Фильке на грамоту: россиянам предложили копить на вуз с рождения
В России может появиться специализированный фонд будущего образования, который начнет собирать, сохранять и накапливать средства на оплату обучения детей. С таким предложением выступил глава Торгово-промышленной палаты Сергей Катырин, который направил письмо президенту Владимиру Путину. Фондовые средства будут надежно сохранены и защищены, а также помогут экономике страны, став «длинными инвестициями» граждан. Поможет ли эта идея россиянам в будущем обучить своих детей — разбирались «Известия».
Как накопить на образование
Предложение о создании фонда будущего образования в ТПП появилось почти три года назад — в сентябре 2020-го. В марте 2023 года Сергей Катырин направил письмо президенту Владимиру Путину с предложением реализовать проект. Текст обращения имеется в распоряжении «Известий».
Катырин полагает, что создание фонда внесет значительный вклад в достижение «национальных целей развития России в сфере повышения интеллектуально-технологического потенциала страны». Фонд должен собирать, сохранять и накапливать деньги граждан и организаций, которые в будущем пойдут исключительно на обучение детей — в зависимости от выбранного плана инвестирования в дальнейшее образование. Причем собирать деньги предлагается с момента рождения ребенка.
В ТПП предлагают родителям ежемесячно делать отчисления примерно в 2,5 тыс. рублей — тогда за 17 лет накопится более 500 тыс. рублей. К этим деньгам можно добавить и материнский капитал.
Катырин ссылается на результаты исследований, согласно которым 60% российских родителей готовы платить за высшее образование для своих детей, но 44% согласны тратить только от 100 тыс. до 200 тыс. рублей в год.
«Еще 28% респондентов заявили, что могут позволить заплатить от 200 тыс. до 300 тыс. рублей, — пишет глава ТПП. — Вместе с тем стоимость обучения в ведущих вузах страны по наиболее популярным специальностям сегодня составляет от 500 тыс. рублей в год и ежегодно индексируется. В этой связи оплата качественного образования для большинства граждан становится затруднительной или невозможной».
Предложение решает и еще одну задачу — инвестиционную. «Важным преимуществом фонда будет являться и то, что средства населения смогут стать существенным источником «длинных» инвестиций в экономику, — пишет в своем обращении Сергей Катырин, замечая, что об их необходимости говорил и президент в недавнем послании Федеральному собранию. — Это около 50–80 млрд рублей в год с горизонтом инвестирования до 17 лет. Привлекая денежные средства граждан и организаций на длительный срок, фонд может стать заметным участником финансирования долгосрочных программ развития страны».
По его словам, инвестирование в фонд выгодно отличается от накопления в банках, так как средства будут защищены с помощью специального правового режима, аналогичного режиму внебюджетных государственных фондов. Деньги также будет нельзя изъять при банкротстве одного из родителей. Невозможно и банкротство самого фонда, пишет Сергей Катырин.
По его словам, идея уже поддержана ТПП РФ, рядом депутатов Госдумы. Оценили ее и эксперты — операционный директор АСИ Георгий Белозеров отметил, что проект создания фонда будущего образования отмечен на форуме «Сильные идеи для нового времени».
— Реализация проекта представляется более чем актуальной: происходит переосмысление роли институтов образования, в условиях конкуренции повышается ценность качественного обучения, востребованы новые механизмы финансирования образования будущих поколений, одним из которых может стать предложенный фонд, — сказал он «Известиям».
Поможет ли фонд в накоплениях
Советник президента ЦСР Евгений Тоневицкий замечает: хотя в условиях глобальной трансформации рынков труда и изменения образовательных подходов сложно представить, каким будут учебные заведения через 20 лет, в одном сомневаться не приходится точно — и через два десятилетия качественное образование будет дорогим, а позволяющие решить эту проблему не только через образовательный кредит инструменты — крайне востребованными.
— Кроме того, создание подобного фонда позволит работодателям предложить новые механизмы поощрения и стимулирования работников, например путем софинансирования их отчислений, — сказал он «Известиям». — Уверен, кстати, что среди молодых специалистов в нашей стране такие программы мотивации окажутся более востребованными, чем, например, пенсионные.
