Наступление на грабли: чем заканчивались попытки США сменить власть в Иране
Действия США по смену «неугодных» режимов увязли в цикличности. В Иране американцы на протяжении половины XX века вмешивались в политические процессы. Свергнув в 1953 году демократически избранного премьер-министра Мохаммеда Мосаддыка, они поставили у власти шаха Мохаммеда Резу Пехлеви. Потом сами же американцы во многом способствовали созданию Исламской Республики Иран под руководством Хомейни, а теперь пытаются уничтожить и эту систему. А среди потенциальных кандидатов — вновь Пехлеви, только теперь уже его сын. При этом особенности политики США в Иране знаменитый карикатурист «Известий» Борис Ефимов подметил еще полвека назад.
Как США свергали режимы в Иране
Очередное подтверждение повторения истории более чем 70-летней давности — действия США и Израиля против Ирана, которые уже обернулись масштабной войной и дестабилизацией всего региона. Еще в 1980 году знаменитый карикатурист «Известий» Борис Ефимов обратил внимание на то, что военные авантюры США всегда сопровождались аргументами о «защите прав человека» и «ослабления напряженности», но в итоге создавали новую, еще более опасную. А карикатура «Рискованный заплыв Пентагона в Персидском заливе» и вовсе отчетливо предсказала происходящее сейчас на Ближнем Востоке.
С конца второй половины XX века Соединенные Штаты и их союзники с завидной периодичностью вмешиваются в политику Ирана. Достаточно вспомнить операцию «Аякс» в 1953 году под руководством ЦРУ и MI6, которая привела к свержению демократически избранного премьер-министра страны Мохаммеда Мосаддыка.
— Определенная цикличность действительно есть — Штаты стремились сменить правящий режим в Иране всякий раз, когда намеревались получить контроль над местными ресурсами или поставить страну в зависимость от позиции Вашингтона. Особенно актуально это было в период холодной войны, когда богатый нефтересурсами Иран был важным «активом» в глобальной политической игре, — заявил «Известиям» востоковед Леонид Цуканов.
В середине 1970-х, вплоть до революции, Иран стабильно входил в топ-4 ведущих мировых производителей нефти. И решение Мохаммеда Мосаддыка в 1951 году национализировать нефтяную промышленность — активы англо-иранской компании (ныне BP) — пошло вразрез с экономическими интересами американцев. А как демонстрирует нам история, для их защиты США не пренебрегают никакими средствами. Неслучайно Борис Ефимов изобразил дядюшку Сэма, «покрывающего» американскими интересами весь земной шар и заодно «подстраховавшимся» национальной ракетной мощью.
В итоге, опасаясь потери мощной нефтяной базы Ирана, а вместе с ней в перспективе и всего региона, США и Великобритания сыграли ключевую роль в свержении Мосаддыка.
— Как левый деятель он мог в определенных условиях склониться на сторону Советского Союза. Тем более во время Второй мировой войны Северный Иран находился под советской оккупацией: там было много просоветских политиков и лидеров общественного мнения. Администрация Эйзенхауэра болезненно реагировала на такую перспективу, и совсем левое правительство в Иране ей было не нужно, — сказал «Известиям» эксперт клуба «Валдай» Андрей Кортунов.
В результате это укрепило монархическую власть в стране в лице шаха Мохаммеда Резы Пехлеви, который начал позиционировать себя в качестве независимого игрока и намеревался сделать Иран чуть ли не ближневосточной сверхдержавой. Однако и он в какой-то момент стал «жертвой» американской системы.
Администрация Джимми Картера стала оказывать давление на шаха, требуя от него больше демократии и соблюдения прав человека в стране. Это дало оппозиции пространство для маневра и подорвало авторитет монарха, которого в народе считали «американской марионеткой».
В 1979 году произошла исламская революция, к власти пришел аятолла Рухолла Хомейни, который пользовался широкой народной поддержкой.
— Сказать, что американцы бросили шаха Пехлеви на произвол судьбы, я думаю, тоже неверно. Они просто не верили в то, что этот режим может рухнуть так стремительно и так необратимо. Там явно не просчитали это, — полагает Андрей Кортунов.
Кроме того, в 1978–1979 годах разразились афганская война. Вероятно, у США просто не было достаточно ресурсов, чтобы работать сразу по нескольким фронтам, бросая все силы на поддержку Пехлеви.
