.
Я вижу два основных препятствия на пути повышения научной отдачи от российского сегмента МКС. Во-первых, это неосведомленность потенциальных пользователей о возможностях станции как площадки для проведения исследований. Во-вторых, из-за сложной нормативной базы в этой сфере от задумки до ее претворения в жизнь проходит 5–6 лет.
Есть положительный пример, когда отход от стандартной процедуры сократил эти сроки в три-четыре раза. В 2018 году на МКС предполагается провести эксперимент «Магнитный 3D-Биопринтер» — впервые в истории биоматериал будет напечатан в условиях невесомости. Срок проекта может составить всего 1,5 года, это позволит кое в чем обогнать наших американских партнеров. Заказчик эксперимента — коммерческая компания. Это прецедент для нашей космонавтики.
Как видно, ключ к повышению научной отдачи от российского сегмента МКС — не в увеличении госфинансирования, а в эффективном использовании имеющихся средств, создании благоприятной среды, вовлечении широких научных и предпринимательских кругов в использование станции.
Нужно привлекать к экспериментам молодых ученых, сделать понятной процедуру организации исследований, добиться разрешения финансировать эксперименты за счет средств заинтересованных организаций, а не только из бюджета. И, наконец, нужна структура, отвечающая за это направление, равноудаленная от предприятий отрасли и «Роскосмоса».
Это должна быть некоммерческая организация, которая сосредоточит усилия на расширении числа новых пользователей российского сегмента МКС. Она должна развивать такие направления научных исследований, как биотехнологии, материаловедение, продвигать научно-образовательные программы. Ее работа должна финансироваться не из средств Федеральной космической программы, а самими заказчиками. При этом возможно привлекать средства из других госпрограмм или частных фондов, использовать механизмы государственно-частного партнерства.
Нужно создать заинтересованность у потенциальных пользователей в собственных экспериментах на МКС, объединить усилия институтов развития, государственных, научных и частных организаций.
Развитие коммерческой составляющей пилотируемых миссий не только имеет экономический эффект, но и может внести вклад в развитие национальной безопасности, повышение престижа и статуса страны на международной арене. Это поднимет уровень образования, послужит практической отдаче научных исследований.
Опыт США показывает, что от принятия политического решения о придании МКС статуса «национальной лаборатории» до ее выхода на «проектную мощность» прошло около 10 лет. Эксплуатация МКС планируется минимум до 2024 года. Надо скорее решать задачу коммерциализации научных экспериментов на российском сегменте станции. Перенос решения на более поздний срок ставит под вопрос возможность реализации этой задачи.
Автор — в 2014–2016 годах директор департамента пилотируемых космических комплексов, в 2016–2017 годах — директор департамента коммерческих проектов в области пилотируемой космонавтики и исследования космического пространства Объединенной ракетно-космической корпорации
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
