Путин указал на желание Запада развалить Россию после распада СССР
После распада СССР западные страны хотели развалить Россию, заявил президент России Владимир Путин в интервью корреспонденту программы ВГТРК «Москва. Кремль. Путин» Павлу Зарубину. Фрагмент беседы журналист опубликовал 17 декабря в своем Telegram-канале.
Российский лидер рассказал, что в 2000-х годах ему, несмотря на работу в разведке и на государственных должностях, была свойственна определенная наивность в отношении намерений Запада. В частности, он был склонен списывать негатив в сторону России от западных стран на инерцию конфронтации, сохранившуюся после прекращения идеологического противостояния.
Однако Запад продолжал верить, что если немного подождать, то можно «доразвалить» и Россию. В частности, разделить ее на несколько маленьких государств, неспособных отставить национальные интересы, и подчинить их себе.
«Такая всё-таки большая по европейским меркам страна, с самой большой территорией в мире, с достаточно большим, по сравнению с другими странами Европы, населением, в общем не нужна. Лучше ее, как предлагал известный политический деятель в США [Збигнев] Бжезинский, разделить на пять частей. И вот эти части отдельно подчинить себе и использовать ресурсы, но исходя из того, что всё по отдельности не будет иметь самостоятельного веса, самостоятельного голоса, и не будет иметь возможности отстаивать свои национальные интересы так, как это делает единое российское государство», — объяснил глава государства логику западных стран.
До этого, 5 октября, Путин заявил, что прочный глобальный мир установится только тогда, когда все будут чувствовать себя в безопасности и знать, что их мнение уважается. Культура XX века привела к тому, что ситуация в мире сводится к противопоставлению «мы или они», западные страны при этом потеряли чувство реальности, хотя им следовало бы отбросить надменность, указал президент. Кроме того, российский лидер указал, что перед Россией сейчас стоит задача «строительства нового мира». По его словам, РФ способна внести огромный вклад в новое мироустройство, однако эту готовность Запад истолковал как покорность.
