В кризис россияне чаще стали патентовать изобретения
В кризис россияне стали чаще патентовать изобретения: в 2015 году в Роспатент уже поступило более 27 тыс. заявок на получение свидетельств на изобретения и более 7 тыс. обращений на патент полезных моделей. Об этом «Известиям» сообщили в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент). В числе уже запатентованных полезных моделей встречаются такие, например, как «махало» — изделие для раздувания углей — или «вилка столовая» с тремя зубцами, «стул-игрушка» и т.д.
Так, 63-летний изобретатель Константин Бойко в 2015 году получил лицензию на изобретение, упрощающее утилизацию мусора. По словам пенсионера, он регулярно патентует свои разработки. Однако, как признается Бойко, нередко сталкивается с трудностями после получения лицензии — компании не приобретают его продукты.
— Я просто изобретаю, патентую, но потом у меня не получается продвинуть свои разработки. В 2010 году я продал одной компании лицензию на свое изобретение — ложку-открывалку для йогуртов, — рассказал он. — В 2015 году уже получил лицензию на изобретение, упрощающее утилизацию мусора. В этом году я подам еще одну заявку на патент нового изобретения, правда, пока о нем говорить рано.
80-летний инженер-гидравлик, обладатель 40 патентов Юрий Голиков рассказал «Известиям», что у авторов есть потребность патентовать. Он считает, что от лицензии можно получить интеллектуальное удовлетворение.
— Я вот в 2015 году получил новый патент — магнитная обработка топлива для автомобиля, — рассказал он. — В 1993 году мы подписали международную конвенцию «Об интеллектуальной собственности», в связи с этим люди ищут способы проявить себя — неважно, примет ли государство это изобретение или нет.
В числе других запатентованных в 2015 году изобретений оказались такие разработки: «махало» — изделие для раздувания углей; «вилка столовая» с тремя зубцами; «стул-игрушка», на ножках которого установлены игральные кубики и шарики.
При этом, по данным Роспатента, в 2014 году за аналогичный период поступило всего 25 тыс. заявок на изобретения и почти 10 тыс. — на лицензирование полезных моделей.
Изобретения, по словам юристов, отличаются от полезных моделей своим техническим решением — такие устройства требуют более тщательной разработки. До осени 2014 года узаконить полезную модель можно было без экспертизы, что делало патент доступным для создателей простых устройств.
Патентный поверенный Владимир Бирюлин рассказал, что на получение патента на изобретение может потребоваться до полутора лет.
— Сначала в течение одного месяца изобретатели готовят описание и формулы продукта, потом это отправляют на экспертизу в Роспатент, там уже эксперты выносят свое решение относительно заявленного устройства, — говорит он.
Юрист считает, что сокращение количества заявок на патент полезных моделей в отличие от роста предложения изобретений вызвано усложнением процедуры по выдаче лицензий — до 2015 года узаконить полезную модель было легче. Ранее государство давало большие возможности авторам несложных устройств — можно было запатентовать свое «открытие» упрощенным методом, без детальной экспертизы.
— Ведомственная комиссия не проверяла предмет на эксклюзивность. Поэтому процедура вызывала проблемы — изобретения начали патентовать все кому не лень, — говорит он. — Например, один человек запатентовал автомобильные амортизаторы, которые уже широко использовались в этой сфере. Нам, юристам, пришлось потратить много времени, чтобы аннулировать лицензию.
Эксперт добавил, что лицензии на некоторые запатентованные товары, в частности лекарства, можно продать за сумму свыше $100 млн.
Отметим, что власти одобряют не все обращения разработчиков. По данным Роспатента, в 2015 году из заявленных 27 тыс. изобретений и более 7 тыс. полезных моделей лицензию получили только 24 тыс. и 5 тыс. соответственно.
