Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
Дознание лакея Фирса: где жену плохому научат
2021-04-29 14:21:03">
2021-04-29 14:21:03
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Апрельские премьеры московских театров позволяют не беспокоиться за судьбу театральных премий: по крайней мере, в актерских номинациях есть сильные претенденты на победу. Театральный критик Влад Васюхин предоставил «Известиям» разбор весенних «полетов» на столичных сценах.

«Вишневый сад. Комедия»

Театр на Таганке

Публика в курсе, что поезд опоздал на два часа, что собачка Шарлотты даже орехи кушает, а вишневый сад будет продан. А многие даже знают, что в Театре на Таганке в 1975 году Анатолий Эфрос уже ставил эту пьесу Чехова и спектакль, где играли Алла Демидова и Владимир Высоцкий, стал легендой.

Много воды утекло, от прежней Таганки остался лишь хвост кометы, однако выбирая этот хрестоматийный, чтобы не сказать заезженный текст, режиссер Юрий Муравицкий должен был очень сильно дистанцироваться даже не столько от знаменитого предшественника, сколько от многочисленных «Садов», поднявшихся с тех пор на сценах России и мира. Что он с успехом и сделал. Такого «Вишневого сада» вы точно еще не видели!

Никаких деревьев в премьерном зрелище нет. Ни веточки, ни цветочка, ни вишенки на торте. Как и других привычных атрибутов вроде многоуважаемого шкафа или блюдечка, которое разобьет Дуняша. Зато имеется рояль, и тапер своими пассажами комментирует действие. Есть покрытая красным ковром и эффектно подсвеченная по бокам пафосная лестница вроде тех, что бывают в варьете, на кинофестивалях или, как остроумно заметил один блогер, в зале прощания при крематории. На ней и разворачивается до боли знакомый сюжет.

Спектакль решен в эстрадном стиле, в жанре кабаре и буффонады. Актеры (умышленно не назову ни одной фамилии, иначе придется перечислять всех, ансамбль сложился отменный) играют вызывающе броско, утрированно. Почти каждый персонаж что-нибудь да скажет в микрофон, как в стендап-комедии, обращаясь напрямую к зрителям. Костюмы, правильнее сказать — дресс-код, строги и эффектны, как на какой-нибудь церемонии (не случайно на афише Антон Палыч изображен в виде оскаровской статуэтки).

Ну и, конечно, нельзя не упомянуть о финале. Муравицкий его дописал. Вы же помните, чем заканчивается пьеса? Толпа уезжала, забыв в заколоченном доме больного Фирса, оставив старого лакея на верную смерть. А в новой версии после финальной фразы — оп-па! — веселая компания возвращается обратно. Старика забирают с собой в Париж, Лопахин делает предложение руки и сердца Варе, а поместье возвращает обратно Раневской. Шик, блеск, хеппи-энд! Но смахнуть слезу всё равно придется.

«Театр»

«Современник»

Столичные труппы всё чаще позволяют зрителям «почувствовать разницу»: то МХАТ имени Горького и «Сатира» друг за другом поставят «Лес», то Малый и Вахтанговский почти одновременно выпустят «Мертвые души», то «Современник» и опять же Вахтанговский инсценируют «Театр» Моэма.

Елена Яковлева в современниковской версии знаменитого романа начисто переигрывает вахтанговку Лидию Вележеву. И хотя ее Джулия Ламберт по воле автора пьесы Светланы Петрийчук играет фрагменты из Чехова и Достоевского, но лишена собственной выигрышной финальной сцены, где начисто переигрывает бездарную дебютантку, — Яковлевой никому и ничего не надо доказывать. Она — примадонна, это ее тотальный бенефис, а роман и так все помнят.

Панков поставил «Театр» в хорошо освоенном им жанре саундрамы — с живой музыкой, которая сама по себе — участник спектакля, с танцами, с мимами, с избыточной красотой. И хотя режиссер называл свое зрелище траурным карнавалом, не верьте. Это оптимистичный гимн театру.

«Мертвые души»

Театр имени Вахтангова

Первый вопрос, который задают посмотревшим премьеру: «Да неужели все роли играют два актера?» Истинная правда! Другой вопрос: «А зачем маститый режиссер Владимир Иванов, прежде в экспериментах не замеченный, решился на такой рискованный шаг?» И вот здесь однозначного ответа нет. Только домыслы, только версии.

Наиболее убедительную можно выразить словом «камбэк» — внезапное возвращение в строй. Причем касается оно не только самого постановщика.

Несколько последних лет на сцену родного театра народная артистка России Мария Аронова выходила в лучшем случае 2–3 раза месяц, ведь в репертуаре остался единственный спектакль с ее участием — «Мадемуазель Нитуш», поставленный в 2004 году. Увидеть бесподобную актрису можно было в антрепризах, где-нибудь в Кисловодске, в отпуске. И, конечно, вновь появиться на большой сцене академического театра с каким-нибудь проходным материалом Аронова не могла.

