Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Абрахам Вергезе рассказал о времени, любви и полостной хирургии

В романе «Рассечение Стоуна», написанном знаменитым физиотерапевтом, усиленно режут, пугают и лечат
0
Абрахам Вергезе рассказал о времени, любви и полостной хирургии
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Если в романе сюжет и композиция тесно связаны с медициной, русский читатель непременно вспоминает Антона Чехова или Михаила Булгакова. В случае с романом одного из крупнейших американских физиотерапевтов Абрахама Вергезе эти сравнения верны только косвенно: роман «Рассечение Стоуна» ничуть не похож ни на тщательно скрытое морализаторство Антона Павловича, ни на апокалиптическое ерничество Михаила Афанасьевича.

Вообще говоря, жанр его определить непросто: то ли это мистическая семейная эпопея, то ли медицинский триллер, то ли романтическая история потрясений второй половины XX века, поданная через видение одного из разъединенных сиамских близнецов по имени Марион.

Медициной здесь пропитано все, с самого начала. Мать близнецов — медсестра-монахиня, отец — выдающийся хирург. Мать умирает родами, отец, не выдержав груза смерти возлюбленной и неожиданного отцовства, исчезает неведомо куда. Разделенные дети воспитываются в больнице при католической миссии в Аддис-Абебе, а одним из неглавных, но весьма существенных героев романа становится император Эфиопии Хайле Селассие. Вергезе, который родом из той же страны, показывает нам растафарианского идола совсем не в том ракурсе, в котором его привыкли видеть поклонники музыки регги, но и это всего лишь одна из красок. 

На арену поочередно выходят правительственные войска и прокоммунистические повстанцы. Герою приходится убивать, прятаться, бежать из родной страны, оказаться за океаном, пережить трагическую любовь, клиническую смерть, встречу с потерянным отцом и еще много перипетий, десятой доли которых хватило бы на средних размеров мексиканский сериал или двухсерийное индийское кино.

Однако выпускник писательских курсов в Айове и действительно серьезное медицинское светило Вергезе держится собственного курса. Он активно пользуется религиозными метафорами (непорочное зачатие — самая поверхностная из них), не злоупотребляет театральщиной (неожиданные повороты сюжета словно диктуются «веком-волкодавом») и уверенно гнет свою линию, попутно рассказывая о повседневной жизни далекой африканской страны, тонкостях американской страховой медицины, эфиопской музыке и кулинарии, да еще в деталях, которые могли бы стать основой серьезных документальных исследований.

Главная же линия состоит в утверждении нескольких банальных в сущности истин. Если читателю покажется, что одна из них укладывается в давнюю русскую поговорку «где родился, там и пригодился», то тут он попадет пальцем в небо, несмотря на то, что главный герой действительно возвращается на родину, пренебрегая страной равных возможностей и всем тем, что страна эта может ему предложить.

Нет, здесь речь скорее о верности избранному пути, которая в сущности и есть мудрость жизни. И о любви, что не может без верности. К тому же здесь в действие вступает иная поговорка — «дом там, где сердце», а то, что сердце Мариона принадлежит Эфиопии, читателю было ясно с самого начала.

«Рассечение Стоуна» уже сравнивали и еще будут сравнивать с книгами Салмана Рушди, прежде всего потому, что прекрасный рассказчик Вергезе создает у читателей не образ даже, а ощущение пребывания в краю, куда большинству не попасть никогда. И потому еще, что роман американского физиотерапевта имеет размах истинной саги.

Но, конечно, Вергезе — совсем иного свойства писатель; в нем нет тонкой язвительности гонимого Рушди, зато есть то, что называют «умом сердца». Верного сердца, способного вместить в себя множество смертей и потрясений, но покорного лишь одной профессии и одной настоящей любви. 

 Абрахам Вергезе. «Рассечение Стоуна». Пер. с английского Сергея Соколова. М., «Фантом Пресс», 2013.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир