Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Украина и Норвегия начали переговоры о гарантиях безопасности
Мир
Парламент Венгрии ратифицировал заявку Швеции на вступление в НАТО
Мир
Украинские СМИ сообщили о взрыве в Кривом Роге Днепропетровской области
Общество
Самолет совершил незапланированную посадку в Сургуте из-за плохой погоды
Мир
Макрон заявил о нежелании Запада воевать с русским народом
Армия
Песков прокомментировал уничтожение первого танка Abrams в зоне СВО
Мир
Парламент Венгрии избрал новым президентом страны Тамаша Шуйока
Общество
Рэпер ST исполнил песню «Дай ему сил» на церемонии вручения премии «Знание»
Мир
Польские фермеры заблокировали переезд на границе со Словакией
Мир
Захарова назвала заявление по СВО совета НАТО – Украина примером дезинформации
Мир
Авиация коалиции США восемь раз за сутки нарушила воздушное пространство Сирии
Мир
В Индии грузовой поезд проехал около 80 км без машинистов
Экономика
Стоимость биткоина превысила $53 тыс. впервые с декабря 2021 года
Общество
В Крыму молодой дельфин выбросился на берег
Спорт
Стали известны все пары плей-офф КХЛ в Восточной конференции
Главный слайд
Начало статьи
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Девушка за рулем автомобиля в мирной Москве и на фронте, модницы новых кварталов, ткачихи в цеху и работницы Уралмаша в ложе театра. 8 сентября в Третьяковке открылась выставка Юрия Пименова — великого живописца XX века, воспевшего женскую красоту во всех ее проявлениях. Тогда это воспринималось как гимн советской действительности, а сегодня его картины можно рассматривать в контексте феминизма. Но подкупают они не идейностью, а светлой лирической интонацией, не лозунгами, но влюбленностью в саму жизнь. Возможно, поэтому в непростые ковидные времена творчество одного из самых оптимистичных художников прошлого столетия оказывается особенно актуальным.

Оттепель и не только

Юрий Пименов — художник счастливой судьбы. В советское время он не был гоним и запрещаем — напротив, имел звания, Сталинские премии, ордена и госзаказы. Но и после смерти его творчество не подверглось переоценке, как многие произведения «официального» искусства и образцы художественной пропаганды. Напротив, оно пользовалось стабильным вниманием зрителей и коллекционеров. Особенный всплеск интереса пришелся на вторую половину 2010-х, когда в моду вошло всё, что связано с хрущевской эпохой. Одним из выставочных хитов тогда стала третьяковская «Оттепель», где работы Пименова занимали важное место.

Он, как никто другой, смог передать саму атмосферу, дух оттепели. И вот что интересно: если в кино мы, говоря об этом периоде, вспоминаем прежде всего «Я шагаю по Москве» Георгия Данелии, «Июльский дождь» и «Заставу Ильича» Марлена Хуциева, в общем — произведения режиссеров, которым было на тот момент около 35 лет, то в живописи самым «оттепельным» автором оказался Пименов, родившийся в самом начале века.

Разумеется, в новой ретроспективе представлены все его основные работы 1960-х: это и знаменитая серия «Новые кварталы», показывающая строительство новых домов и городов через призму радостных чувств новоселов, и красноречивые бытовые натюрморты из циклов «Вещи людей» и «Вещи каждого дня». Большинство из этих полотен ценители искусства, конечно, видели не раз. И всё же каждая встреча с ними — удовольствие.

Выставка Юрия Пименова
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков

Но не менее ценно — познакомиться с эволюцией художника: ведь начинал он еще в 1920-е, в объединении ОСТ, куда входили также Александр Дейнека, Александр Лабас и другие. Собственно, ранние работы Пименова вызывают в памяти именно вещи Дейнеки, и здесь еще пока нет того лиризма, утонченности, воздушности, а есть совсем несвойственная художнику рубленость форм, прямолинейность, грубоватость образов, подчас даже карикатурность. «Даешь тяжелую индустрию!» (1927) — хороший пример «скульптурного» письма: фигуры рабочих, с усилием тянущих некий канат или металлическую штангу, резко выделяются на переднем плане, они будто вылеплены из глины. На фоне же — сразу несколько заводских сюжетов, органично смонтированных в едином пространстве полотна.

Здесь опять стоит вспомнить кинематограф — монтажные эксперименты Сергея Эйзенштейна и Дзиги Вертова, а также фотомонтажи Александра Родченко и Эль Лисицкого. Но у Пименова любовь к подобным приемам останется и в дальнейшем. Например, на картине 1967 года «Старые и новые вещи» мы видим среди прочих объектов явно дореволюционную фотографию дамы в рамочке, а перед ней — фотоизображение девушки в бикини и со стрижкой по моде 1960-х. Еще показательнее в этом плане — «Воспоминание о военном пайковом хлебе» (1962), где сочетаются сразу несколько планов. Действие происходит в мастерской художника, за окном видно строительство новых кварталов, а на мольберте, прямо перед взором зрителя, — мрачное изображение очереди за продовольствием. Вдобавок к мольберту прикреплены еще два эскиза прямо поверх холста.

