Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Призрак Оперы» уже рядом

Эндрю Ллойд Уэббер благословил русских артистов на прочтение своего мюзикла
0
«Призрак Оперы» уже рядом
Фото предоставлено пресс-службой «Стейдж Энтертейнмент»
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

4 октября на сцене Московского дворца молодежи — премьера. «Призрак Оперы» Эндрю Ллойда Уэббера на русском языке с русскими артистами будет идти в тех же декорациях, костюмах, гриме и с теми же спецэффектами, словом, в том же комплекте, в котором его видел весь мир. Театральная компания «Стейдж Энтертейнмент», которая занимается постановкой в Москве великих мировых мюзиклов, добралась и до этого шедевра.

Что это будет? Калька или оригинальный спектакль? Технический перенос западного шоу или живой художественный продукт?  Корреспондент «Известий» в компании с исполнителями главных ролей Еленой Бахтияровой (Кристин), Дмитрием Ермаком (Призрак) и Евгением Зайцевым (Рауль) съездил в Лондон посмотреть, как это делается у них, на сцене Her Majesty's Theatre. И поучиться — в том числе на мастер-классе композитора Эндрю Ллойда Уэббера. 

Мастер-класс проходил в офисе сэра Ллойда Уэббера на Slingsby Place в двух шагах от Ковент-Гардена. Большая комната с роялем. Концертмейстер. Подобные мастер-классы маэстро проводит регулярно: мюзиклы, принадлежащие его фирме с остроумным названием «Действительно полезная компания» (Really Useful Group), постоянно идут в разных странах. Озабоченный контролем за качеством своей продукции сэр Эндрю лично проверяет профессионализм актерского состава.

Обычно предварительный отбор актеров проводит его постановочная группа. Но в этот раз он еще до встречи в Лондоне затребовал видеозаписи для утверждения состава. А после выразил желание встретиться с русскими артистами вживую. Впрочем, был невероятно доброжелателен, покорив ужасно волновавшихся молодых артистов своим обаянием. 

Внимательно выслушал биографию каждого. Затем стал слушать исполнение выбранных номеров мюзикла. Бахтиярова и Зайцев спели дуэт Кристин и Рауля, Ермак — арию Призрака и с Бахтияровой — самый знаменитый дуэт Призрака и Кристин. Пели на русском языке — буквально накануне был утвержден перевод песен, выполненный Алексеем Иващенко.  

Замечания композитора даже трудно назвать замечаниями: это были скорее рекомендации — в основном технические, относящиеся к вокальным приемам. На посыпавшиеся от артистов вопросы — как лучше сыграть свою роль, был ответ: «Вы правильно все чувствуете, вы на верном пути. Но поиски мотивации, психологических нюансов в поведении ваших героев — это ваша задача. И вы должны быть совершенно свободны в этом поиске». 

Это пожелание автора кардинально ломает представление о мюзикле как о жесткой кальке, где артист не вправе проявить себя, где, согласно нелепой легенде, каждый спектакль механистически повторяет другой. Откуда вообще взялось оно, это представление о бродвейском мюзикле как о явлении сугубо технологическом, тиражируемом, коммерческом, чуть ли не индустриальном, а как следствие — бездушном и лишенном живого человеческого пульса? Это как бы в противовес традиционному русскому театру — психологическому, построенному на переживании, ставящему во главу угла артиста с его неповторимой индивидуальностью. Близкое знакомство с лондонским «Призраком» камня на камне не оставило от этого дурацкого мифа. 

«Призрак Оперы» стартовал в Лондоне в 1986 году в Her Majesty's Theatre и с тех пор играется там каждый день вот уже 28 лет, а на Бродвее выдержал уже 7,5 тыс. представлений. Одноименный фильм Джоела Шумахера был снят с учетом основных визуальных находок спектакля. Но надо признать, что кинематографические эффекты не идут ни в какое сравнение со сценическими: когда реально видишь возникающее в одно мгновение подземное озеро с сотней пылающих свечей, когда огромная люстра (точная копия люстры Парижской Оперы) падает в нескольких сантиметрах от твоей головы, когда Призрак летит вниз в свободном падении и ты при этом слышишь замечательный живой вокал и не менее живой оркестр, это, конечно, впечатляет много больше, чем кино. 

Исследование закулисья озадачивает: Her Majesty's Theatre — очень старенький, а потому здание имеет так называемый первый статус, что означает абсолютную невозможность какой-либо реконструкции. Так что цеха крошечные: в костюмерном цехе величиной с комнату в хрущевке двое мастеров работают с костюмами, которых в шоу больше 200: кринолины, камзолы, бархат, шелк немыслимой красоты.

Каждый день их обновляют, чистят, чинят, реставрируют, нашивают новую бахрому и блестки, неизбежно приходящие в негодность в режиме ежедневного проката. Та же картина у гримеров: масса париков, сложнейший грим. И, конечно, знаменитая маска Призрака: она делается из пластика под каждого артиста, играющего эту роль (маска должна буквально влиться в его лицо).

В театре нет полноценных «карманов» (боковые кулисы), нет арьерсцены. А потому все эти волшебные смены — мгновенные превращения роскошного зала Опера Гарнье в подземное царство Призрака — осуществляются только с использованием пространства, находящегося под сценой. Сотни люков — больших и маленьких — поднимаются и опускаются, обеспечивая эффект мгновенного изменения сценической картинки.

А вот и еще один сюрприз: всё это управляется вручную. Никакой компьютерной программы. Отчего же так несовременно? Да потому, что партитура спектакля настолько сложная и настолько живая, что доверить ее движение бездушной машине категорически нельзя. Живой оркестр (в его составе около 30 музыкантов), живые голоса, потрясающий звук, максимально акустический, опять-таки живая сценография и световая партитура, которые повинуются специальным людям, следящим за дирижерской палочкой не менее пристально, чем солисты.

«Ручная» природа «Призрака» ни в коем случае не нарушится в Москве. Здесь всё будет, как в Лондоне, — подземное озеро, горящие свечи, падающая люстра весом в 600 кг, потрясающие костюмы, удивительный грим. И всё будет иначе — русские актеры на русском языке сыграют свою неповторимую интерпретацию великого мюзикла.

Комментарии
Прямой эфир