Кому всё параллельно: россияне скупают собранные в КНР машины «глобальных» марок
В России резко вырос объем импорта автомашин по альтернативным каналам. 70% таких автомобилей выпущено в Китае, причем в подавляющем большинстве это модели так называемых глобальных брендов. Нынешний рост импортеры и эксперты считают «ажиотажным» и отмечают, что он носит временный характер. Подробности — в материале «Известий».
Нам всё параллельно
За первые четыре месяца по каналам альтернативного импорта в нашу страну было ввезено 53,5 тыс. новых автомобилей. Об этом сообщил генеральный директор аналитического агентства «Автостат» Сергей Целиков. Этот показатель на 94% больше, чем в январе – апреле прошлого года, отметил он. Рост отмечается впервые за последние два года, подчеркнул глава «Автостата».
— До этого на протяжении двух лет альтернативный импорт снижался: в 2024 году — на 20%, в прошлом году — на 5%, — привел данные Сергей Целиков.
Самой популярной «альтернативной» маркой (9210 машин) стала Toyota (+107%). На втором месте Mazda (6336 штук), импорт автомобилей этой марки по сравнению с прошлым годом вырос в 6,5 раза. Замыкает тройку лидеров BMW — 4764 машины, рост на 20%. В первую пятерку вошли также Volkswagen (4115 экз., +269%) и Audi (3873 авто, +416%). На шестой позиции Mercedes-Benz с результатом 3079 машин (+33%), седьмая строчка у Geely (2612 штук, +11%). Замыкают топ-10 бренды Honda (2158 машин, +349%), Kia (2042 экз., +110%) и Skoda (1875 штук, +286%).
В «личном зачете» по итогам четырех месяцев лидирует Mazda CX5 — 5801 машина. Далее идут Toyota RAV4 (3327 штук) и Hihglander (3067 авто). Четвертая строчка у Audi Q5 (2268 экз.), пятая — у BMW X3 (1608 машин). Вторую «пятерку» открывает Skoda Superb (1475 штук), следом за ней с небольшим отставанием идет VW Tiguan (1452 авто). Замыкают десятку наиболее популярных «альтернативных» моделей автомобилей Geely Monjaro (1442 экз.), Toyota Camry (1390 авто) и Nissan Qashqai (1390 машин).
На ажиотаже
Ключевой причиной роста стало ожидаемое с 1 апреля изменение правил ввоза машин физлицами через страны ЕАЭС, считает генеральный директор компании Frank Auto Ирина Франк. Импортеры и частные лица стремились завезти автомобили по старым, более низким ставкам утильсбора, пояснила она. Однако введение новых требований отложили на неопределенный срок.
— Свою роль сыграл и эффект низкой базы: в марте прошлого года ввоз был слабым из-за больших складских остатков и предыдущего повышения утильсбора. В итоге в марте 2026 года доля альтернативного импорта достигла 49% от общего объема ввезенных новых машин, — отметила Ирина Франк.
Таким образом, нынешний всплеск интереса с «альтернативным» моделям во многом был ажиотажным и обеспечил рынок значительным запасом автомобилей, отмечает эксперт. Гендиректор Frank Auto прогнозирует, что по итогам года устойчивого роста ввоза таких машин не будет.
— Параллельный импорт уже трансформировался из временной меры в системный, хотя и нишевый бизнес. Он продолжит работать для тех моделей, которые не представлены официально, но при этом их «экономика» будет ухудшаться из-за возросших издержек. В среднесрочной перспективе рынок будет стабилизироваться за счет укрепления официальных китайских брендов и развития локального производства, которое становится для производителей необходимостью для сохранения цены, — полагает Ирина Франк.
Помимо этих факторов, рынок машин, ввезенных по альтернативным каналам, поддерживается комфортным курсом рубля к юаню, считает директор по продажам новых автомобилей компании «Рольф» Николай Иванов. Это формирует привлекательное ценообразование на ряд моделей, отмечает он.
— Если говорить о перспективах роста, то в абсолютных значениях объем альтернативного импорта может увеличиваться вместе с рынком. Но в проценте от общего объема, скорее всего, сегмент останется примерно на текущем уровне — около 14% рынка новых автомобилей, — поделился с «Известиями» своим прогнозом Николай Иванов.
Сила бренда
Интерес к конкретным моделям эксперты объясняют в первую очередь силой привычных россиянам брендов, высокой остаточной стоимостью и доверием покупателей.
Несмотря на рост качества китайских автомобилей, доверие к Toyota, Mazda, Audi, BMW, VW и другим уже хорошо известным марками у части аудитории по-прежнему выше, поясняет Николай Иванов.
— Когда разница в цене между условным китайским кроссовером и автомобилем японского или европейского бренда оказывается не столь существенной, многие клиенты начинают рассматривать именно альтернативный импорт, — рассказал он.
Mazda и Toyota остаются для многих ориентиром качества, и люди пока не готовы менять их на новые китайские модели, к которым относятся с осторожностью, считает Ирина Франк. Также по большинству «альтернативных» моделей ключевую роль играет экономия на утильсборе.
— Большинство популярных версий этих машин оснащаются двигателями мощностью до 160 л.с., что позволяет ввозить их по льготным ставкам. Кроме того, налажены логистические цепочки: почти 70% машин альтернативного импорта производятся в Китае. Это создало условия для поставок доступных по цене автомобилей «глобальных» брендов, произведенных на китайских заводах, — отметила она.
Если пару лет назад часть потребителей достаточно настороженно относилась к автомобилям, ввезенным по альтернативному импорту, то сейчас таких опасений стало заметно меньше, считает главный редактор журнала «За рулем» Максим Кадаков.
— Люди увидели, что ничего страшного в «альтернативных» моделях нет, каких-то трудностей с их ремонтом, обслуживанием, поиском запчастей не возникает. Так почему бы не взять модель известной марки, особенно если прежде был опыт эксплуатации той же Toyota или Mazda, пусть она и выпущена в Китае? — отметил Максим Кадаков.
