Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Госдума приняла в первом чтении законопроект, который выводит побои в отношении близких родственников из разряда уголовных преступлений в административные правонарушения в случаях, когда такой проступок совершен впервые. Что же это означает для нас с вами? Давайте вместе попробуем разобраться в истории вопроса за последний год.

Пройдем по хронологии. В 2015 году с целью реализации поручения президента страны о декриминализации некоторых составов преступлений небольшой тяжести Верховным судом Российской Федерации был внесен в Государственную думу большой законопроект, направленный на дальнейшую гуманизацию уголовного законодательства. В нем предлагалось отменить уголовную ответственность за впервые совершенные побои, предусмотренные статьей 116 УК РФ, за исключением совершенных из хулиганских побуждений либо по экстремистским мотивам. Но в процессе рассмотрения проекта федерального закона в него были внесены поправки ГД, которые вызвали большой общественный резонанс. Появилась новая юридическая категория — «близкие лица».

Кроме того, федеральным законом дела по статье 116 УК РФ выведены из дел частного обвинения. Теперь эти дела не смогут быть прекращены примирением сторон.

Так если и раньше наказание за побои было таким же, если близких лиц так же избивали, — то что возмутило общественников?

Первое. Само выделение категории «близкие лица» наравне с хулиганскими побуждениями по мотивам религиозной ненависти и пр.

Второе. Данная статья предусматривает различную степень наказаний, но максимальная — лишение свободы сроком до двух лет. Хотя за более серьезное преступление — «причинение легкого вреда здоровью» — установлена менее строгая ответственность (ст. 115 УК РФ). Иными словами, если бы на улице ребенка побили незнакомцы, они получили бы меньшее наказание, чем если бы его побили дома.

Законопроект прозвали «запретом на воспитание детей».

В обществе начались серьезные дискуссии о том, можно или нельзя бить детей при воспитании в семье и до какой степени их можно бить. Я присутствовала на радиоэфирах, где люди, именующие себя «экспертами», утверждали, что детей «можно и нужно бить» и таким образом — «воспитывать». Меня сильно пугает эта тенденция. Меня никогда не били родители. И всегда казалось, что цивилизованное общество стремится к тому, чтобы развивать иные методы воспитания. Если так происходит в каких-то семьях, то им в первую очередь нужно помогать справляться с этим, искать другие варианты. Но ни в коем случае не оправдывать. Иначе к чему мы придем?

Понятно, что те, кто бьет своих детей и жен, боятся наказания. Теперь это будет сложнее объяснить как семейный конфликт. И не нужно оправданий, что шлепки — это побои, и за каждый шлепок нас могут привлечь к ответственности. Не нужно подменять понятия. Побои — это удары, умышленно нанесенные по любым частям тела человека с причинением физической боли и (или) поверхностных повреждений. Это, простите, не один удар. Это все-таки побои.

Хотя за полгода работы закона я не встретила случая, когда родителям или мужьям за шлепок по попе присудили бы два года лишения свободы. Я допускаю, что любой родитель чувствует себя уязвимым, предполагая, что кто-то может использовать эту статью против него. На практике это вряд ли возможно. Но если постоянно говорить об этом и нагнетать обстановку, то и незаряженное ружье, как мы знаем, может выстрелить.

Опасения общественников были услышаны, группа депутатов Государственной думы внесла законопроект, убрав из статьи про побои формулировку «в отношении близких лиц».

В Общественной палате России состоялись «нулевые чтения» данного законопроекта. Мероприятие было ярким. Порой от представителей родительских сообществ звучали такие высказывания, что становилось не по себе. Доходило даже до предложений узаконить физическое или психическое принуждение при воспитании детей, если это не повлечет последствий для здоровья.

Так или иначе, этот законопроект в палате поддержали. Но в своем заключении Общественная палата отметила, что необходимо дать четкие определения вышеупомянутым деяниям во избежание неоднозначных толкований. Иначе подмена понятий и страхи общественности, вызванные отсутствием четкой формулировки «побои», не прекратятся.

Мало предложений прозвучало о том, как государству и обществу следует работать с семьей, чтобы домашнего насилия становилось меньше, хотя именно на это обратили внимание законодатели.

Считаю, что с семьями нужно работать больше. Общественная палата в рамках работы комиссии по поддержке семьи, детей и материнства готова обсуждать самые разные идеи и предложения по укреплению института семьи. Но я лично и мои коллеги, надеюсь, тоже не станут поддерживать инициативы и их трактовки, призывающие к насилию в семье в любом виде. Бить детей нельзя. Бить жен нельзя. И точка. Признание насилия в семье нормой — оправдание собственного бессилия, слабости и психической несостоятельности.

Закончить хочу ответом Владимира Путина на один из подобных вопросов на пресс-конференции в декабре 2016 года: «Смотрите, детей-то лучше не шлепать и не ссылаться при этом на какие-то традиции. Ни родителям, ни тем более соседям, хотя такое, конечно, в практике иногда бывает. От этих шлепков до избиений... Дети зависят от взрослых полностью, это самая зависимая часть общества в любой стране. Существует много других способов воспитания, без всяких шлепков».

Автор — член Общественной палаты России, член Координационного совета при президенте Российской Федерации по реализации Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 годы

Прямой эфир

Загрузка...