Итак, согласно обнародованным ЦИК Приднестровья результатам, 11 декабря на президентских выборах в первом туре с внушительным отрывом (62,3% против 27,4%) победил спикер парламента Вадим Красносельский. Кадровый военный, выпускник Харьковского высшего военного командно-инженерного училища ракетных войск, он за 10 лет сделал успешную, если не сказать головокружительную, карьеру — прошел путь от оперуполномоченного отдела по борьбе с экономическими преступлениями Бендерского ГОВД (1996) до главы МВД ПМР (2007). В 38 лет Красносельский стал генерал-майором милиции, и сейчас его парадный китель буквально сияет от обилия государственных наград, в число которых входит и орден «За личное мужество».
Политический олимп покорился ему еще более стремительно. В ноябре 2015 года был избран депутатом Верховного совета ПМР и возглавил его, а спустя всего лишь год занял пост президента республики.
Конечно, помимо личных качеств и воли к победе здесь не обошлось без везения и особого стечения обстоятельств. В связи с этим возникает вопрос: кто он — ярко вспыхнувшая одинокая звезда на политическом небосклоне Приднестровья или член влиятельной корпорации (группы), которая сделала ставку на молодого, перспективного, но при этом предсказуемого и ответственного политика?
Зная реалии ПМР, рискну предположить последнее, хотя это вовсе не исключает определенной самостоятельности и личной харизмы вновь избранного президента. В конце концов, для многих из тех, кто заинтересованно следил за исходом президентской гонки, гораздо важнее было не то, как раскроются и проявятся личные качества пока еще мало известного первого лица в Приднестровье, а то, каким курсом он поведет все еще непризнанную республику, находящуюся в кольце транспортной и торгово-экономической блокады.
И здесь начинается самое интересное, так как хорошо известно, что завоевать доверие приднестровцев непросто, а потерять его можно в один миг, стоит только совершить неверный шаг.
Каков же «свод» идей и ценностей, на который обязан опираться политик, если он хочет завоевать доверие народа? Этот свод, с одной стороны, прост, а с другой — имеет качества высокой, а потому труднодостижимой мечты. Ну, например, сейчас в мире найдется немного стран, где отчетливо и ясно сформулирована и «прочувствована» национальная идея. А в Приднестровье она есть — это признание независимости государства с последующим вхождением в состав России.
Интересно, где бы сейчас был Красносельский, если бы на каверзный журналистский вопрос о том, как он относится к идее федеративного устройства Республики Молдовы с участием ПМР, не ответил, что «Приднестровье шаг за шагом добьется признания независимости и войдет в состав России», а сказал бы что-нибудь более уклончивое? Я почти уверена, что многие избиратели ему бы такой уклончивости не простили.
Концепт сохранения Приднестровья в качестве части политического пространства России и Русского мира для большинства жителей понятен и прочувствован. А любые объединительные проекты с ближайшими соседями вызывают отторжение и недоверие. Вот что в этой ситуации делать — лавировать или стоять на своем? Непростая дилемма в условиях непризнанности и ужесточения таможенно-пограничного режима на внешнем периметре.
Вообще, под всеми пророссийскими положениями, прозвучавшими из уст Красносельского, без колебаний подписалось бы подавляющее большинство граждан ПМР, включая и предыдущих президентов. Я бы сказала, что в Приднестровье есть такая самая востребованная и популярная профессия и одновременно призвание — «любить Россию».
Но для действующего президента задачей огромной важности становится «конвертация» этой приверженности в практическое русло, чтобы люди не чувствовали себя узниками и заложниками этой любви, чего, собственно говоря, и добивается Брюссель с Вашингтоном, закручивая гайки в хозяйственной и торговой деятельности с помощью Кишинева и Киева.
В этом контексте на повестку дня выходит целый перечень важных и первоочередных дел: введение упрощенной процедуры получения российского гражданства; продление миротворческой миссии в Приднестровье; углубление экономических связей с Россией; наращивание инвестиционной активности в регионе; увеличение количества рабочих мест; установление строгого контроля за российской финансовой помощью Приднестровью; установление мирных партнерских отношений с соседними странами и многое другое.
Смысл всех этих мер понятен: обеспечить мирную, безопасную жизнь гражданам Приднестровья, дать им работу, гарантировать свободу передвижения. Но как их реализовать — искусство, которым обязаны овладеть президент и его команда.
Миссия России — провести, что называется, аудит своих возможностей и помочь жителям Приднестровья пережить непростые времена. Представляется, что упрощенное предоставление гражданства, учет трудового стажа при начислении российских пенсий или возможность использования «материнского капитала» на территории ПМР — это не такая уж высокая цена за сохранение стратегически важного для России региона.
Автор — заместитель директора Российского института стратегических исследований
Читайте также:
