Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

Хорошо ловится рыбка-гольянка

По данным портала Buyagift, Гольяново входит в число самых опасных мест планеты для туристов. Чем и как живет этот спальный район на востоке столицы, наблюдал Игорь Мальцев
0
Хорошо ловится рыбка-гольянка
Фото: wikimedia.org/Lodo27
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

— Ты меня узнаешь, — говорит мне Гоша, — я буду в типичном гольяновском прикиде.

— «Гольяновском» — это как?

— Кепочка, джинсовая джинсовка, светлая майка и светлые штаны.

Гоша родился в Гольяново 40 лет назад. Но его до сих пор зовут просто Гоша. Мы с ним сегодня гуляем по Гольяново, который в списке «10 самых плохих туристических направлений мира» на 3-е место поставил портал Buyagift. 

Вообще-то я собирался для этой прогулки надеть кипу, подаренную друзьями на Суккот, майку группы Joy Formidable с большой радугой и все свои полтора килограмма рокерских серебряных украшений, потом подумал, что как бы статистка, которую Buyagift вывесила про Гольяново, — «преступления против личности — 38 512», «ограбления — 127 722» — означает, что нас с Гошей отметелят прямо в первые три секунды после прохождения таможни на границе между Москвой и Гольяново.

И ограничился черной майкой Fuck You и сапогами со стальным носком. Ведь, как нас учит опыт прогулок по ночному Манчестеру, не стоит выделяться среди местных гопников, которых здесь немало, судя по статистике, которую радостно перепащивали «хомячки», — «общее количество преступлений — 216 338».  

Дикие гольяновские гопники, судя по «Википедии», имеют ареалы обитания вдоль Щелковского шоссе и улиц Байкальская, Уральская, Алтайская, Камчатская и Бирюсинка.

— Это кафе на Байкальской, — обыденно говорит Гоша, — тут зарезали моего одноклассника. Причем все знали, кто его зарезал. И когда мой друг пошел разбираться с обидчиком, то зарезали и его. Теперь кафе называется по-другому. Я тогда еще в школе учился.

— Ух, как у вас тут сурово. А тебя часто в школе били?

— Ну да, я дрался. Только в другой школе — с усиленным английским языком, возле консерватории Чайковского, я туда ездил восемь лет из Гольяново. А так я полдетства провел по за кулисам в театре.

— Погоди, судя по статистике жутких преступлений и третьему месту в списке самых опасных районов мира для жизни, у тебя родители должны быть потомственными алкоголиками с завода бетонных конструкций.

— Вообще-то у меня мама театровед, папа — инженер по «цветмет». Вот тут дома — как раз исследовательского Института цветмета, вот тут — дома Комитета госбезопасности. А завод железобетонных конструкций — это уже территория «Метрогородка», вот там реальная жесть.

«Метрогородок» — это район, где нет никакого метро, зато есть «фенольные» дома, куда теперь расселяют гастарбайтеров.

Кстати, я как-то был в Южном Централе в ЛА. Чего-чего, а вот сотрудников студии Paramount и CIA там точно нет. И вообще — с белым рылом в те ряды я бы не стал соваться просто так, особенно вечером. Но просто нелегкая журналистская судьба занесла меня туда однажды. Ну да, я просто искал ресторан Nobu и промахнулся с хайвеем.

— А вот тут всегда была богемная тусовка. Видишь кирпичный дом с художественными студиями на последнем этаже? Я сам туда попал впервые только во взрослом состоянии — с одним английским писателем. Но отжигали они с 1970-х годов по полной программе! Всё Гольяново гудело.

Мы идем по зеленым улицам. Слишком зеленым. Наверное, гастарбайтеры из знаменитого концентрационного лагеря красят траву и деревья по ночам зеленой краской.

Палаточный лагерь, правда, закрыли через месяц после открытия — 30 августа прошлого года. Ну, значит, красят солдаты из местной воинской части.

— Да, часть была большая, — говорит местный житель ближневосточной внешности, — но ее уже давно убрали, и на ее месте строится «элитка». Ближневосточный тип засовывает в карман карту Visa вместе с наличными из банкомата Сбербанка.

Слава божественным VisaMasterCard — они позволили гольяновцам пользоваться своим продуктом на их территории в обмен на отказ от масштабного захвата заложников и публичных расправ с иностранцами. А лобное место тут уже есть — прямо на водоеме.

— Это не лобное место, — говорит Гоша, — это сцена. Тут снимали клип чуваки из группы «Звери». Помнишь такую? Тут всё время кто-нибудь выступает. Пруд раньше был диковатым.

Теперь вдоль него по ухоженным дорожкам гуляют граждане с детьми и колясками. Дети, конечно, поголовно украденные в цыганских семьях. Все делают вид, что им весело и что в коляске не спрятана еще одна бутылка водки и волын. Дети постарше раскатывают на дорогих западных велосипедах. Велосипеды тоже, кончено, все ворованные.

— При советской власти тут было несколько культовых мест — индийский магазин «Ганг», где давали индийские джинсы, магазин «Океан», где была живая рыба, даже когда совсем было жрать нечего, и пивной бар «Саяны», который по популярности и уважению мог спорить с «Жигулями». Мужики, конечно, сидели все в «Саянах».

Серым параллелепипедом возвышается над гольяновским прудом «почтовый ящик», в котором, по данным ЦРУ, разрабатывали советские парашюты, напротив, среди «элитки», еще один, но так с советских времен и не достроенный.

И, кстати, «гольяновская элитка» хоть и звучит оксюмороном, но правда заключается в том, что по границе района проходит Лосиный Остров. И еще один пруд, и, стало быть, с экологией тут получше, чем в других регионах Москвы. Четыре трубы ТЭЦ на границе можно не замечать.

