«Написала Байлз слова поддержки, понимаю, как ей тяжело»
Гимнастку Ангелину Мельникову уже сейчас можно назвать одной из главных героинь Игр в Токио. В командном многоборье, где наша команда сенсационно обошла США, именно 21-летняя уроженка Воронежа была лидером. Мельникова выступала последней в вольных упражнениях и сделала это так уверенно, что у судей не оставалось никаких вариантов, кроме как отдать золото российской команде.
В личном многоборье у гимнасток на этот раз всё решалось в последние секунды соревнований. В 0,234 балла уместились все три медалистки — и Мельникова заняла третью ступень пьедестала. Первой стала американка Суниса Ли, второй — представительница Бразилии Ребека Андраде (тренируется у российского специалиста). Зато теперь у Ангелины полный комплект Олимпийских игр — до этого она примеряла командные золото и серебро. В интервью «Известиям» она рассказала о тяжелой бронзе, снятии с соревнований четырехкратной олимпийской чемпионки Симоны Байлз и молодых партнерах по команде.
— Поздравляем вас с бронзой! Вы рады или больше разочарованы этим результатом?
— Настроение очень хорошее, я счастлива. В личном многоборье выступала полностью в свое удовольствие, имея золото за спиной, было гораздо легче. Немного волновалась перед вольными упражнениями, потому что понимала — если делаю на хорошую оценку, могу быть на пьедестале. Рада, что справилась и всё сложилось именно так.
— Но вы же явно рассчитывали на большее?
— Бронза — очень хороший результат. Просто, если взять оценки, то я сильно проигрываю девочкам по базе, сложности. Это и бревно, и опорный, и брусья — слишком большой разрыв. Я делаю максимум, и они делают — и между нами большая разница. Так что сегодня пьедестал максимально справедлив.
— Волновались перед бревном, учитывая падение в командном многоборье?
— Не особо. Я была практически уверена, что сделаю свою программу, но вопрос, как именно. Конечно, рассчитывала сделать получше, хотя бы на оценку 14, потому что знаю, что могу. Но плохо получилось начало, много потеряла.
— Перед объявлением итоговой оценки молились?
— Нет, не молилась (смеется). Просто думала, на сколько меня оценят судьи. Всё-таки придержат или дадут мне соответствующую оценку, которой будет достаточно для пьедестала? Когда посмотрела на табло, поняла, что оценили меня на самом деле хорошо.
— В личном многоборье не было главной звезды спортивной гимнастики — Симоны Байлз. Это влияет на ощущение от бронзы?
— Наверное, сегодня была интереснее борьба, потому что она шла за золото, все девочки это понимали. Конечно, так намного интереснее — когда ты бьешься за золото, а не серебро и бронзу заранее. Думаю, моя бронза полноценна. Не знаю, как складывался бы финал, если бы Симона участвовала.
— Все спорят о причинах ее снятия, проблемах с ментальным здоровьем. Вам они понятны? Вы же наверняка тоже подвергаетесь здесь психологическому давлению.
— Мне не настолько они понятны, потому что я не так известна, у меня нет такой бешеной популярности. Представляю, какое на Симону свалилось давление, я даже написала ей слова поддержки, потому что представляю, как это тяжело. Я видела, что она потерялась на прыжке, и я понимаю, что это за проблема в гимнастике — когда ты теряешься. Ты даже можешь не понимать, что ты делаешь. У меня были такие проблемы в детстве, и это исправит только время. Надеюсь, она быстро восстановится.
— Если бы вы подошли к тренеру и сказали — у меня ментальные проблемы, он бы вас снял? Или сказал: «Иди делай»?
— Не могу сказать. Одно дело Симона так может сказать. А я... Не знаю, это сложно расценивать.
— После выступления общались с Владиславой Уразовой, которая финишировала четвертой в личном многоборье?
— Конечно, я вообще считаю Владу героиней, потому что она прошла многоборье без падений, она молодец, выдержала. Это ее первые Олимпийские игры, всё еще впереди. Она просто очень сильно проигрывает сложностью на вольных. Но она тоже сделала в личном многоборье свой максимум, видно, как она боролась, старалась.
— Нет ощущения, что ее немного придержали?
— На вольных? Нет, наверное, ей поставили заслуженную оценку, она всё-таки не сделала первый поворот, там большая сбавка. И приземления были даже не такие чистые, как в квалификации.
— В нашей команде сразу две молодые девушки. Как вам с ними?
— Я очень восхищаюсь ими, они прямо героини, борются. Я вижу, как они переживают. Стараемся с Лилией Ахаимовой веселить, смешить, разрядить обстановку.
— Нет желания свою необычную музыку оставить после такого?
— Не могу сказать пока, что буду с ней делать. Автор должен всё бесплатно отдать? (Гимнастке пришлось скорректировать музыку из-за требований автора. — «Известия») Ну не знаю.
— Лилия Ахаимова, когда помогала вам готовиться к брусьям, как-то подбадривала?
— Обычно мы мажем брусья медом, потом водой, потом магнезией, вот она это делала. Спрашивала, нужно ли попрыскать водой, сколько, жесткую или мягкую магнезию. Я у нее спросила, какой намазала. Ничего больше.
— В Рио-2016 вы выиграли серебро в команде. Когда было сложнее — тогда или сейчас?
— В Рио, конечно, было эмоциональнее. Я тогда была маленькая, и все эти крики трибун, шум. Я очень волновалась. Сейчас я в два-три раза увереннее выхожу на помост, чем выходила там. Сейчас у нас Вика Листунова, которой шестнадцать, ее все успокаивают, а там я была такой же.
