Эдуард Лимонов выпустил сборник журнальной прозы
На первый взгляд странная комбинация: яростный ниспровергатель буржуазных ценностей и журналы, основная бизнес-задача которых — продавать обывателям дорогую жизнь и ее приметы: машины, часы, костюмы-парфюмы. Но Лимонов прагматичен по-европейски и циничен по-ленински: «капиталист сам продаст нам веревку, на которой мы его повесим».
В конце концов, на вопрос можно смотреть по-разному: с одной стороны, писатель Лимонов вроде бы помогает капиталистам продавать их Jaguar, с другой — на примерах из собственной жизни объясняет городу и миру, сколь малое значение имеют все эти цацки по гамбургскому счету. А капиталист эти нелицеприятные для него смыслы еще и оплачивает.
Странное на первый взгляд название «Апология чукчей» — на самом деле вполне буквально. Лимонов, хотя и не скрывает восхищения перед глобальными проектами и личностями вроде Наполеона, на самом деле всегда на стороне отщепенцев и малых батальонов. Будь то сербские ополченцы или те же чукчи, сражавшиеся луками и стрелами против казаков с ружьями и пушками.
Сборник, возможно, лучший за десятилетие у обильно пишущего автора, можно охарактеризовать как «Лимонов-лайт». «Апологии чукчей» далеко до экзистенциальных глубин «Эдички» или «Дневника неудачника», но книга на удивление полно и красочно отражает Лимонова и его мир, мир большого писателя и авантюриста, имморального и притягательного, который словно поставил себе целью реализовать все романтические стратегии — от Шиллера и Байрона до Жана Жене.
Клочки лимоновской биографии летят в сборнике буквально по закоулочкам — тут и тюремный опыт, и политический, и эротический, и военные приключения, и очерки о выдающихся современниках, исполненные с непременной лимоновской прямотой и долей высокомерия, но без тени старческой желчности, что подкупает у автора, разменявшего восьмой десяток.
На удивление купирована до малых доз обычная для Э.Л. самовлюбленность, и это чрезвычайно идет книге. А известная любовь к эпатажу здесь переходит в умение спокойно говорить неудобные, хотя и очевидные вещи — вроде рассуждения о корнях гитлеровского нацизма в германской культуре, начиная с Лютера.
Сборник можно смело рекомендовать читателю, не знакомому с творчеством Лимонова (если такие еще есть): в короткой журнальной прозе намечены, кажется, все эстетические и идейные линии, характерные для автора. А еще книга наводит на размышление: родись Лимонов не в СССР с его идеологическим прессингом и одновременным культом высокой книжной культуры, а в так называемом «свободном мире», кем бы он стал?
Скорее всего — выдающимся репортером, очеркистом, стрингером, но писателем все же вряд ли. В этом качестве Лимонов, конечно, при всем его «мировом гражданстве» — дитя СССР и, надо сказать, один из очень немногих в его поколении, кто от этого никогда не открещивался.
