Ланг Ланг: «Китайцы и русские похожи: они ценят классическую музыку»
30-летний виртуоз Ланг Ланг, идол миллионов юных пианистов Поднебесной и лицо дорогих швейцарских брендов, приехал на уикенд в Московскую консерваторию. Сперва он даст сольный вечер в Большом зале, потом мастер-класс для студентов в Малом. Перед дебютом в консерваторских стенах улыбчивый маньчжурец ответил на вопросы обозревателя «Известий».
— Журнал Time назвал вас одним из ста самых влиятельных жителей планеты. Как вы используете свое влияние?
— Стараюсь вовлечь в мир классической музыки больше людей. Поощряю молодежь к тому, чтобы учиться исполнительству, в том числе с помощью моего международного фонда и музыкальной школы в Китае. Кроме того, я сам постоянно выступаю вместе с детьми.
— Вам нравится быть педагогом? Что для вас важнее — поддержать детей или научить?
— Да, я люблю преподавать. Делаю и то и другое: даю много мастер-классов и поддерживаю тех, кто учится музыке.
— Есть мнение, что самый сложный момент в жизни музыканта — переход от жизни «вундеркинда» к взрослой карьере. Как вы пересекли эту границу?
— Просто продолжал учиться. Надо заниматься так много, как только возможно, всё время изучать музыку, задействовать свой интеллект. Кроме того, необходимо наращивать объем знаний и жизненного опыта.
— Вы вдохновили миллионы китайских детей заняться игрой на фортепиано. Многие из них хотят стать знаменитыми. Не расстраивает ли вас то, что эти ребята рано или поздно разочаровываются?
— Люди не могут разочароваться, если они наслаждаются музыкой, наполняющей их жизнь. Да, я вдохновляю их на занятия фортепиано, но, что более важно, я вдохновляю их любить музыку, впитывать ее красоту.
— Вы играли для Барака Обамы, королевы Елизаветы, Ху Цзинь Тао, Владимира Путина, Николя Саркози. Кто из них слушал вас наиболее внимательно?
— Понятия не имею. Наверное, это вопрос к ним, потому что когда я играю, концентрируюсь только на музыке.
— Есть ли у вас время на одиночество?
— Вообще мне нравится общаться с людьми, но когда я занимаюсь музыкой, лучше быть одному. Из-за множества дел я почти не остаюсь наедине с собой, но все-таки каждый год устраиваю себе короткий отпуск.
— Как вы думаете, какая фортепианная школа будет лидировать в ХХI веке — китайская, корейская, русская?
— В русской истории было так много великих пианистов! Новое столетие имеет меньше отношения к «школам». Пианисты из разных стран общаются всё больше и больше, а потому всё сильнее влияют друг на друга.
— Насколько, на ваш взгляд, похожи наши страны, Россия и Китай?
— Безусловно, сходство есть. К примеру, и китайцы, и русские умеют упорно трудиться — в том числе пианисты. И обе наши нации очень ценят классическую музыку.
