Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Свое-чужое: пересадку донорских органов будут выполнять в 40 регионах
2021-09-27 20:26:35">
2021-09-27 20:26:35
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Почти в половине российских регионов в 2022-м смогут делать пересадку донорских органов. Показатели рекордного по числу таких операций 2019 года по итогам нынешнего могут быть превышены, допускают в НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. В.И. Шумакова. В Минздраве подчеркивают, что с января по сентябрь было сделано 1582 пересадки органов, что превышает цифры за аналогичный период 2019-го. Между тем количество операций по пересадке костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток детям способно вырасти вдвое — если в ближайшие месяцы Госдума примет соответствующий закон, уже готовый ко второму чтению.

«Пандемия» трансплантации

В 2022 году операции по трансплантации будут выполнять медицинские центры в 40 регионах страны. Об этом на открывшемся в Москве V Российском национальном конгрессе «Трансплантация и донорство органов» сообщил «Известиям» главный внештатный специалист-трансплантолог Минздрава РФ, директор НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. В.И. Шумакова Сергей Готье. Сегодня эти операции делают в 34 субъектах, а в следующем году к ним присоединятся Хабаровский край, Республика Крым, Ярославская, Курская, Ивановская области и город Севастополь.

По данным, представленным министром здравоохранения РФ Михаилом Мурашко, в прошлом году было выполнено 2427 трансплантаций органов, среди них 227 — детям. С начала 2021-го по сентябрь врачи сделали 1582 пересадки органов (192 — детям). «Это выше, чем за аналогичный период рекордного 2019 года», — заметил министр.

Министр здравоохранения РФ Михаил Мурашко

Министр здравоохранения РФ Михаил Мурашко

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Коротаев

— Наблюдается рост оказания трансплантологической помощи детскому контингенту. Следует предположить, что к концу 2021 года РФ приблизится к уровню оказания трансплантологической помощи 2019 года, — сообщил «Известиям» Сергей Готье.

Из-за пандемии в 2020 году операций было сделано существенно меньше — 1960, из них детям — 256.

Мы тоже были вовлечены в борьбу с коронавирусной инфекцией, — рассказал «Известиям» заместитель директора по медицинской помощи НМИЦ трансплантологии и искусственных органов Игорь Милосердов. — В прошлом году мы лечили пациентов с COVID-19 и меньше занимались трансплантацией. Реанимационные койки, от которых зависит донорская активность, я говорю о посмертном донорстве, были переквалифицированы на другой вид деятельности — на спасение пациентов с коронавирусной инфекцией. Российское трансплантологическое общество ведет регистр, в котором отражена вся информация. И мы видим, что по сравнению с 2019 годом шло снижение по всей стране. Не так существенно, как мы опасались, но минус где-то 10%.

операция врачи
Фото: Global Look Press/АГН Москва

В этом году ситуация заметно улучшилась, говорит врач: люди научились жить и работать в условиях эпидемии. Игорь Милосердов предполагает, что результаты 2019 года могут быть даже улучшены.

Как сообщил «Известиям» Сергей Готье, сегодня в регионах работает 62 центра трансплантации. Причем два открылись в разгар пандемии — в Улан-Удэ и Владивостоке.

В ожидании закона

В своей работе специалисты, которые занимаются пересадкой, руководствуются федеральным законом 1992 года «О трансплантации органов и (или) тканей человека».

Конечно, закон рамочный, элементарный. Но в нем прописано самое главное — презумпция согласия, — сказал «Известиям» Сергей Готье. — Причем она была включена в наш закон задолго до того, как это сделали другие страны. Да, закон 1992 года имеет определенные слабости. В частности, отсутствие реального механизма прижизненного волеизъявления. Попытки усовершенствовать этот закон направлены, в частности, на то, чтобы дать человеку возможность при жизни высказать отношение к посмертному донорству. А во-вторых, нужно выработать механизм выполнения врачами своих функций при решении задач трансплантологии. Когда у человека наступает смерть мозга, нужно поставить вопрос о возможности перехода этого умершего в разряд потенциального донора. И только тогда мы сможем нарастить число посмертных донорских изъятий.

Регионы, в частности столица, решают проблему с помощью административных актов.