Однако есть и другая версия. В 2016 году в США рассекретили документы, подтверждающие, что представители администрации Картера вели переговоры с Хомейни, когда тот находился в изгнании во Франции.
— Хомейни, желая вернуться к власти и опасаясь сопротивления со стороны военных, обратился к Картеру, заверив его, что правительство будет поддерживать дружеские отношения с США. Понимая, что перед ним стоит выбор между исламской теократией и коммунистами, Картер выбрал теократию и тайно использовал влияние США на военных, чтобы помешать им заблокировать приход аятоллы к власти, — рассказал «Известиям» директор Института ядерных исследований Американского университета в Вашингтоне, профессор истории Питер Кузник.
Всё новое — хорошо забытое старое
Иран — далеко не единственная страна, где поддержка США определялась сиюминутными интересами. И на этом фоне пришедшие при них лидеры вскоре начинали занимать иную позицию.
— Они поддерживали Саддама Хусейна в 1980-е годы главным образом для того, чтобы нанести поражение Ирану. Во время восьмилетней ирано-иракской войны США формально сохраняли нейтралитет. Но фактически, конечно, они были на стороне Ирака, шли большие поставки оружия, был обмен развединформацией. Но Саддам Хусейн не смог одержать решительную победу. А поскольку потом он вторгся в Кувейт, там уже, конечно, американцы от него отвернулись. Хусейн не оправдал надежд, которые на него возлагались, — сказал Андрей Кортунов.
Иракско-иранская граница: поврежденный танк на обочине дороги
Ряд ближневосточных лидеров хотели проводить, насколько это возможно, максимально суверенную внешнюю и внутреннюю политику. А американцы не воспринимают таких лидеров хоть какими-то равными партнерами, ставя их в зависимое и унизительное положение. США фактически вытягивают из них ресурсы по полной программе, отметил специалист по Ирану и странам Среднего Востока Фархад Ибрагимов.
— США поддерживали Саддама Хусейна не потому, что они так хотели принести мир Ираку, а потому, что они видели его как инструмент своей силы. Тот же экс-президент Египта Хосни Мубарак до последнего был их верным соратником. Они взяли и сами же его свергли, — рассказывает политолог.
Поэтому американцам удавалось довольно эффективно контролировать своих ставленников только в том случае, когда вместе со сменой режима создавалась и соответствующая зависимость государства от США. Это могла быть экономическая привязка, или «силовая» — размещение американских баз, отметил заведующий лабораторией политической географии и современной геополитики НИУ ВШЭ Дмитрий Новиков.
Для этого сейчас США ищут для Ирана, по сути, «нового» Пехлеви. На Западе действительно рассчитывают, что страну возглавит потомок последнего иранского шаха — принц Реза Пехлеви. Проживая в Штатах «в изгнании», он заявлял о готовности вернуться в Исламскую Республику «при первой же возможности». На днях Реза призвал европейских лидеров поддержать иранскую военную операцию США, назвав ее «гуманитарной миссией, которая спасет много жизней».
Однако нынешняя попытка «реставрации монархии» не опирается ни на что, кроме убежденности США и Израиля в правильности этого шага, утверждает Цуканов.
— Потомки шаха непопулярны в Иране, не имеют влияния на местное население. Более того, часть меньшинств (пусть и настроенных недружественно по отношению к режиму аятолл) негативно относится и к династии Пехлеви. По этой причине единственный шанс Резы Пехлеви удержаться у власти в случае гипотетической победы — всецело подчиняться западным кураторам, — считает эксперт.
С другой стороны, по словам Цуканова, чрезмерная управляемость чревата появлением новых «народных авторитетов», которые могут быстро отыграть ситуацию в свою пользу, несмотря на западную поддержку. Любопытно, что кандидатура Пехлеви, судя по всему, всё равно не устраивает Штаты. Как минимум сомнения вызывает его политическая проницательность — часть иранцев обвиняют его в том, что он подвергает опасности жизни людей на фоне продолжающихся ударов, призывая их к протестам.
Как пишет британская газета Telegraph, в США боятся сделать Пехлеви еще одним Ахмадом Чалаби, «которого в Вашингтоне превозносили как возможного преемника Саддама Хусейна, но которого иракский народ отверг после вторжения в 2003 году».
