У нас всё требует крепкого здоровья: капризы климата, размах деловой жизни, серость окружающего, короткие сумерки и стиль развлечений. Каково же тому, кто лежит на смертном одре, в глухом капкане, меж тем как в эту минуту город по телефону или за столиками кафе говорит о коммерческих сделках, коносаментах и учете векселей?
Кроме новостей о курсе доллара за столиками говорят, конечно, и о диких экзотических лихорадках, которые то ли ЦРУ разработало, чтобы покорить мир, то ли КГБ — чтобы покорить ЦРУ. А может, их вообще заказали олигархи, они же комсомольцы, они же сидельцы-страдальцы, они же светочи революции. И вообще, разумеется, все ужасы в мире от секса с зелеными обезьянами и летучими мышами.
28 апреля агентство «Инфдок» объявило, что подобрано примерно 8 тыс. крысиных трупов и городом овладел панический страх. 14 октября Радiо «Свобода» объявило, что от лихорадки Эбола умерли 4447 из 8914 заболевших. Конечно, это ВОЗ сообщил, а все остальные «Инфдоки» перепащивают. Ну, если ВОЗ сообщил, то так оно и есть. «Очевидно, начнется эпидемия, — ответил святой отец, и в глазах его, прикрытых круглыми стеклами очков, мелькнула улыбка».
Когда Камю писал «Чуму», его не очень волновала клиническая картина болезни: он не работал во Всемирной организации здравоохранения, он и ветеринаром бы не потянул. Его больше интересовало, как люди себя ведут во время чумы. Правда, некоторые видели в его книге обличение нацизма. Но, оказывается, эта старая книга гораздо более актуальна сегодня.
Потому что волны новой чумы приходят из внешнего мира, независимо от того, победили люди бубонную чуму с тех пор или нет. То свиной грипп, то куриный, то атипичная пневмония, то родственница ее — лихорадка Эбола. Волны приходят с удивительной регулярностью, которая позволяет некоторым наблюдателям утверждать, что самым крупным бенефициаром этих вспышек является мировая медицинская бюрократия типа все той же ВОЗ. Создается впечатление, что при отсутствии реальных эпидемий реально страшных болезней время от времени проводят учения на чем-то полегче. С Эболой в мире бесплатного вай-фая гораздо понятнее, нежели в Лондоне XVII века с бубонной чумой. Понятно, откуда она движется, как передается; понятно про кровь и выделения, про бесконечную антисанитарию африканских стран.
Зараза была столь сильна и распространялась так неуловимо, что и величайшие предосторожности не могли обеспечить безопасности, пока человек находился в пораженном болезнью городе. Это уже Даниэль Дефо, «Дневники чумного года».
Действительно — ребенок из деревни Мелианду заразил свою семью. При похоронах бабушки заразилась деревня Дава, которая заразила район Баладу, медработник заразил жителей города Гекеду, брат врача заразил жителей города Кисидугу. Только спустя четыре месяца после первого трупа медицинские учреждения Гвинеи обратили внимание на то, что у них что-то не очень OK.
Более того, оказалось, что это — геморрагическая лихорадка, которую переносят летучие мыши, а их там едят с большим удовольствием. А про лихорадку никто ничего и не знает, в том числе и медики. Тут вдруг прилетели «Врачи без границ». На прошлой неделе норвежскую женщину-врача эвакуировали как зараженную. Португалия и Марокко не дали самолету с ней на борту дозаправиться на своей территории. Тем временем в Гвинее заражено 936 и погибло 595 человек. В Либерии счет 2407:1296. А что вы хотите от страны, где изоляторы штурмуют с оружием и больные разбегаются во все стороны? Или там, где трупы на похоронах принято целовать? Может, вы против народных традиций? Или вообще — колонизатор-империалист?
Кстати, об империалистах. В Сенегале за 45 суток не зарегистрировано ни одного нового случая. В Нигерии — 21:8, в Конго 35:14. И тут всполошился и сам Обама, и Европа, и кто только не всполошился.
Вообще-то если смотреть на вещи трезво — вроде того, как на них смотрят Камю и Дефо, — то довольно быстро и четко локализуемая инфекция, которую никак не раздуть до пандемии, не тянет на самую страшную угрозу миру. Разве что заставлять всех есть гамбургеры из летучих мышей родом из пещер деревни Мелианду и облизывать труп бабушки родом из Баладу. Тем не менее президент нашего любимого мирового жандарма указывает на Эболу как на самую жуткую угрозу миру. Миру в смысле планете, а не в смысле Give peace a chance. Они что, серьезно? Других угроз нет совсем? Или просто всем хочется почувствовать себя героями и чтобы не оказаться в то же время на дне ямы с известкой в компании с Моцартом Амадеем?
А помните помятых в четыре утра фельдшериц в московских аэропортах, пробирающихся по самолетным проходам на прибытии с электронным градусником в руках? Так это был их звездный час на самом деле. Наконец, они для чего-то сгодились — например, искать вспотевшего носителя свинской ангины. Может быть, сейчас кто-нибудь в Европе ненароком помрет от Эболы, и снова объявят какой-нибудь карантин. Масса людей будет опять занята делом.
Казалось бы, религия и медицина имеют между собой много общего. На самом деле ничего подобного. Если бы ты верил в Бога, то лечить людей не имело бы смысла; если ты думаешь, что человечество можно вылечить, то верить в Бога нет смысла. Об этом, собственно, и пытался сказать чумовой писатель Альбер Камю.
