Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Будет ли подписано всеобъемлющее соглашение по Иранской ядерной программе, еще вопрос. Пока что одобрено только рамочное соглашение. Что, конечно, уже не мало. Препятствия возможны со стороны США: конгрессмены-республиканцы и некоторые демократы выступают против соглашения, требуя утвердить его в конгрессе. В случае трудностей во время переговоров они наложат на Иран новые санкции.

Что касается отмены старых — важнейший пункт договора, — здесь тоже не всё ясно. Американцы уверяют, что отменять их будут шаг за шагом в течение 5 лет, а иранцы полагают, что они будут сняты сразу после подписания всеобъемлющего договора. Во всяком случае те из санкций, которые касаются нефти, финансов и банковской системы. Последнее обстоятельство заставляет сенаторов — противников соглашения насторожиться еще больше, потому что администрация Обамы, принимая желаемое за действительное, может неверно интерпретировать результаты переговоров.

Тем не менее мир уже говорит о последствиях соглашения. Считается, что Иран станет гораздо более влиятельной и богатой страной. Поговаривают о том, что он станет особым партнером Соединенных Штатов, которые, дескать, будут предпочитать его Саудовской Аравии. Конечно, всё это домыслы.

Однако после заключения соглашения по Иранской ядерной программе, отмены санкций против Ирана, а также сотрудничества Ирана со странами Запада ситуация на Ближнем Востоке изменится.

Говорят о радикальных изменениях. Но это преувеличение. В первую очередь со стороны таких стран, как Саудовская Аравия и Израиль. Биньямин Нетаньяху назвал соглашение исторической ошибкой; он полагает, что Иран является большей угрозой миру, чем радикальная группировка «Исламское государство».

Но Иран останется Ираном и качественно не изменится. Другое дело, что он будет ощущать поощрение своих действий на Ближнем Востоке. Впрочем, ему это поощрение ощущать необязательно. Иран действует исходя из своих прагматических, а больше — идеологических интересов. Теперь у него появятся «лишние деньги». В соглашении нигде не говорится, что Иран обязуется ограничить свое вмешательство в дела региона.

О деятельности Ирана в Сирии и Ливане хорошо известно: в этих странах ИРИ поддерживает «Хезболлу», шиитскую вооруженную группировку и Башара Асада, противостоящего суннитам внутри и вне страны. Известна активность Ирана в Ираке, который до недавнего времени возглавлял шиит — премьер-министр Нури аль-Малики: в США и на арабском Востоке началась пропагандистская кампания, посыл которой — «Ирак находится под угрозой иранской оккупации». Апофеозом этих настроений стало заявление Дэвида Петреуса о том, что «Исламское государство» и для Ирака, и для США — опасность куда как меньшая, чем контроль Тегерана над Багдадом. В том же духе высказался председатель Объединенного комитета начальников штабов США Мартин Демпси: «Исламское государство», де, может подождать, сейчас главное — поставить надежный заслон росту влияния в Ираке связанных с Ираном шиитов.

Иран действительно активно борется с ИГИЛ: военной операцией по освобождению Тикрита фактически руководит шиитская милиция «Хашид Шааби», численность которой в два раза превосходит численность иракской регулярной армии. А иранские СМИ постоянно говорят о роли Корпуса стражей исламской революции и лично командующего иранскими силами «Аль-Кудс» Касима Сулеймани в проведении этой операции. А также предрекают, что вслед за Тикритом настанет очередь Мосула.

О Йемене говорят как о месте опосредованной войны между Ираном и Саудовской Аравией. Иран поддерживает повстанцев, племя хути, шиитов-зейдитов, стремящихся свергнуть президента Абд Раббу Мансура Хади. Сейчас в Йемене идет военная операция «Буря решимости» против повстанцев-хуситов, контролирующих большую часть территории страны. В ней участвуют Саудовская Аравия, Бахрейн, Кувейт, Катар и Объединенные Арабские Эмираты. Судан, Марокко, Египет и Иордания также заявили о своем намерении подключиться. Турция и Пакистан выражают военной операции полную поддержку. Сейчас речь идет о воздушной операции, но не исключена и наземная. Широкий состав коалиции говорит о масштабной вооруженной борьбе двух ветвей ислама, шиитов и суннитов, в Йемене, так же как и по всему Ближнему Востоку. Правда, Иран отрицает свою военную поддержку хути.

Конечно, картина куда более сложная. Если сунниты, возглавляемые Саудовской Аравией, борются в Йемене против шиитов (по сути — против Ирана), то в борьбе против ИГИЛ Саудовская Аравия и Иран — союзники. Более того, саудиты союзничают там и с Башаром Асадом. Ведь Соединенные Штаты, союзники саудитов, заявили о готовности сотрудничать с Асадом, объясняя это тем, что он нужен для борьбы с ИГИЛ. Но нет сомнения, что, как только с ИГИЛ в Ираке будет покончено, саудиты и сунниты вновь схлестнутся с иранцами и шиитами.

Войны на Ближнем Востоке нарастают, и Иран действует в них всё более активно. Вашингтон как главный действующий игрок в антиисламистской коалиции выступил против того, чтобы Россия, Иран и Сирия участвовали в операции против ИГИЛ. Но Иран рвется в бой, он первым вооружил курдов против «Исламского государства» и первым вмешался в вооруженные действия. США с этим смирились. Теперь, когда, по всей видимости, отношения между Западом и Ираном улучшаются, Америке не будет смысла протестовать столь открыто. Экспансия Ирана на Ближнем Востоке будет нарастать.

Что будет после? Скорее всего, Иран поддержит шиитское «Возрождение» по всему Аравийскому полуострову, где немало его единоверцев. Если США не вмешаются, это может потрясти основы Саудовской Аравии и других государств Аравии. Но США могут и не вмешаться, в случае если они действительно видят Иран своим будущим клиентом. Не исключено, что они захотят посмотреть, кто возьмет верх в схватке региональных гигантов. Это может стать следствием примирения Америки с Ираном.

Комментарии
Прямой эфир