Двуликий Янус и Третий элемент

Когда поступает очередная радостная новость о вырубке леса под коттеджи, о лишении пенсионеров льготного проезда, о «развитии» заповедника посредством застройки и театра посредством «перформансов», мы по привычке виним капиталистов, которые, как известно, ради 100-процентной прибыли готовы попирать все человеческие законы, а при 300-процентной нет такого преступления, на которое они не рискнули бы пойти «хотя бы под страхом виселицы».

Но где та виселица? И от чего считать проценты, если бизнес сводится к распилу государственных ресурсов, а основной капитал — административный — в лице чиновника, который разрешил безнаказанно брать чужое?

Современный правящий класс — финансово-бюрократическая олигархия, в которой власть и собственность не разведены. Второе без первого невозможно; первое без второго бессмысленно. Причем в тандеме главный — чиновник, а буржуазия в классическом смысле — торговцы, владельцы небольших фабрик и мастерских — не играет ни в экономике, ни в политике самостоятельной роли, уныло копошится под ногами олигархии и оплачивает из своих невеликих прибылей барские прихоти (как в самые глухие Средние века).

Зачем бизнесмену расходовать миллионы на «современное искусство» из мусора или на бессмысленные «работы» ЖКХ вроде перекраски бордюров или еженедельного бритья сухой земли? Такие креативы проходят на ура только через канцелярию и за казенный счет. И даже вредительство, которое выглядит как коммерческое, по сути не является таковым. Когда уничтожаются последние подмосковные леса, чтобы застроить вырубки «рекреационными сооружениями», то это вроде бы капитализм: застройщик рассчитывает продать «рекреацию» по такой выгодной цене, что ему уже всё равно, чем он сам будет дышать и во сколько лет умрет от рака. Причем покупатели — в основном частные лица, а не бюджет.

Но откуда, скажите на милость, взялся в Москве такой платежеспособный спрос на недвижимость, чтобы превратить всю окружающую область в готовую съемочную площадку для антиутопии «Час Быка», если Федор Бондарчук соберется ее снимать?

Пояснение для тех, кто не читал романа И.А. Ефремова: там описывается планета Торманс, на которой среди прочих креативных инноваций полностью уничтожена живая природа, так что приходится прибегать к эвтаназии лишнего населения, планомерной, но сугубо добровольной.

Возвращаясь со звезд на Землю: неужели в столице бурно развивается высокотехнологичная промышленность, продукция которой пользуется спросом во всем мире? Или на Ходынском поле обнаружены золотые россыпи? Месторождения алмазов? Нет. Просто работает бюрократический насос по перекачке ресурсов огромной страны в Москву. И экономического (то есть хозяйственного) расчета в ее расширении не больше, чем в строительстве египетских пирамид.

Не стоит утешаться тем, что подобное характерно только для столичного региона. Привет из легендарного Севастополя, куда вместе с бюджетными средствами незамедлительно поступили ноу-хау по их освоению: «Вопрос с застройкой того же заповедника «Ласпи» — это дела 2008–2010-х годов, сейчас эти земли вернули в российское правовое поле, суды признали законность застройки».

Вот она, поэзия звукописи. З-з-з. «Законность застройки заповедника».

И за границей вы не найдете спасения от Двуликого. Глобализацией заправляет та же финансово-бюрократическая олигархия, и тоже без оглядки на здравый смысл. Спросите у граждан Евросоюза, включая капиталистов, — зачем им массовый импорт иностранных бездельников, которых потом надо содержать?

Начальство велело.

Получается грустная картина: так или иначе мы сползаем в Торманс, вопрос в том, все вместе или по отдельности, чтобы под конец слиться в мертвом бетонно-плиточном раю. Когда левые агитируют за национализацию, т.е. за то, чтобы еще больше полномочий отдать чиновникам, я говорю: успокойтесь, это успешно делается и без вас. Но, поломав в своей стране бюрократическую вертикаль, мы вернемся в хаос 1990-х годов и станем просто сырьем для чужих олигархий.

Единственная надежда — Третий элемент.

Называйте его как хотите: самоорганизация, гражданское общество, земская изба. Практический опыт свидетельствует: там, где «редевелоперы» наталкиваются на организованное сопротивление даже не большинства, но хотя бы активного меньшинства, они отползают от вожделенного объекта. В общем, самоорганизация вокруг общественных интересов и ценностей может стать тем клином, который разобьет патологическую связку наверху.

Именно поэтому предпринимаются чрезвычайные усилия, чтобы ее подменить  разнообразными суррогатами (уличными или электронными) и дискредитировать, представляя новым майданом, для чего очень пригождаются персонажи с украинскими флагами, которые норовят примкнуть к любой осмысленной кампании и обратить ее в бессмысленную. Разные группы граждан стравливают друг с другом, например верующих — то с поликлиникой, то с музеем, то с жителями района, где под строительство храма прицельно отводится очередной несчастный парк. Меня удивляет позиция священников, которые принимают такие подарки, не задумываясь, от какого они духа.

Трудности самоорганизации очень велики. Но другого пути всё равно нет, кроме как осознать себя хозяевами и защитниками родной земли по примеру тех жителей Севастополя, которые «устали смотреть на то, как воротилы, дерибанившие Севастополь при Украине, снова уничтожают город: нагло застраивают заповедники, лишают нас и наших детей выхода к морю, заливают в бетон земли Херсонеса, природоохранные территории, вырубают краснокнижные деревья».