Как не мог этого сделать и автор аншлаговых спектаклей Владимир Иванов, чья последняя крупная работа случилась пять лет назад. И тот спектакль — «Бенефис» по пьесе Надежды Птушкиной — был омрачен скандалом: иск драматурга к театру дошел аж до Верховного суда. А по причине нездоровья исполнителя главной роли Владимира Этуша «Бенефис» нередко отменяли и в итоге сочли разумным вообще снять из репертуара.

Ну и третий резон, как говорят англичане, last but not least — дать шанс сыграть большую роль и, возможно, перейти в высшую актерскую лигу 29-летнему сыну Ароновой Владиславу Гандрабуру.

В «Мертвых душах» мать и сын творят на сцене настоящие чудеса актерского перевоплощения, играя то вместе, то попеременно и Чичикова, и остальных героев гоголевской поэмы. Мария Аронова за три часа воплощает целых 17 персонажей: от Коробочки и Собакевича до кучера Селифана! А такого Плюшкина, каким его сыграл Гандрабура, на сцене еще не было.

Эх, если бы подсократить первое действие, больше напоминающее читку, вышел бы просто шедевр.

«Школа жен»

Театр имени Маяковского

Какая еще школа жен может быть в наши дни победившего феминизма? Зачем в принципе нужно ставить сегодня эту старую французскую пьесу с ее надуманной проблемой? Почему допотопный Мольер, а не, скажем, модный Флориан Зеллер привлек внимание одного из ведущих европейских режиссеров — худрука Маяковки Миндаугаса Карбаускиса?

Да что там сюжет! Кто-то придирается и к современному переводу Дмитрия Быкова, и к 50 оттенкам серого в цветовой палитре спектакля, и к минималистической музыке Полины Шульевой, дятлом стучащей на протяжении двух с лишним часов. Кто-то даже сочувствует феерической артистке Наталье Палагушкиной, вынужденной сдерживать свой темперамент, играя бедную овечку — отданную на воспитание в монастырь будущую порядочную жену и мать.

Высмеивающая не конкретных типажей, а саму абсурдность человеческого бытия «Школа жен» — во многом бенефис Анатолия Лобоцкого. Замечательный артист весьма убедителен. И в чем-то ролью стареющего дворянина Арнольфа он продолжает линию своего профессора Хиггинса из «Пигмалиона»: то же горе от ума в любовных делах.

«Фрёкен Жюли»

Театр имени Моссовета

Театр имени Моссовета почти одновременно выстрелил тремя премьерами, в том числе с блестящей работой любимца публики Виктора Сухорукова в спектакле «Странник» по пьесе Максима Горького «Старик». Но, конечно, театралы с нетерпением ждали первой постановки Евгения Марчелли, нового худрука прославленной труппы.

Марчелли выбрал пьесу шведского классика Августа Стринберга, к которой в разные годы обращался уже дважды, ставя «Фрёкен Жюли» в провинциальных театрах. И предъявил нам новое прочтение, сделав очень натуралистичный, физиологичный, интимный и, что логично, камерный спектакль.

За жизнью хозяйки и ее слуг (Лилия Волкова, Павел Усачев и Кристина Исайкина образуют органичное трио) зрители наблюдают, правильнее сказать, подглядывают на расстоянии вытянутой руки, как будто полная острого трагизма история о молодой женщине, у которой недавно расстроилась свадьба и она никак не может встретить «своего» мужчину, разворачивается не на сцене «Под крышей», а в графском доме.

«Василисса»

РАМТ

Есть мнение, что хороших спектаклей для самой нетеатральной публики — подростков — в Москве нет. Ну или почти нет. И это, конечно, упущение. А, с другой стороны, почему духовная пища тинейджеров должна как-то разительно отличаться от того, чем театры потчуют взрослых?

Тем не менее премьеру современной «страшилки» с маркировкой 12+, написанной специально для Молодежного театра, можно считать знаковой. Принадлежащие к поколению 30-летних драматург Мария Малухина и режиссер Филипп Гуревич отправили юную девицу по имени Василисса, живущую в приемной семье, в мрачную сказку — путешествие по русскому фольклору. Где чудеса, где леший бродит, где царь Берендей живет не по закону, а по понятиям.

Попадая из деревни в сказочный лес, Василисса узнает немало жутко интересного и о мире, где злом далеко не всегда оказывается то, что выглядит некрасиво, и о себе самой. Она, оказывается, тоже принадлежит к нечистой силе и на самом деле — дочь змея (отсюда и двойное С в ее имени — подражание шипению). И барышне предстоит сделать выбор: или сохранить свои «лесные» колдовские возможности, или остаться в мире людей. Но прежде ей надо научиться взаимодействовать с теми, кто решительно на нее непохож.

Спектакль, поставленный в брутальной эстетике «бедного театра» или фильма-хоррора, полон черного юмора и лишен назидательности и морализаторства. Он идет на Маленькой сцене РАМТа, и увидеть его сможет считаное число зрителей. Да и среди тех преобладают вездесущие взрослые театралы. А значит, хороших спектаклей для подростков в столице по-прежнему как бы и нет...

Читайте также