Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«У нас иногда госпитализируют целыми семьями»

Врач-пульмонолог Галина Игнатова — о постковидном синдроме, фиброзных изменениях и реабилитации
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Москве открылся XXXI Национальный конгресс по болезням органов дыхания. В нем участвуют пульмонологи, фтизиатры, онкологи, терапевты и другие специалисты. Одной из главных тем остается борьба с коронавирусом: медики обсуждают лечение и профилактику болезни, способы избежать осложнений, постковидный синдром и реабилитацию. Большая трудность для врачей — фиброзные изменения. О том, можно ли их лечить и у кого чаще всего возникают тяжелые последствия от ковида, «Известия» поговорили с врачом-пульмонологом, д.м.н., профессором, заведующей кафедрой терапии института дополнительного профессионального образования Южно-Уральского медуниверситета и главным внештатным специалистом-пульмонологом УрФО Галиной Игнатовой.

После ковида

— В последние полтора года у пульмонологов, терапевтов, реабилитологов и других «ковидных» специалистов появилось много новых проблем и задач. Удается ли соответствовать требованиям и какие вызовы эпидемия бросает врачебному сообществу?

— Вопрос простой и непростой одновременно. Мы каждый день слышим экспрессивные разговоры о том, насколько ковид — сложное заболевание. Но это не первая вирусная эпидемия: пульмонологи сталкивались с птичьим гриппом и другими видами инфекций. В принципе, мы были готовы оказывать помощь, но не ожидали, что ситуация будет такой тяжелой. И заболеваемость продолжает расти.

— Сейчас сложнее, чем в начале пандемии? С какими трудностями сегодня приходится сталкиваться?

— Главная проблема — нежелание вакцинироваться. Мне кажется, это основное. Пока достаточное количество людей не сделают прививки, коронавирус будет распространяться. Сегодня вся наша профилактическая работа должна свестись к объяснению важности вакцинации.

Кроме того, заболевшие, которые поступают в наш пульмонологический центр, очень тяжелые. Госпитализируются только люди с большим процентом поражения легких и дыхательной недостаточностью, им нужна респираторная поддержка. То есть в больницах много пациентов в тяжелом состоянии, что создает нагрузку.

Наш пульмонологический стационар был к такому готов, в палатах установлена подводка кислорода к койкам. Работали и с тяжелой пневмонией, и с обострениями хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), а это всегда высокая потребность в кислороде. С этой точки зрения нам было немного проще.

— А люди с хроническими заболеваниями больше предрасположены к постковидному синдрому? У кого он обычно возникает?

— Постковидный синдром — это долгосрочные последствия коронавирусной инфекции, которые длятся более 12 недель. Они возникают примерно у 20% пациентов и мешают жить. Я сама перенесла тяжелый ковид год назад, и некоторые побочные явления беспокоят до сих пор.

У пациентов, к примеру, развивается одышка — к ней приводят фиброзные изменения в легких (появление рубцовых изменений. — Ред.). К приобретению таких симптомов склонны не все. В основном это люди с сопутствующими заболеваниями — сахарным диабетом, ХОБЛ, идиопатическим легочным фиброзом и другими. В зоне риска и пенсионеры старше 65–70 лет. В этих случаях постковидный синдром развивается чаще.

— Кто чаще сталкивается с такими последствиями — мужчины или женщины?

— Прямой зависимости нет, но осложнения нередко возникают у курильщиков, а это в основном мужчины. У многих есть ХОБЛ, поэтому проявляются тяжелые симптомы.

Осложнения и восстановление

— На конгрессе вы в том числе будете говорить о реабилитации людей, перенесших коронавирус. Насколько их восстановление отличается от восстановления пациентов с другими респираторными заболеваниями — например, ХОБЛ или пневмонией?

— Мероприятия по медицинской реабилитации после COVID-19 прежде всего направлены на возвращение функций организма. Это не только восстановление легких, но и повышение общей физической выносливости, коррекция мышечной слабости, повышение мобильности, преодоление стресса, коррекция нарушений сна. Речь о том самом постковидном синдроме.

Когда мы занимались пациентами с ХОБЛ, у них не было таких выраженных симптомов. Дыхательная недостаточность характерна и для них, но при COVID-19 поражается больше систем — почки, печень и так далее.

— А какие категории людей должны обязательно проходить реабилитацию после ковида? Вы говорили, что тяжелые последствия проявляются у людей с сопутствующими заболеваниями — что еще, кроме диабета и ХОБЛ?

— Сюда относятся и сердечно-сосудистые заболевания: инфаркт миокарда, инсульт, гипертоническая болезнь. В группу риска входят также люди с ожирением. Кроме того, реабилитация требуется многим пожилым пациентам. К сожалению, возраст прибавляет и проблемы со здоровьем.

