Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Истинный патриотизм — защитить того, кто рядом»

Режиссер и продюсер Джаник Файзиев — о новом фильме «Легенда о Коловрате», запросах российской аудитории и конкуренции с Голливудом
0
Фото: РИА Новости/Екатерина Чеснокова
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На этой неделе в российский прокат выходит масштабный историко-фэнтезийный фильм «Легенда о Коловрате». Продюсером и главным режиссером картины выступил Джаник Файзиев. В интервью «Известиям» он рассказал о том, как создавалась первая в России картина, полностью снятая с помощью компьютерной графики.

— Почему из всех героев русских летописей вы выбрали именно Коловрата? Он не самый известный былинный персонаж.

— Меня еще со школьной скамьи волновали истории о людях, которые решились бросить вызов непобедимому противнику. Как это — вдруг взять и пойти биться с бандой голыми руками? Для этого нужна какая-то необыкновенная внутренняя сила, кураж. Не так много личностей в истории, поднимавших голову против сильнейшего противника и заслуживших при этом не бесславную гибель, а уважение врага. Тамерлан, кстати, ставил особо доблестных врагов в пример своим воинам. Или вспомним известный пример из «Войны и мира», где Наполеон остановился у тяжело раненного Андрея Болконского, который упал на развернутое знамя своего полка. Взглянув на него с восхищением, Наполеон произнес, что эта смерть достойна настоящего солдата. Когда враг считает тебя достойным — это истинное признание твоей доблести и заслуг. Коловрат был именно таким.

— Назвав фильм «Легенда о Коловрате», вы намекаете, что сюжет расходится с историческими фактами?

— А вы какую историю хотите услышать — правдивую или красивую? Рассказывая о прошлом, мы не должны претендовать на воссоздание реальности. Я такие претензии не очень люблю. Многие коллеги говорят, что 600 лет назад была грязища и кошмар. Но оценивать то, что было 600 лет назад, с позиций дня сегодняшнего бессмысленно. Если бы мы жили в тогдашней Рязани, она казалась нам прекрасной. Город был построен по последнему, на тот момент, слову техники. Конечно, если сравнивать с нашим временем, то да — была грязища. Просто новые технологии сделали быт опрятнее и удобнее. Но мы от этого не стали лучше, чем наши предки. Так как их показать современному зрителю?

Если всех героев макнуть в грязь, показать всё натуралистично, то зрителю будет неприятно: на экране — какие-то немытые люди с грязными руками. Кино же не про это, кино — про личность. Мне бы очень хотелось, чтобы каждый человек, посмотревший наш фильм, пришел домой и подарил жене цветы, позвонил маме, обнял детей, сказал: «Какое счастье, что вы у меня есть». А вовсе не думал о том, в какой грязи его предки жили. Люди не должны изучать историю по кино, ее надо изучать в библиотеках и архивах. В кино люди ходят, чтобы напитаться уверенностью в том, что правильно живут и детей воспитывают.

— Поэтому и снимали все сцены на хромакее (зеленом экране, с последующей дорисовкой фона на компьютере)?

— Наши представления о былых временах романтизированы: снег был белее, небо выше. Мы и хотели снять красивое кино. «Легенда о Коловрате» по техническим характеристикам соответствует мировым стандартам.

— Но все-таки сюжет основан на реальной драме — разорении Рязани. Суровый сюжет для красивого кино. Почему его не смягчили?

— Потому что это главное, что есть у нашего героя. Родной город — то, ради чего он готов умереть, в нем вся его жизнь. Разорение города дает ему мужество мстить врагам. Настоящий патриотизм — это не абстрактная категория, а то, о чем поется в знаменитой песне, на которой мы выросли: «С чего начинается Родина». Родина — это картинки в твоем букваре, отбитая кастрюлька на кухне, бабушкины пирожки. Ключевая фраза фильма «Легенда о Коловрате»: «Если не поддержим соседей, нам зиму не пережить». У слова «патриотизм» есть много значений, но конкретное выражение одно: защитить того, кто рядом с тобой.

— Главный антагонист Хан Батый получился едва ли не более привлекательным, чем Коловрат.

— Хотелось разрушить общепринятое представление о Золотой Орде как о сброде дикарей. Это была дисциплинированная и разумно управляемая армия, иначе бы монголы не завоевали полмира. Еще историк Ян в книге «Батый» писал о высокой организованности Орды, противопоставляя ей личную удаль русских витязей. Орда была создана по образцу римской армии — это военная машина. Управлять такой армией мог только умный и сильный человек, а не головорез, который мясо руками ест. Батый должен был уметь писать, читать, знать механику и прочее.

Подобрать актера на его роль было непросто. И Александр Цой стал для нас находкой. У него в лице есть что-то инфернальное, а еще он обладатель потрясающе красивого голоса и необыкновенной харизмы. При своей «неземной» внешности он выглядит настоящим мужчиной. Но как бы ни был привлекателен отрицательный герой, подражают всегда только положительным.

— Сегодня фильмы о древнерусских героях снова в моде. Это из-за того, что научились технически снимать большие костюмные картины?

— Нет, просто киноиндустрия отвечает на запрос аудитории, которую сегодня, безусловно, интересует историческое наследие. Выросло новое поколение, которое сейчас ходит в кино. Им нужно подтверждение нашей общности. И они ищут его в прошлом. Так родилась акция «Бессмертный полк». Это же не государственная пропаганда, а инициатива поколения, не знавшего войны. Молодым людям всё равно нужно опираться в жизни на то, чем они могут гордиться. Если вспомнить пример идеологической машины СССР, тогда, мифологизируя революцию, тоже «достали» героев из прошлого — Емельяна Пугачева, Степана Разина.

И сейчас мы ищем примеры в прошлом. Поэтому и кинематограф обращается к истории. Ведь полноценной индустрией мы станем только тогда, когда научимся производить товар, который будет интересен нашим гражданам. Сейчас нас финансово поддерживает государство через Фонд кино, но по-хорошему эта поддержка нужна лишь до тех пор, пока мы не начнем самоокупаться. Надо изучать аудиторию, проводить исследования и понимать, на что лучше реагирует зритель. Мы пытаемся делать фильмы, собирающие большую аудиторию.

— То есть ориентируетесь на Голливуд?

— Конечно, если говорить о размерах бокс-офиса. В идеале наша основная цель — добиться таких же результатов. Причем в условиях жесткой конкуренции, когда билет на русский и западный фильм стоят одинаково, а бюджет одной голливудской картины во много раз выше любой российской. И вот в этой ситуации российскому кино в прошлом году удавалось держать объем рынка в 17–18%, а в этом — уже 22–24%.

Тут еще проблема, что у нас кинотеатров мало. В Китае, например, ежегодный прирост количества кинотеатров равен общему числу экранов в России. Нам же удается не просто выживать, но и отвоевывать свою долю, несмотря на негативный образ российского кино, созданный из-за некачественных фильмов некоторых коллег. А ругают-то люди, которые сами ничего не производят. Только приходят в кинотеатр с настроем: «Какой отличный фильм за много миллионов долларов сняли в Голливуде, а наши ничего не могут!» И они в чем-то правы. Но мы учимся.

Справка «Известий»

Джаник Файзиев окончил актерский факультет ВГИКа (мастерская Бориса Чиркова) и режиссерский факультет того же вуза (мастерские Юрия Озерова и Ираклия Квирикадзе). Режиссерская фильмография включает картины «Турецкий гамбит», «Август. Восьмого».

 

Продюсировал фильмы «Мурка», «Адмиралъ», «Каникулы строгого режима» и др. Глава киностудии КИТ, член общественного совета при Министерстве обороны РФ.

 

 

Прямой эфир