Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Лоскутный котлован: драма под крышей и опера на воздухе

Почему Платоновский фестиваль в Воронеже похож на мистерию
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Спектакли и перформансы по Андрею Платонову, концерт Леонида Десятникова и вручение ему Платоновской премии, мощная выставка «Бубнового валета», драма, опера и хореография, лекции и видеопоказы — всё это составило программу Платоновского фестиваля, который уже в 11-й раз прошел Воронеже. «Известия» оценили прежде всего местные постановки.

Показ спектаклей гостей — событие для города и заслуга худрука фестиваля Михаила Бычкова. Но приглашенным критикам, экспертам и отборщикам, которые в большинстве своем видели эти российские премьеры, предложили иное: воронежский кейс, представляющий срез местного драматического и музыкального театра. То есть внутри большого фестиваля искусств сложился мини-фестиваль, по которому можно судить, чем живет Воронеж театральный.

Камерный театр под руководством Михаила Бычкова всё так же держит высокий уровень и делает ставку на классику: гости фестиваля увидели «Привидения», драматургический шедевр Ибсена 1881 года в постановке Бычкова. Что привлекло режиссера-рационалиста со свойственной ему ясностью театрального языка в ирреальной пьесе о том, как призраки прошлого мешают жить героям в настоящем? Видимо, близкая режиссеру тема высвобождения чувственности, скованной запретами. И всё же внимание держит не фрау Алвинг и не ее больной сын Освальд с дурной наследственностью, а плотник Энгстранд — великолепная работа Андрея Мирошникова, показывающая его как большого артиста, чувствующего ибсеновский интеллектуализм.

Никитинский театр под руководством Бориса Алексеева (раньше, кстати, служившего в Камерном актером) — частный, и это театр со своим лицом, который не боится экспериментов. То, что на фестивале показали спектакль «Тайные виды на гору Фудзи» по роману Виктора Пелевина в постановке Ивана Комарова, говорит о смелости. Пусть режиссер переносит роман на сцену будто механически, отчего действие долго не движется, но заслуживает уважения сама верность никитинцев своему интересу к сложному материалу.

«Крокодил» по Достоевскому в театре кукол «Шут» — постановка Виктора Шраймана — показался спектаклем архаичным, устаревшим по форме и содержанию. Зато воронежский ТЮЗ порадовал «Битвами по средам» по книге американского писателя Гэри Шмидта. Георгий Цнобиладзе поставил живой, обаятельный и в хорошем смысле придуманный спектакль для подростков, а это самый трудный зритель. История о том, как монструозная на вид учительница помогает тинейджеру по-новому увидеть себя и мир вокруг с помощью Шекспира, сопряжена с 1960-ми — эпохой бунтарей, хиппи и лозунгом «Занимайтесь любовью, а не войной!».

Театр оперы и балета представил премьеру «Свадьбы Фигаро» Моцарта. Воронежские исполнители сочетались с приглашенными столичными артистами. Дирижировал маэстро Феликс Коробов, главный дирижер МАМТ им. К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко, оттуда же приглашена Наталья Петрожицкая, проникновенно спевшая Розину. Солистка Большого театра Екатерина Лукаш украсила собой оперу в роли Керубино. Сложно сказать, зачем постановщик Михаил Бычков перенес действие во времена Первой мировой — начинается с того, что мужчины возвращаются в Испанию явно с этой войны — ведь тогда анахронизмом выглядит коллизия, связанная со «старинным правом синьора». Но что касается разработки межчеловеческих отношений, тут режиссер держит внимание зала. И не случайно в этой версии оперы отчетливо проглядывает ее драматический источник — комедия Бомарше.

Еще Театр оперы и балета показал в один вечер две одноактные хореографические композиции: «Дева» Константина Матулевского и Софьи Гайдуковой решена как завораживающе-жутковатый апофеоз богини Артемиды, перед которой склоняется вся природа. «След» Константина Кейхеля — попытка воплотить философскую прозу языком танца, чему помогала музыка Владимира Мартынова.

В Камерном театре существует своя хореографическая труппа. Гости форума смогли увидеть сочинение ее руководителя Виктории Арчая — «Сны Междуречья». Два парня и три девушки то разъединяются, то соединяются в единое целое — в танце они выглядят вполне андрогинно, — активизируя архетипические образы; само действо кажется прекрасным сном. За творчеством этого хореографа, не сказать, что известного в столицах, хочется следить.

В платоновские дни в столицу Черноземья приезжают как на отдых: здесь тепло и празднично. Леонид Десятников, ставший в этом году лауреатом Платоновской премии, говорил об особой атмосфере этого южного города и о том, как, увидев огромного жука-оленя, он вспомнил детство. Не случайно в этом году прошла серия перформансов по мотивам Платонова — в основном на открытом воздухе: грех не воспользоваться здешним природным и урбанистическим пейзажем. Скажем, художница Полина Кардымон собиралась три дня копать котлован на берегу Воронежского водохранилища, но в итоге город не дал на это разрешение, пришлось ограничиться одним днем. И хотя зрители перформанса могли взять лопату и помочь девушке в красивом белом платье копать неблагодарную каменистую почву, вряд ли можно говорить о настоящем включении в это действо.

Совсем иначе — в опере «Жители родного города», сочиненной композитором Даниилом Посаженниковым. Музыка, которую услышала публика, стоя поздним вечером на перроне, складывалась из гудков поездов, беззвучного пения продавщиц цветов, сидевших на вокзале и, конечно, из пения профессионального — участников хора Театра оперы и балета.

Основная часть оперы прошла в огромном, с эффектными лепными сводами зале ожидания, где зрители сидели, окруженные играющими музыкантами и поющими вокалистами. Когда в какой-то момент последние двинулись со своих мест и, не прекращая пения, вышли в черную южную ночь, увлекая за собой слушателей, возникло ощущение всеобщего единства, будто ты участвуешь в мистерии голосов.

К этому единству всегда стремился Платоновский фестиваль, объединяя в своей афише разные виды и направления искусства. И хотя форум сопряжен с Камерным театром, охват здесь совсем не камерный. Право же, в дни фестиваля Воронеж похож на средневековый город, жители которого объединены мистерией.

Читайте также
Прямой эфир