Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Общество
В Херсоне прогремели не менее пяти взрывов
Общество
Суд оставил «скопинского маньяка» под стражей по делу о сокрытии убийства
Туризм
Европейские авиакомпании стали отказывать россиянам в посадке на борт
Происшествия
Росгвардия предотвратила теракт на детской площадке в Мелитополе
Экономика
Цена нефти Brent поднялась выше $91 за баррель впервые с 22 сентября
Общество
Мобилизованных можно навещать с разрешения командира воинской части
Мир
В Венгрии театры оказались под угрозой закрытия из-за проблем с отоплением
Мир
Захарова отметила несмелость УВКПЧ ООН в освещении преступлений Киева
Армия
Шойгу поручил Генштабу разъяснить военкоматам порядок предоставления отсрочек
Мир
Британский музыкант Уотерс назвал США самым большим злом в мире
Общество
Источник сообщил о ликвидации группы украинских диверсантов под Херсоном
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Что изменил первый Год науки и технологий в России? В каком направлении наука должна развиваться в ближайшее десятилетие? Кто должен формировать заказ ученым — общество, государство, бизнес или само научное сообщество? Какая повестка должна выйти на первый план? Такими вопросами задались участники дискуссии «Большие вызовы Десятилетия науки и технологий», состоявшейся 17 июня на Петербургском международном экономическом форуме. О том, какие ответы они нашли, — в материале «Известий».

Год, ставший десятилетием

Прошлый, 2021 год был объявлен в России Годом науки и технологий. Главный его результат — рост интереса, в том числе общественного, к изысканиям ученых. Наука перешла на одну из ключевых позиций в стране. Такие выводы сделал модератор сессии «Большие вызовы Десятилетия науки и технологий», состоявшейся 17 июня на ПМЭФ, помощник президента России Андрей Фурсенко.

Уже в апреле Владимир Путин своим указом объявил 2022–2031 годы Десятилетием науки и технологий. И задачи этого десятилетия шире, чем просто популяризация деятельности ученых. Они связаны с изменениями, которые должны кардинальным образом увеличить роль науки в развитии экономики и повышении качества жизни граждан.

участники дискуссии «Большие вызовы Десятилетия науки и технологий», состоявшейся 17 июня на Петербургском международном экономическом форуме

Участники дискуссии «Большие вызовы Десятилетия науки и технологий» Петербургского международного экономического форума

Фото: РИА Новости/Александр Гальперин

Последние десятилетия мир развивался в логике глобализации. И наука — в силу своей наднациональности — отчасти формировала эту тенденцию, подчеркнул Андрей Фурсенко. Наука являлась символом открытости. Но в последние годы ситуация кардинально поменялась. В первую очередь со стороны стран, которые были апостолами глобализации. Начались ограничения сначала с точки зрения выдачи грантов, участия в совместных проектах, а дальше пошло введение санкций, причем не только в отношении организаций, но и конкретных людей.

Глобальная система дошла до своего предела, уверен президент Ассоциации экспорта технологического суверенитета Андрей Безруков. И сейчас она будет разваливаться на разные конкурирующие модели. В следующем цикле выяснится, какая из них оптимальная, наиболее жизнеспособная.

В связи с этим перед Россией встают важные вопросы: как страна будет конкурировать с технологическими лидерами, какие страны станут нашими партнерами.

— Нам нужны крупные партнеры, с которыми мы можем выстраивать наше технологическое, научное пространство, — сказал Андрей Безруков. — Кто может быть такими партнерами? Вполне возможно — Индия, Япония, Западная Европа, когда она одумается. Вполне возможно — Юго-Восточная Азия. Но если мы эту задачу (формирование нашего технологического и научного пространства. — «Известия») не решим в ближайшие 10–20 лет, нам будет очень сложно. У нас просто не будет рынка. Отсюда — огромное значение технологической и научной дипломатии, выстраивания альянсов именно по базовым, фундаментальным принципам.

курчатовский
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Алексей Майшев

По его словам, начать разговор о том, как будут строиться большие проекты с партнерами по БРИКС, ШОС и другими объединениями, нужно уже сейчас.

Своя повестка

Россия многие годы живет в чужой, навязанной ей повестке, пояснил участникам дискуссии президент Национального исследовательского центра «Курчатовский институт» Михаил Ковальчук.

— В этой чужой повестке были определенные плюсы. Во-первых, мы сохранили научные кадры — часть ученых жила на иностранные гранты. Второй плюс — мы в общем провели модернизацию. Грубо говоря, мы в науке научились делать евроремонт. В-третьих, так или иначе мы их (зарубежных партнеров. — «Известия») поставили на свои задачи. Сегодня весь мир науки решает задачи, которые сформировало наше сообщество, — сказал он.

Но в нынешних условиях России нужна собственная научная повестка, уверен Михаил Ковальчук.

— Мы должны предложить природоподобную повестку. Она позволяет устойчиво развиваться всей цивилизации, а кроме того, основана на наших главных конкурентных преимуществах: огромных территориях, огромном запасе питьевой воды, зеленой массы, почвы и воздуха, — подчеркнул президент Курчатовского института.

тесты
Фото: ТАСС/Сергей Карпухин

Наука на заказ

Какой структуре следует принимать решения о задачах для науки? Кто должен делать квалифицированный заказ научному сообществу? Выбор участников сессии распределился так: 41% решил, что его должен формировать бизнес, 30% — что государство, 25% выступили за активную позицию самого научного сообщества, и лишь 2% полагают, что заказчиком должно быть общество. После голосования по этому вопросу дискутирующие смогли сравнить его результаты с прошлогодними, тоже полученными на ПМЭФ. Тогда расклад был иной: наука–общество–население–бизнес.

У разных сфер науки должны быть разные заказчики, считает Михаил Ковальчук. Однако главные, глобальные тренды задает государство. «Оно — самый крупный, самый большой заказчик. И самый правильный», — отметил президент Курчатовского института. Также он указал на необходимость баланса между учеными и практиками, которые «сумеют грамотно применить научные достижения и превратить их в деньги».

— Должен быть баланс, два плеча: нужны и высококвалифицированные управленцы, и научные руководители. И тогда все решения будут приниматься правильно, — уверен Михаил Ковальчук.

лаборатория
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Бедняков

Кроме того, он подчеркнул важнейшую роль экспертного сообщества: «Нужна глубокая научная экспертиза, на которую можно опираться не конъюнктурно, а объективно».

Для оборонных целей заказ науке может делать только государство, уверен ректор Московского авиационного института Михаил Погосян. Если же говорить о конкурентоспособности на рынках, то тут, по его мнению, ставить задачи должен бизнес.

— Зачастую в нашей предыдущей ситуации бизнес пытался получить краткосрочный результат, — пояснил эксперт. — Нужно выстраивать более длительные цепочки. Ключевой фактор эффективности науки — выстраивание кооперации вокруг долгосрочных приоритетов.

Если говорить о больших вызовах Десятилетия науки и технологий, то заказчиком должно быть государство, полагает директор Объединенного института ядерных исследований Григорий Трубников.

ветрогенераторы
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Полегенько

— Геополитический туман и хаос очень быстро рассеются, и вернутся проблемы, которые стоит решать. Это вопросы пресной воды, энергетики, воздуха и земли — то есть сельского хозяйства и питания, — отметил он.

Нам не стоит повторять путь Китая, который накормил весь мир бытовыми благами, уверен Григорий Трубников. Нам нужно ставить на большие серьезные задачи. Особый упор следует сделать на поддержку кадров, создать им наиболее благоприятные условия, чтобы удержать их в стране.

Читайте также
Реклама