Жертвы войны и спортсменки

Пименов вообще был не чужд экспериментам. В юности он даже отдал дань экспрессионизму, хотя, казалось бы, это совсем несвойственная для него эстетика. Вероятно, поэтому образы с картины «Инвалиды войны» (1926) лишены органичности — увечья и уродства двух солдат, вернувшихся с фронта, написаны слишком нарочито. Но поражает другое: при взгляде на вытянутое в беззвучном вопле лицо главного героя нельзя не вспомнить «Крик» Эдварда Мунка.

Шок у ценителей оттепельного Пименова вызовет и полотно 1933 года «Солдаты переходят на сторону революции». Кстати, это практически премьера выставки: кураторы рассказали «Известиям», что работа была в плохом состоянии и долго реставрировалась, и теперь ее показывают впервые за многие годы. Масштабная композиция сочетает плакатность ранних произведений, экспрессионизм «Инвалидов войны» и импрессионистичность письма 1930-х.

Выставка Юрия Пименова
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков

И всё же это скорее исключения. Куда показательнее для Пименова другая ранняя вещь — «Две девушки с мячом» (1929). Да, фигуры спортсменок изображены по-дейнековски монументально, но нежнейший светлый колорит и воздушно написанные белые платья героинь выдают кисть автора «Новых кварталов». А главное — обозначают его ключевую тему: красота и сила современной женщины.

Конечно, «спортсменок, комсомолок и просто красавиц» писали в те годы многие художники. Но там, где остальные видят либо функцию, профессию, либо внешнюю красоту, Пименов показывает личность — причем всегда женственную и привлекательную.

«А как кокетливы бывают девушки-маляры, вдрызг запачканные разными колерами, но обязательно с кружком зеркальца в кармане комбинезона. <...> Курносые и задорные, строгие и красивые лица подмосковных женщин окрашены особой русской прелестью. Складные движения их рук, каким-то особым жестом заправляющих волосы под платок, полны сдержанной и зрелой грации...» — писал Пименов. И в «Новой дороге» (1964) показана как раз такая девушка-маляр, покрывающая краской столб с указателем. Знак гласит: «Вперед». А на заднем плане под голубым небом высятся многоэтажки нового города.

Символ советского феминизма

Собственно, именно кисти Пименова принадлежит картина, которую можно считать символом советского феминизма, — «Новая Москва» (1937). Художник сажает на традиционно мужское место — за руль автомобиля — самодостаточную, уверенную в себе и явно благополучную девушку. Она ведет машину по Охотному ряду сразу после дождя. Единственный персонаж изображен со спины, лица не видно (новаторская композиция!). Но в этой недосказанности — своя прелесть. Зритель домысливает образ и представляет, что героиня исключительно хороша.

«Новую Москву», конечно, все видели в постоянной экспозиции Третьяковки. Но на выставке она воссоединилась с «сиквелом» — «Фронтовой дорогой» (1944) из собрания Русского музея. Композиция практически полностью сохранена, однако девушка едет уже не по расцветающей столице, а по грязной улице разрушенного города, вслед за грузовиком с солдатами. Времена и обстоятельства изменились, спокойная уверенность героини — осталась прежней. Потому-то при всей мрачности колорита даже эта вещь внушает оптимизм. А еще — заставляет домыслить теперь уже не внешность, а судьбу центрального персонажа: ведь теперь девушка не одна — справа, на пассажирском месте, сидит мужчина. Что произошло с нашей автолюбительницей за семь лет? Куда она везет своего спутника и кем он ей приходится? Почему она вообще оказалась на фронте?

Выставка Юрия Пименова
Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Волков

В своих работах Пименов мастерски создает не только образ, но и историю. И почти всегда в центре воображаемого повествования оказывается женщина — или даже несколько. Например, в триптихе «Работницы Уралмаша» (1934) художник показывает своих героинь на заводе, в театре и дома во время отдыха. Но разгадывать их взаимоотношения не менее интересно, чем следить за приключениями девчат в знаменитом оттепельном фильме.

Ну а в поздних работах производственная тема у Пименова и вовсе уходит на второй план, зато лирические сюжеты становятся по-настоящему выразительными. Чего стоит, например, совсем небольшой, но удивительный холст, написанный автором всего за два года до смерти, — «Серьезный разговор» (1975). Между гигантскими загадочными металлическими конструкциями (свалка? заводской склад?) стоят юноша и девушка. Он явно чувствует себя неловко и пытается избежать объяснения, а она с надеждой, отчаянностью и решимостью на него смотрит.

От сугубо общественных тем Пименов пришел к личным, интимным. От утрированной плакатности — через импрессионизм — к искреннему реализму. Но он так и остался верен женщине: и в жизни (с Натальей Константиновной Бернадской, той самой девушкой с картины «Новая Москва», он прожил с 1931 года и до самой смерти), и в искусстве.

Прямой эфир