Он добавил, что порядок суммы, которую авторы инициативы планируют привлекать — 60–80 млрд рублей в год, — примерно совпадает с объемом дополнительных сборов, которые уплачиваются в бюджет гражданами с высокими доходами (115–125 млрд рублей в год).
— Напрашивается инициатива — внести изменения в налоговое законодательство и предложить гражданам самим определять, какая часть дополнительных налогов пойдет на обеспечение закупок препаратов для лечения орфанных заболеваний (сегодня — 100%), а какая, например, на стипендии талантливым детям, — сказал Евгений Тоневицкий.
Директор Научно-исследовательского центра мониторинга и статистики образования Федерального института развития образования РАНХиГС Марк Агранович отмечает, что саму по себе идею накопления средств для оплаты обучения можно только поддержать.
— Но есть несколько вопросов, главный из них — покроют ли доходы от вложений в фонд хотя бы инфляцию? — сказал он «Известиям». — Можно ли сравнивать доходность вложений в фонд с другими инструментами долгосрочного инвестирования — надежными облигациями, вкладами в государственных банках и т.д.?
Эксперт по государственному и муниципальному управлению Московского университета им. С.Ю. Витте Кирилл Парфенов считает, что идея создания подобного фонда хороша, но в первую очередь — для экономики, которая получит благодаря этому пусть относительно небольшие, но «длинные» деньги. А вот с точки зрения родителей потенциальных абитуриентов и студентов — идея весьма спорная.
Поможет ли фонд малообеспеченным
Марк Агранович замечает, что копить на оплату образования с рождения ребенка малообеспеченная категория населения как раз вряд ли будет — на 17 лет вперед такие семьи не планируют. С ним согласна и директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС Татьяна Клячко. Она подчеркивает: важно понять, какая схема отчислений в фонд будет создана для родителей, у которых не очень хорошо с деньгами.
— У нас есть семьи, которые живут от зарплаты до зарплаты, а есть, например, многодетные семьи, которым сложно на каждого ребенка по 2,5 тыс. в месяц отчислять, — сказала она «Известиям». — Нужно проработать все эти вопросы для того, чтобы можно было говорить о нормальном функционировании такого фонда. Дьявол, как всегда, кроется в деталях.
Профессор кафедры психологии образования Института психологии и педагогики МПГУ Олег Баксанский указывает на еще одну проблему: в России денежные фонды, как правило, вызывают недоверие у населения — и это предложение не исключение. Отчисления средств туда многие воспримут в первую очередь как дополнительную нагрузку на семейный бюджет, говорит он.
Об этом же говорит и Кирилл Парфенов, который замечает, что доверие государству в финансовых вопросах не очень велико, в том числе после истории с заморозкой пенсионных накоплений несколько лет назад. А вот доверие к банкам за последние 10–15 лет, напротив, окрепло.
— Если посчитать сумму, которая может скопиться на счете в предлагаемом фонде, то окажется, что она вполне сопоставима с величиной вклада, подлежащей возврату из системы страхования вкладов в случае банкротства банка, — сказал он. — По сути, единственный риск, от которого фонд может защитить средства, — банкротство одного из родителей.
Второй проблемой Кирилл Парфенов считает тот факт, что за помещение средств в фонд никаких бонусов в виде процентов не предусмотрено. Обещания «исключить банкротство самого фонда» неопределенны и расплывчаты, а конкретные проценты по вкладу в банке гораздо понятнее практически любому родителю, говорит он. Да и средств на то, чтобы инвестировать в будущее образование ребенка, у родителей часто нет, говорит он, ссылаясь на данные официальной статистики, по которой не менее 10% россиян живут за чертой бедности.
— На самом деле эта инициатива — если вынести за скобки ее роль с точки зрения поиска денег для экономики — прямое следствие несоответствия затрат на высшее образование и достатка большинства семей с детьми соответствующего возраста, — считает Кирилл Парфенов. — Но проблема несколько в другом: насколько сейчас нужно высшее образование в действительности? Спрос на высшее образование имеет все шансы на снижение: желающих платить за диплом, который не гарантирует хорошей зарплаты, будет становиться всё меньше.