— Как меняется клиническая картина у заболевших COVID-19? Можно ли сказать, что вирус становится менее загадочным и более изученным, то есть предсказуемым?

— Коронавирус изучают очень внимательно, но сказать, что он хорошо изучен, нельзя. У каждого пациента и раньше были абсолютно разные симптомы. У кого-то температура и дыхательная недостаточность, а у кого-то только дыхательная недостаточность и 50-процентное поражение легких, у кого-то диарея.

Настолько многоликое заболевание, что если у пациента появляются любые симптомы респираторных заболеваний, нужно всё время думать о ковиде. Исключить его может только ПЦР-тест — сейчас он делается довольно быстро. Результат может быть, конечно, ложноположительным или ложноотрицательным, но чаще всего мы ориентируемся на ПЦР.

Если поставить неверный диагноз, человек будет заражать других — семью, например. У нас иногда госпитализируют целыми семьями. Важно отслеживать все контакты предполагаемого заболевшего.

— А есть какой-то симптом, по которому точно можно сказать, что это не ковид, а простуда?
— Такого нет. У коронавируса множество форм, поэтому мы всегда выясняем, были ли контакты с зараженными, спрашиваем, куда человек ездил, с кем общался. Конечно, если есть температура, одышка и понижение сатурации, то это, скорее всего, ковид. Но встречаются и нетяжелые формы, когда у пациента только насморк или потеря обоняния. При этом он всё равно будет представлять опасность для других.

Лечение фиброзных изменений

— Что такое фиброз легких и насколько он необратим при ковиде?
— Мы занимаемся коронавирусом только полтора года и сейчас предполагаем, что образующийся фиброз должен уходить. Были единичные случаи, когда рубцы не исчезали. Вопрос в том, насколько быстро это происходит.

Пациентам важно избавиться от легочной одышки. Помогаем им препаратом «Лонгидаза». Исследование Dissolve, проводившееся в 13 городах России, показало наличие положительных изменений при приеме препарата. Главный результат — качество жизни пациента улучшается. Уменьшается одышка, легкие приходят в норму, повышается сатурация, восстановление идет быстрее. Мы также оценивали состояние больного через 2,5 и 6 месяцев после включения в исследование.

— Фиброз ведь был и до эпидемии? Часто он возникал не столько из-за вирусов, сколько из-за некоторых лекарств.

— Он был и от лекарств, и от курения, и от вдыхания промышленной пыли на производствах (силикоз), когда в легких возникали узелки. Еще одно тяжелое заболевание — идиопатический легочный фиброз, при котором смертность выше, чем при раке легких.

Но этот фиброз не имеет ничего общего с фиброзом, возникающим после ковида. Разное происхождение и разная тяжесть. В большинстве случаев после ковида постепенно пациентам становится лучше, в том числе благодаря лекарству.

— Можно ли предотвратить образование рубцов?

— Мы начинали вводить препарат с 21-го дня после установления диагноза COVID-19. То есть речь идет о поствоспалительных изменениях. При назначении лекарства обращали внимание на уже появившуюся одышку.

Что касается профилактики фиброза, пока проводилась только работа на крысах. Полагаю, теоретически это возможно, но еще не проверялось. Иногда пациенты приходили к нам не через 21 день, а даже позже — через два месяца. Целью исследования было изучить действие лекарства у пациентов с выраженными легочными осложнениями. Всем подряд мы препарат не назначаем.

— Какие процессы в организме запускает лекарство? Как оно работает?

— Препарат обладает гиалуронидазной активностью, поэтому вязкость гликозаминогликановых компонентов снижается, затрудняется формирование новых коллагеновых волокон, и рубцующаяся ткань приобретает более мягкую, эластичную структуру.

— Как вы думаете, может ли ковид стать такой же сезонной инфекцией, как грипп?

— Думаю, да. И здесь снова надо сказать о важности вакцинации. Всё зависит от того, как мы будем прививаться. Если неактивно, болезнь не уйдет. Я очень удивляюсь людям, которые не хотят вакцинироваться и говорят об этом какую-то ерунду, хотя мы всей своей жизнью доказали, что это эффективно. Вспомним детские инфекции: они ушли потому, что детей прививали. И от постковидного синдрома страдали бы меньше, если бы вакцинировались активнее.

К нам привозят тяжелых пациентов, и многие из них не привиты. Причем количество привитых особенно не увеличивается. К сожалению, у нас и сейчас вакцинацию прошли слишком мало людей.

Читайте также
Прямой эфир