Михаил Пореченков: «Папы в семье — тяжелая артиллерия»
На телеканале СТС стартовал новый проект «Мой папа круче». Главы семейств соревнуются в силе, смекалке и знании собственных детей. С ведущим телешоу, заслуженным артистом России Михаилом Пореченковым встретилась корреспондент «Известий».
— Насколько важно отцу знать всё о своих детях?
— Мы не должны знать всё, у детей должны быть тайны даже от родителей. Безусловно, хотелось, чтобы какие-то основные моменты, которые могут повлиять на дальнейшую судьбу отпрысков, родители все-таки знали. Не всегда нужно афишировать свое знание, но контроль должен быть обязательно.
— Какую роль, на ваш взгляд, играет отец в воспитании детей?
— Папы — это тяжелая артиллерия, мы должны выполнять функцию стенобитного орудия, когда мамы уже не справляются. Но это не только система поощрений и наказаний. Я, например, думаю, что дочери тянутся к папам и доверяют им больше своих тайн.
Конечно, девчачьи вопросы решаются с мамами, но поговорить по душам надо с папой. Младшие дети тоже больше с папой, а вот старшие — с мамой: по крайней мере, у нас так получается в семье. А еще есть ряд вопросов, которые может решить только папа. В общем, «папа может всё что угодно, только мамой не может быть» (смеется).
— Вы очень востребованный актер. Чем привлек вас этот проект?
— Он уникален — первый раз на площадке оказались папы с детьми. Обычно в программах участвовали бабушки, мамы, старшие сестры, а отцы были как-то отстранены от семейных дел. Роль отца не культивировалась, а ведь папы занимают большую часть семейной жизни.
Хотелось, чтобы папа с детьми общался, знал, как зовут их друзей и педагогов, показывал на личном примере, какой он ловкий, сильный, самый-самый. Дети так или иначе копируют родителей. Так что папы — очень важная деталь в большом организме под названием семья.
— С вами, многодетным отцом, трудно не согласиться.
— Это не только мой личный опыт. Отец несет мужской заряд, мужскую основу воина-защитника, добытчика. Когда он выполняет эту функцию, ее моделируют и дети. Мне кажется, это самое правильное. Даже не представляю, как семья может по-другому существовать.
Во время работы я видел, с какой искренностью и самоотдачей дети болели за отцов. Мы часто говорим: «Эх, эта молодежь...». Нет, это не в общем молодежь, это наши дети, вот об этом нужно думать. Я вижу, какие они замечательные, дружные, какая у них энергия фантастическая.
А то у нас до 18 лет — «наш ребенок», а после — «плохая армия». Нет, там тоже наши дети. Надо ко всей молодежи относиться как к своим детям, и тогда всё будет хорошо. Семья — это основа, база, раствор, который цементирует общество. Она должна быть крепкой и желательно многодетной.
— Современное ТВ изобилует развлекательной продукцией. Будет ли на этом фоне востребован семейный проект?
— Думаю, этот жанр должен быть востребован. Мы в последние годы начали сползать в область уродства и извращений. Надо вернуться в нормальную сферу — семью. Тогда мы увидим, сколько в ней тайн и замечательных вещей, на которые можно обратить внимание, удивиться, порадоваться, восхититься — да всё что угодно.
Не надо делать из людей монстров, надо вытаскивать то приличное, что в них есть. А с монстрообразным нужно бороться. Понимаю, что тяжело, но надо.
— Какие семьи приходят на ваше шоу?
— Все семьи разные, но все волнуются. Папы, естественно, хотят быть первыми. Дети и жены кричат, теряют голоса. Это правильное шоу и правильные эмоции, потому что семьи болеют за своих родных. Я вижу, что у них хорошие отношения: они могут быть сложными, но все участники — нормальные люди. Я радуюсь, что у нас много таких семей, и уверен, что у этого шоу есть будущее. Моя семья тоже смотрит, переживает, болеет. Заодно видят, как папа работает.
— Не могу не спросить о ваших творческих планах.
— В планах многое. Есть полный метр, сериалы, программы, телевидение, проект с Министерством обороны. Хотим трансформировать фестиваль «Святая Анна», чтобы он поездил по стране, сделать альманах, пригласить для этого молодых режиссеров — да миллион всего. Хватило бы на все рук (смеется).
