«Украина — это для них как универсальная открывашка»
Москва проявляет абсолютную кооперабельность в отношениях с Вашингтоном. И сейчас она ждет письменного ответа на российский проект гарантий безопасности. Об этом в интервью «Известиям» заявила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова. В беседе, состоявшейся после переговоров главы МИД РФ Сергея Лаврова и госсекретаря США Энтони Блинкена в Женеве, дипломат рассказала о том, почему Украину припоминают при каждом удобном случае, и напомнила об уровне образованности западных коллег.
— Во время пресс-конференции по итогам переговоров с Сергеем Лавровым в очередной раз Энтони Блинкен начал свою речь агрессивно. Заявление Госдепа после прозвучало еще более агрессивно в сторону России. Как можно разговаривать с этими людьми?
— Тут очень важно понять, о чем дипломатия. Дипломатия как раз и является тем инструментом, который позволяет находить или общий язык, или точки соприкосновения, или вообще вести диалог в условиях, когда стороны, например, друг друга не хотят воспринимать, не хотят принимать позицию друг друга, а находятся на диаметрально противоположных позициях. Для этого и есть дипломатия.
Когда я слышу: «Ну сколько же у вас терпения. Ну столько же это можно все слушать? Доколе?» — вот это сейчас любимое, ну такая профессия. Это во-первых. Во-вторых, материалы, которые они опубликовали накануне практически в ночь. Как сказал Сергей Лавров, это действительно, видимо, сделано все было намеренно для того, чтобы увести, создать фон. Причем самое интересное: когда я подошла к американским журналистам, они меня спросили — пул Госдепа: а что мы ожидаем от встречи? И я им сказала, что встречу запросили американцы, и для них, американских журналистов, это была новость. Они говорят: они нам ничего не сказали. Вы представляете уровень: публиковать на сайте Госдепа материалы о том, как мы якобы дезинформируем общественность по Украине, и не сказать своим же журналистам, что именно американская сторона инициировала встречу, именно американская сторона попросила о переговорах, именно американская сторона предложила Женеву. Вот какой уровень. Это в общем такая игра.
Один момент, который, мне кажется, нужно четко понимать. Мы говорим: агрессивные, дезинформирующие. А вам не кажется после прочтения всех материалов, что они просто неумные? Я имею в виду сами материалы. Но, соответственно, наверное, и люди, которые их составляют. Отсутствие знаний, отсутствие аналитики — об этом говорил сегодня российский министр иностранных дел.
А они что, единственные? Посмотрите, британская их коллега (глава МИД Великобритании Лиз Трасс. — «Известия»), что она заявляла? Это же нашему, мне кажется, третьекласснику будет смешно, что якобы на Украину, на украинцев, нападали монголы и татары, что они переживали не одно нашествие между монгольским и татарским. Это же говорит не просто политический деятель Британии — человек может заниматься экологией или транспортом и вдруг почему-то такой ляп себе позволил. Но это министр иностранных дел! Это человек, который занимается и историей международных отношений, и мировой историей и, самое главное, делает заявление по конкретному региональному сюжету, то есть должен разбираться, должен хотя бы что-то представлять себе об истории того народа, за который ты публично вступаешься. Вот вам уровень.
— Постоянно и к месту, и не к месту — чаще не к месту — упоминают Украину. Такое ощущение, что речь идет об Украине, хотя у нас-то разговор не об Украине, а о расширении НАТО, о присутствии войск США.
— Это же понятно почему. Украина воспринимается Западом как инструмент воздействия, проведения своих интересов в регионе, дестабилизации ситуации, влияния на какие-то процессы, обвинения нас бесконечные. Повод-то нужен, нужно же поддерживать этот огонь санкций, постоянно что-то туда подкидывать. Что? Ну нет фактов, доказывающих нашу агрессию, какое-то нарушение нами международного права, непартнерские отношения. Вот взяли в качестве площадки для экспериментов Украину несчастную, несчастный украинский народ — многонациональный, между прочим.
Все как-то об этом забывают, но вообще-то многонациональный, а Госдеп говорил, что никаких таких русских или русскоязычных нет, которых бы обижали на Украине. Может, они вообще считают, что там нет русских. Может быть и такое, потому что уровень, так сказать, партнеров теперь становится все очевиднее и очевиднее. Поэтому Украину воспринимают как инструмент и используют ее. Хорошо, вы спросили, почему при обсуждении глобальной безопасности, стратегической стабильности постоянно Запад — коллективный Запад, англосаксы — апеллирует к Украине. А почему при наших газовых энергетических контрактах, энергетической политике с Европой постоянно обсуждается Украина? Почему Соединенные Штаты влезают в наше, например, с Германией энергетическое партнерство, где частный бизнес, где и государство присутствует, и инвесторы, и постоянно напоминают про Украину? Это не только касается какой-то одной сферы, это инструмент — знаете, как открывашка универсальная, видимо, для них.
— Если уж речь зашла об Украине, недавно замминистра иностранных дел Сергей Рябков напомнил об одном пункте гарантий безопасности, где говорится, что для России будет достаточно того, что США не будут голосовать за вступление Украины в НАТО. Действительно ли этого достаточно Москве?
— Мы передали письменные предложения нашим западным партнерам, в первую очередь США. Мы были очень открыты в наших действиях. Мы сказали, что мы хотим, мы это положили на бумагу, мы передали им, через какое-то время мы это опубликовали. И мы провели раунды переговоров, после которых прошли тоже такие же раунды информационного освещения нашей позиции. Сейчас мы хотим только одного — чтобы нам письменно ответили по пунктам на то, что мы предложили, все остальное потом. Сейчас мы откликнулись, вы же видите, моментально на их желание провести некую уточняющую встречу. Она проведена, несмотря на графики, на массу рабочих моментов. Мы проявляем абсолютную кооперабельность, мы ждем письменных ответов на каждый из пунктов.
