Мадонна с неоновым нимбом
Классический сакральный образ, техника ручной фотопечати XIX века и эстетика поп-арта соединились в проекте «Современная Мадонна» Джабаха Кахадо. 13 крупноформатных работ художника выставила андеграундная галерее MSK Eastside Gallery.
Кахадо родился в Нью-Джерси и учился фотоискусству в Нью-Йорке, но с начала нулевых живет в Москве. Зарекомендовав себя как фэшн-фотограф в Harper’s Bazaar, Vogue, Elle, Cosmopolitan и прочем высоком глянце, Джабах двинулся в сторону современного искусства. В 2008 году прошла его сольная выставка Moskva Raw в Московском музее современного искусства — на тот момент он был самым молодым художником, удостоенным такой чести. И с тех пор каждый год экс-американец представляет 2–3 новых арт-проекта.
Работая преимущественно с монохромной картинкой, Кахадо любит дополнять образ ярким цветным акцентом. Самая интересная часть новой экспозиции — шесть фотографий, заключенных в стеклянные коробы с неоновыми трубочками-лампами внутри. Полоски голубого, оранжевого, розового света обрамляют головы женщины и ребенка, создавая подобие нимба и мягко окрашивая весь черно-белый принт.
Ассоциации из масскульта, которые тянутся за неоновым освещением, а также заметное сходство самих фоторабот со стилистикой журналов мод придают особый оттенок работам Кахадо. Применительно к музыке получается нечто вроде классики в эстрадной обработке. Впрочем, во все времена художники интерпретировали образ Богоматери с Младенцем в соответствии с канонами своей эпохи. Виноват ли Кахадо, что эстетику последних десятилетий определяют «глянец», поп-музыка и постмодерн?
Куратор выставки и сооснователь галереи Зак Кахадо подчеркивает связь работ Джабаха с шедеврами живописи прошлых веков.
— Там есть диалог с историей искусства — от Ренессанса и иконописи до наших дней. Несмотря на то что Джабах начинал как фэшн-фотограф, здесь мы не видим акцента на одежду. Художника интересует в первую очередь чудо появления новой жизни, — сказал он.
В своих штудиях художник использует сложную ручную технику платиновой и палладиевой печати, разработанную еще в XIX веке. Предполагается, что такие отпечатки обеспечивают особо качественное и долговечное изображение, не подверженное бликам, в отличие от более распространенных и простых для тиражного выпуска желатино-серебряных принтов.
Для потенциальных покупателей и коллег Кахадо это, безусловно, важный аспект. Но могут ли оценить нюансы производства простые посетители галереи, тем более в приглушенном свете — вопрос спорный. И уж точно это не даст художнику индульгенцию в глазах тех, кого заденет сам факт «осовременивания» канонического сюжета.