— Как показывает практика, для Москвы таких норм достаточно, — продолжает Сергей Готье. — Есть трудовая дисциплина, которая дает возможность работать на этом уровне. В Москве выполняется где-то 500–600 изъятий органов в год, что позволяет проводить около тысячи трансплантаций. Но этого недостаточно. А сколько нужно? В листе ожидания нашего центра на пересадку донорской почки около 300 человек, в Институте Склифосовского столько же. В мире нет страны, где донорских органов достаточно.

С 2018 года Минздрав анонсирует внесение в Госдуму проекта закона «О донорстве органов человека и их трансплантации». Он обновляет и детализирует нормы действующего закона 1992 года. В частности, предусматривает создание федерального регистра доноров органов, реципиентов и донорских органов на основе информации о прижизненных решениях. Законопроект закрепляет почти неограниченное право прижизненных доноров на информацию, на последующую после операции диагностику и реабилитацию из средств ОМС и многое другое.

Помимо регистра данных медикам нужны четкие протоколы, которыми они могут руководствоваться в работе.

— В большом законопроекте о донорстве и трансплантации предусмотрено создание регистра по всем этапам донорской работы, — подчеркнул Сергей Готье. — Регистр летальности, регистр перевода умершего в статус потенциального донора, регистр донорских органов — это протоколы, которые должны быть выполнены на всех этапах.

Однако проект всё еще находится на стадии общественного обсуждения.

Его нужно дорабатывать и подготовить так, чтобы потом в нем было как можно меньше поправок, — пояснила «Известиям» член комитета Госдумы по охране здоровья Татьяна Соломатина. — Этот закон много раз обсуждался за последний VII созыв Госдумы. Я надеюсь, что в конце концов он будет принят, проблема уже назрела и даже перезрела. Однако еще нужно обновить законодательство о бюджете и о фонде ОМС. Такие законопроекты должны рассматриваться параллельно.

При этом до конца года может быть принят другой законопроект, который усовершенствует ныне действующий закон 1992 года в части, касающейся трансплантации костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток (КМ и ГСК). Проект был внесен в парламент в апреле, а 15 июня прошел первое чтение.

операция врачи
Фото: Global Look Press/АГН Москва

Очень хороший, проработанный законопроект. Он имеет поддержку правительства, Совета Федерации и всего экспертного сообщества. Я уверен, что его быстро примут в ближайшую сессию, — сказал «Известиям» председатель комитета по охране здоровья в Госдуме VII созыва, доктор медицинских наук Дмитрий Морозов. — После чего, по расчетам, количество трансплантаций костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток удвоится.

Депутат подчеркнул, что в законе идет речь о создании федерального регистра донорских органов, доноров и реципиентов КМ и ГСК, предусмотрено финансовое обеспечение вплоть до оплаты проезда.

Пока трансплантация КМ и ГСК не относится к сфере трансплантологии, «несмотря на похожее название», заметил депутат. По его словам, трансплантация костного мозга всегда была частью детской онкогематологии, потом взрослой онкогематологии, теперь распространяется на онкологию.

— Хоть это и называется трансплантацией, но по сути речь идет об одном из вариантов лечения, которое сопровождает либо высокодозную терапию — химиотерапию при лечении онкологических заболеваний, либо гематологические заболевания, которые сопровождаются депрессией костного мозга, — объяснил Дмитрий Морозов. — Этот закон станет отправной точкой для дальнейшего законотворчества. Потому что ряд положений, касающихся трансплантации КМ и ГСК, необходимо распространить и на другие виды трансплантации.

Той же точки зрения придерживается академик РАН, президент ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева» Александр Румянцев.

— В этом году мы сделали 750 трансплантаций костного мозга и стволовых клеток у детей, — заявил академик участникам конгресса. — И движемся к увеличению трансплантационной активности вдвое. Вопрос создания федерального банка доноров мы обсуждаем 30 лет, и в этом году это определение внесено в Госдуму.

По словам руководителя Центра детской гематологии, в стране сейчас есть 17 реестров доноров, их нужно объединить в общую федеральную базу данных. А замдиректора по медицинской помощи НМИЦ трансплантологии и искусственных органов Игорь Милосердов считает, что для успешного развития этой отрасли медицины центры трансплантации должны быть в каждом регионе России.

Читайте также