Из-за Лосиного Острова на гербе Гольяново лось и рыбки гольян, которые водились в местных прудах. На пруду народ уже разделся и предается изнеженности. При этом пиво пьет только одинокий работник интеллектуального труда. Местные школьницы танцуют, но матом не разговаривают. Потому что они тут на стреме, пока школьники помельче наверняка торгуют наркотиками и живым товаром. Тут целые склады наркотиков. Они называются для маскировки «Аптечные склады» — I don’t like the drugs but the drugs like me, как поет мой любимый артист Мерилин Мэнсон.

И велосипеды — много велосипедов. Господи, они, наверное, ограбили всю Москву велосипедную и свезли их сюда. На берегу слишком трезвый мужик делает вид, что ловит рыбу. Судя по выправке, это агент КГБ, а удочка у него тоже ворованная. И он явно следит за нами. Или за школьницами. Или за аптекарскими грузчиками. Это же огромный бизнес — просто как в Колумбии. Не случайно именно Богота (Колумбия) занимает в рейтинге 2-е место — сразу над Гольяново.

Получается, что прославленная ресурсом Huffington Post Гольяновская Гопота стратифицирована на потомков советских итээров, кагэбэшников, членов СХ, пролетариат и азиатские мафиозные кланы.

Правда, пока кого-кого, а азиатов я тут не вижу ни под каким соусом и ни под какой паранджой. Наверное, прячутся днем и выходят на охоту ночью, чтобы самим не стать добычей гопников. Пока что я иду сквозь прогуливающийся на солнышке народ и, глядя на то, как люди одеты, понимаю, что из них изо всех на гопников больше всего похожи тут мы с Гошей.

— Самая помойка, конечно, у нас тут — это автовокзал. Это же, собственно, площадь у метро. Она всегда была помойкой. При этом если остальные точки в Москве зачистили от всяких отстойных персонажей, то у нас как назло. Кстати, когда вечерние автобусы в область отменяют, то некоторым особо борзым деваться некуда, вот они бродят по району и дебоширят. Люди стараются, выйдя из метро, побыстрей пройти это вонючее место с бомжами. 

Пока что я пытаюсь найти ту самую обшарпанную пятиэтажку, которой проиллюстрирована инфографика, предоставленная объединенной редакцией DailyMail/Huffington/Buyagift.

Похоже, что ее тупо снимали в каком-то другом месте. Тут есть дома в разном состоянии, но чтобы совсем обшарпанных... Я думаю, это всё заговор риелторов, которые пытаются играть на понижение цен на элитное гольяновское жилье!

Вот ночью тут пива-то выпить негде, наверное?

Кстати, я знаю еще одно место из списка, где ночью выпить пива невозможно, — это № 8 в списке, Cape Flats в Кейптауне (ЮАР). Там есть еще парочка таких поселений, которые местные вежливо называют «парк», — например, парк Нельсона Манделы у города Стренда: это контейнеры, стоящие на земле, или конструкции из коробок и досок — буквально до горизонта. Никто даже толком не знает, кто там живет, легалы или нелегалы. Да, я там был. Совершенно случайно по делу. И как бы вам сказать... 3-е место для Гольяново в данном случае несколько несправедливо. Просто составители рейтинга реально испугались туда даже на танке заехать. Да — и пива там нет даже днем. Там даже с водой-то питьевой не очень.

И широко оплаканный и разрекламированный местными журналистами Konzentrationen Kamp Golyanovo KZ из военных палаток выглядел, если сравнить с Cape Flats в Кейптауне, курортом.

Пора уже выбираться из этого жуткого места — Гольяново.

Тут слишком зелено, слишком нормально одетые люди, тут слишком веселые дети, тут сплошные долбаные велосипедисты и слишком дорогие машины. Здесь слишком чисто, наконец, и слишком воняет этими деревьями из парка.

И мы прорываемся с боями через границу с районом «Метрогородок», которая лежит на юго-западе по кордону Бирюсинка, — туда, где высится родной завод железобетонных конструкций. Тут, рядом с «фенольными» домами, которые выселили после победы на раёне партии «Яблоко», продают, наконец, 59 сортов водки и половину из них в чекушках — чтобы было можно выпить перед работой винтом с горла.

И мы с Гошей расслабляемся — еле ноги унесли из этого жуткого Гольяново. Теперь наша задача — выпить пива в закрытом клубе бильярдистов, где обычно дерутся киями, и провести вечерок в дискотеке, которую себе построили выходцы из Киргизии, уж там будет точно самая модная музыка и самые клевые девушки. Они все тоже чувствуют себя как дома — потому что после проигрыша партии «Яблоко» на раёне «фенольные» дома как раз отдали им под общежитие — дышите глубже, гости дорогие, воздухом свободы.

Нам тоже надо срочно надышаться, потому что дальше только кошмарный район Сокольники, где первыми аборигенами, с которыми мы столкнулись, были религиозные бородатые евреи во всем черном. В пятницу!

А моей маскировочной кипы со мной не оказалось. Какой же все-таки кошмарный этот город — ваша Москва. Нетолерантный, расистский, сексистский, фашистский, нацистский, преступный город. 

Надо было не Гольяново давать 3-е место. А всей Москве — 1-е. 

Всей Москве — от Калининграда до Петропавловска. До последней алеутской деревни на границе с Америкой.

P.S. А если серьезно — наши коллеги из Buyagift оказались умнее местных блогеров и удалили свой рейтинг со словами «Мы задумали наш антирейтинг как шутку, но оказалось, что шутка получилась с дурным вкусом. Извините».

Да ладно, парни! Зато мы круто с Гошей прогулялись по Гольяново — не самому плохому месту на земле!

Читайте также
Реклама
Комментарии
Прямой эфир