Сирия встала на пути дружбы Москвы и Эр-Рияда

Глава МИД РФ Сергей Лавров 26 мая встретился с коллегами из Саудовской Аравии, Бахрейна, ОАЭ, Катара, Кувейта и Омана в рамках стратегического диалога Россия – Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Это четвертая встреча подобного формата, которая впервые прошла в Москве. До этого консультации проходили в Абу-Даби (2011), Эр-Рияде (2012) и Эль-Кувейте (2014).

Стороны договорились совместными усилиями противостоять угрозам терроризма и экстремизма и бороться с ИГИЛ (террористическая организация, деятельность которой запрещена на территории России), «Аль-Каидой», «Джебхат ан-Нусрой» и другими незаконными группировками.

Ключевой стала договоренность о подготовке плана действий в нефтегазовой сфере, энергетике, в том числе ядерной, телекоммуникациях, мирном освоении космоса, медицине и транспортной инфраструктуре. Документ с конкретными предложениями и проектами будет подготовлен к следующей встрече, которая состоится в сентябре на полях Генассамблеи ООН.

— Мы поручили нашим экспертам подготовить план действий по этим направлениям, чтобы мы смогли его рассмотреть и одобрить на сентябрьской встрече, — сказал Сергей Лавров.

В связи с последними событиями в регионе Ближнего Востока и Северной Африки обсуждение не ограничилось торгово-экономическими, инвестиционными и гуманитарными вопросами.

Несмотря на официальные утверждения о взаимном партнерстве и дружбе, неразрешенными остаются вопросы регионального характера. Не помогли пока и регулярные встречи на уровне глав министерств, а также межмидовские консультации по поиску компромиссных решений по Сирии и Ирану — понимания до сих пор добиться не удалось. 

Так, глава МИД Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр высказал общее для стран Арабского залива мнение о недопустимости курса внешней политики Ирана, в частности его вмешательства в дела региона.

На это российский министр ответил, что страны вправе развивать контакты с другими государствами и иметь с ними добрососедские отношения.

— Для любой страны абсолютно нормально и естественно укреплять свое влияние за собственными рубежами. Разумеется, мы исходим из того, что это нужно делать на основе полного уважения международного права, легитимно и без попыток вмешательства во внутренние дела этих государств, — отметил Лавров.

Поскольку Москва выстраивает отношения и с Ираном, и с членами ССАГПЗ, она может содействовать созданию условий для прямого диалога между ними.

При этом он подчеркнул, что Россия знает о существующих исторических противоречиях, которые «носят сугубо предметный характер», но не приветствует попытки представлять их как отражение раскола в мусульманском мире.

— Мы считаем, что провоцировать ситуацию в этом направлении недопустимо, а в интересах ислама обеспечить единство всех его течений, — заключил глава российского внешнеполитического ведомства.

Еще одним камнем преткновения стал вопрос урегулирования сирийского кризиса. Адель аль-Джубейр отметил важность роли России в данном процессе, добавив при этом, что сирийская оппозиция может быть представлена только группой, которая была сформирована в Эр-Рияде.

Российская же позиция остается прежней — в межсирийских переговорах должна участвовать, помимо прочих, делегация сирийских курдов. Ранее замглавы МИД России Михаил Богданов подчеркивал, что для прямых переговоров с Дамаском сирийская оппозиция должна быть максимально репрезентативной.

Глава МИД Саудовской Аравии при этом отметил, что из-за невыполнения обязательств, которые взял на себя режим Башара Асада, сирийская оппозиция временно приостановила свое участие в переговорах в Женеве. 

Господин Лавров, напротив, выразил мнение, что для скорейшего разрешения сирийского кризиса необходимо прилагать максимум усилий, не отказываясь от прямого диалога с оппонентами. Он напомнил, что Россия считает необходимым действовать в соответствии с резолюцией № 2254 СБ ООН. Она предусматривает в том числе формирование органа, который возьмет на себя обязательства по разработке новой конституции и организации проведения президентских выборов под контролем международных наблюдателей в том числе за пределами Сирии, в лагерях беженцев. 

На весь этот процесс отводится 18 месяцев. И хотя отсчет уже начался, Дамаск и оппозиция отказываются вести прямые переговоры. Это грозит тем, что к августу, крайнему сроку для формирования новой конституции, стороны не договорятся.