В России, как и в мире, любое стратегическое управление выстраивается на основе прогнозирования будущего. Необходимость такой стратегии четко прописана в нашем законе «О стратегическом планировании в Российской Федерации», который устанавливает требования к управленцам всех уровней власти — от президента до руководства муниципальных образований. Причем стратегия должна быть выстроена таким образом, чтобы реализовать ее можно было при любом прогнозе.
В 2008 году возник серьезный кризис, который поначалу все восприняли как финансовый. Тогда большинство решило, что достаточно просто прибавить денег. Но последующий кризис 2013–2014 годов продемонстрировал, что накачка экономики перестала помогать — кризис продолжал развиваться. Стало понятно, что нужны принципиально новые рынки.
Земной шар ограничен, выйти за его пределы не удается, поэтому и понадобились новые технологические решения.
Появилась надежда, что эту задачу решат технологии. Так родились концепции «четвертой промышленной революции» Джереми Рифкина и «шестого технологического уклада», авторство которой уже трудно установить. Их основная задача — выйти за пределы существующей экономической модели, поскольку есть надежда, что вне ее нас ждет рост или хотя бы тайм-аут для передышки, остановка экономического падения, которое сейчас повсеместно. Небольшой промежуток времени позволит сменить поколения, мировые элиты уйдут в отставку.
Такие понятия, как «рынок», «монетаризм», «репутационный капитал», «устойчивое развитие», «зеленые города», «толерантность», «права сексуальных меньшинств», «экологическое сознание», «глобальное потепление», постепенно переходят в ряд устаревшей риторики. Все эти тренды имели только одну функцию — управление общественным сознанием для обеспечения устойчивости мирового порядка. Эти слова работали в 1990–2000-х годах. Теперь обществу предлагаются новые.
Политическим консенсусом западных элит стал сегодня шестой технологический уклад, так как для них идеологемы являются концентрированным изложением политики. Очевидно, в пространство этих смыслов вступит и Россия.
В основе шестого уклада — производящая экономика, основанная на промышленной робототехнике. Самый актуальный тренд будущего — роботы, которые будут господствовать в промышленности, транспорте, науке и на войне. В европейских странах это будут «умные роботы», обладающие искусственным интеллектом, способные пройти тест Тьюринга. Судя по тенденциям, Китай ставит на дешевые роботы «с интеллектом лошади, а не шофера». Россия еще не определилась.
Развитие информационных технологий предсказывалось и раньше, еще в начале 2000-х была сформулирована концепция «трех глобальностей»: глобальной связи, глобальной навигации и глобальной информированности. Сейчас эти прогнозы с некоторыми оговорками реализовались и встает вопрос о «четвертой глобальности», образовательной, а также о широком использовании дополненной реальности в повседневной жизни.
Первый элемент. Дополненная реальность «Изумрудного города»
Пионерами в этом направлении выступят Китай и Япония, где научатся «дополнять» бараки общежитий и алюминиевые коробки фабрик всеми элементами комфортной среды обитания, вплоть до садов, водопадов, бамбуковых лесов и виртуальных панд. Это, впрочем, тривиально и не так уж отличается от «Изумрудного города». Только в будущем в роли сказочных зеленых очков выступит виртуальный шлем. И непосредственной сферой его приложения станут девелопмент, инженерия и наука.
Второй элемент. Квантовые копиры vs 3D-принтеры
Вторым элементом уклада станут аддитивные (лат. — получаемые путем сложения) технологии, «выращивающие» деталь. Понятно, что они эффективнее традиционной обработки, после которой значительная часть заготовки превращается в отходы и выбрасывается. Но нужно иметь в виду, что аддитивные технологии — это отнюдь не уже ставшие привычными 3D-принтеры, а гораздо более сложные и эффективные квантовые копиры, поскольку последние смогут воспроизводить не только молекулярную структуру в отличие от 3D-принтеров, но и атомную. Что сразу же убьет рынки драгоценных камней и произведений искусства (картины старых мастеров научатся воспроизводить с абсолютной точностью).
Третий элемент. Конец Болонской системы образования
Следующим этапом станет рост платформенных технологий, так называемая Uber'изация мира и популяризация дистанционного образования. Получается, что приход шестого технологического уклада станет смертным приговором Болонской системе образования, которая воспитывает «квалифицированных потребителей», «граждан демократического глобализированного общества». Производящей экономике такие «граждане» попросту станут не нужны.
Почему шестой технологический уклад неизбежен? Он имеет ряд преимуществ по отношению ко всем предыдущим системам общества (индустриальное, «советское», постиндустриальное, «глобальное», «демократическое»).
Страны разделятся на способные поддерживать этот уклад и все остальные. Последние, по-видимому, потеряют не только суверенитет, но и государственность и превратятся в территории, управляемые робототехническими корпорациями.
Строго говоря, и политика санкций имеет своей целью сегодня не столько оказание давления на политику России, сколько задержку научно-технологического развития страны и замедление ее перехода к шестому укладу. В руководстве страны это понимают, но вопрос, какой будет цена прогресса для российского общества, остается открытым.
Автор — футуролог, социолог, публицист
