Экипаж Ан-30 винит в аварии сбой техники
Российские военные следователи приступили к допросам членов экипажа самолета Ан-30, совершившего жесткую посадку 23 мая на аэродроме в Чехии. Причиной инцидента, произошедшего в Чаславе, командир экипажа Сергей Карягин называет сбой техники, — у самолета при посадке отказали тормоза.
В Чехию прибыла российская комиссия по расследованию авиационных происшествий. Командир Карягин, помощник командира Сергей Полин и штурман Алексей Чуркин выписаны из больницы после оказания медицинской помощи и размещены в гостинице небольшого городка Пршелоуч. Именно здесь авиаторов допрашивают сотрудники 2-го военно-следственного отдела ГСУ ЗВО.
По словам Карягина, посадка шла в штатном режиме. «Полоса, по словам летчика, показалась ему чуть неровной. Самолет налетел на бугорок и подпрыгнул. Командир экипажа начал нажимать на тормоза, но они не срабатывали. В результате самолет съехал с полосы», — передают объяснения Карягина источники в следственной группе.
Специалисты, проводящие расследование авиаинцидента, утверждают — Ан-30 два раза сильно подскочил при посадке, передняя стойка шасси не выдержала такой нагрузки и переломилась.
— Проверяются два основных направления — неисправность техники и человеческий фактор, — комментирует «Известиям» заместитель руководителя организационно-аналитического отдела Военного следственного управления СК России по Западному военному округу Евгений Поддубный.
После того как Ан-30 потерял переднюю стойку шасси, он носом буквально «пропахал» часть взлетно-посадочной полосы.
— Самолет носом скользил по полосе, высекая искры, — продолжает источник в следственной группе. — В результате на борту возник пожар. Пострадали только те люди, которые находились в кабине пилотов: пять россиян и один гражданин Чехии. Остальные успели эвакуироваться. Самые серьезные травмы получил бортовой переводчик Алексей Смирнов, у него ожог верхних дыхательных путей, он находится в состоянии искусственной комы.
У капитана Алексея Чуркина диагностировано отравление угарным газом — его зажало в штурманской кабинке, где из-за пожара стал скапливаться угарный газ. Лопнувшее от жара стекло спасло ему в итоге жизнь.
