Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Папа римский Франциск встретился с основателем социальной сети Facebook Марком Цукербергом. Как написал сам Цукерберг на Facebook, они говорили о важности коммуникаций между людьми и том, что необходимо все время искать новые пути для обеспечения таких коммуникаций. Цукерберг даже подарил папе модель беспилотника на солнечных батареях, разработанного специально для того, чтобы обеспечивать интернет-связь в самых недоступных районах, где нет не только никакой связи, но и, бывает, электричества тоже.

Со стороны Ватикана последовал официальный пресс-релиз, где было сказано так: «Они говорили о том, как использовать коммуникационные технологии для борьбы с нищетой, поощрять культуру общения и помогать доставить послание надежды, особенно тем, кто находится в наиболее неблагоприятном положении». Звучит сухо и официально, но, в общем, идея понятна.

Интернет папе нравится. Социальные сети ему нравятся тоже. По крайней мере именно такой вывод сделали из этих скупых свидетельств короткой частной встречи свободолюбивые средства массовой информации, немедленно противопоставившие этим словам (напомню, не папы, а Цукерберга и официального пресс-релиза) высказывания патриарха Кирилла. Например, вот такое: «Сегодня каждый, кто публикует свои мысли и слова в интернете, становится в ряды тех, кто может оказать страшное и разрушительное влияние. И мы знаем, что тысячи и миллионы сегодня влияют на наше сознание, на наш разум».

«Концептуальные различия очевидны, — сделали вывод комментаторы. — Католическая церковь нацелена на экспансию и свободу. Русская православная церковь — на окукливание и домострой. Там прогресс, тут деградация».

Но было бы странно делать выводы на основе пересказа обычной протокольной встречи двух знаменитостей, на которой знаменитости в течение нескольких минут обмениваются любезностями, даже не присев. Здравствуйте — здравствуйте — не правда ли, мы должны помогать людям — ну, разумеется — до свидания — до свидания.

Другое дело — официальные выступления и документы. Здесь протокольный папа Франциск исчезает и появляется совсем другой папа, такой, каким он и должен быть, — глава Католической церкви. Отнюдь не менее строгой и консервативной, нежели православная. Ну, разве что чуть.

Вот, например, документ под названием Vultum Dei Quaerere («В поисках лика Божьего»), опубликованный папой Франциском всего чуть более месяца назад. В нем папа помимо всего прочего предупреждает монашествующих об опасности увлечения социальными медиа и призывает их быть осторожными, чтобы они не тратили свое время, отвлекаясь от более душеполезных занятий. Сравните со словами патриарха Кирилла: «Когда монах берет в руки мобильный телефон, чтобы войти в интернет, не должен ли он подумать, а стоит ли ему вообще в монастыре находиться?»

Ну, или вот, скажем, в январе 2015 года папа обращается к семьям: «Большая проблема, стоящая перед нами сегодня, состоит в том, чтобы еще раз научиться разговаривать друг с другом, а не просто генерировать и потреблять информацию». А вот патриарх: «Это порабощение сознания и воли. Люди сутками сидят у экрана, у монитора компьютера или у планшетника и погружаются в эту реальность. Развиваются виртуальные романы, виртуальные трагедии, виртуальные конфликты. Мы погружаемся в королевство кривых зеркал». Несколько более экспрессивно, конечно, но смысл совершенно тот же.

В народе говорят, что «Господь любит Троицу», и вот вам третий пример. Профессиональный — в контексте двух иерархов. В своем послании к пастве по случаю Всемирного дня социальных коммуникаций (январь 2014-го) папа Франциск говорит: «Держать двери наших церквей открытыми также означает держать их открытыми в цифровой среде, чтобы люди, независимо от их положения в жизни, могли войти. Мы призваны, чтобы показать, что Церковь является домом всех. С помощью интернета христианское послание может добраться «до концов земли» (Деяния 1: 8)». А вот патриарх: «Таинство спасения осуществляется в реальной жизни. И поэтому если мы не хотим, чтобы виртуальная реальность стала тоже атеизированным явлением, мы должны будем серьезно думать о том, как Церковь сегодня может присутствовать в этом мире более эффективно, более надежно с точки зрения передачи миру, и особенно молодежи, своего послания».

Главы двух крупнейших христианских церквей в мире говорят об интернете примерно одно и то же. И никакого феномена в этом совпадении нет. В отличие от более сложных вопросов, касающихся довольно узких социальных групп, интернет воздействует на всех, никаким догмам Священного писания не противоречит, но, как и любой другой дар Божий, может быть использован человеком как во благо, так и во зло. И все эти вещи, о которых говорят папа и патриарх (про уход от реальности в виртуальность, про противоречие социальных медиа религиозной аскезе, про необходимость нести слово Божье везде, где угодно, в том числе в интернете), просто не могут быть иными, поскольку они тривиальны и разделяются практически всеми. Даже теми, кто все эти заветы систематически игнорирует.

И пытаться найти какую-то концептуальную разницу в позициях двух предстоятелей по вопросу об интернете, причем искать ее специально, просто потому что ее так хочется найти именно для доказательства духовного и морального превосходства одной христианской церкви над другой (и не важно, какой именно над какой именно), — это дело, поверьте, не очень приличное. Я бы даже сказал — это дело постыдное.

А модель дрона от Марка Цукерберга папа, конечно, принял. В Ватикане огромный, прекрасный музей.

Все мнения >> 

Комментарии
Прямой эфир