Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

«Мы сильно преувеличиваем значение «Оскара» для русского режиссера»

Отсутствовавший на заседании оргкомитета Андрей Кончаловский рассказал «Известиям» о своем видении принципов формирования оскаровского комитета
0
«Мы сильно преувеличиваем значение «Оскара» для русского режиссера»
фото: ИЗВЕСТИЯ
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

— Андрей Сергеевич, вы были на заседании оргкомитета?

— Нет, я и не мог там быть, потому что я сейчас в Испании — у меня здесь премьера оперы «Борис Годунов». И потом, меня не пригласили. Я не получил приглашения. Хотя не пригласили не только меня. Не пригласили Рустама Ибрагимбекова, члена Американской киноакадемии Марину Голдовскую, Сергея Бодрова, Петра Тодоровского, который тоже был номинирован на «Оскара». Не пригласили многих людей. Я не знаю, кто этим занимался.

— Это какая-то ошибка?

— Посмотрим. Но ошибку можно ведь исправить.

— Если выяснится, что это ошибка, вы будете работать в комитете?

— Наверное, буду. Только это еще не комитет. Насколько я знаю, это оргкомитет будущей комиссии. Нужно будет обязательно обсудить более подробно и детально и принципы выдвижения, и принципы голосования. И вообще, принципы отбора этой комиссии.

— Вы согласны с критериями отбора состава комитета, которые предложил Никита Михалков?

— Я не совсем согласен с принципом, что в комиссии должны присутствовать только режиссеры и продюсеры. Кинематографическая общественность состоит из представителей многих профессий: есть критики, есть известные на весь мир операторы и так далее. Американцам все равно, кто будет представлять картину, — мы сами должны собраться и решить, что наиболее целесообразно.

— Вам не кажется, что такой комитет может стать совершенно неуправляемым?

— Думаю, все, кто сегодня в комитете, — вменяемые люди. Ясно, что из 40 или 50 картин можно выбрать 5–7 достойных рассмотрения. Ну, а из семи работ, наверняка, останется три. Это вопрос отбора и голосования. И голосование должно быть тайным 

— А кто  был вашим фаворитом среди картин, которые выдвигались от России на «Оскар» в этом году?

— Убежден, что на «Оскар» должны были отправиться картины, которые представляют собой абсолютно законченные произведения, а не являются продолжением какой-то многосерийной эпопеи. Я имею в виду «Елену» Звягинцева и «Фауста» Сокурова. Вообще, если говорить серьезно, мне кажется, что мы сильно преувеличиваем значение «Оскара» для русского режиссера. Русский режиссер, получивший «Оскар», все равно никаких привилегий в России не получает. Можно посмотреть на судьбу русского режиссера Меньшова. Что, он получил много привилегий? У нас преувеличенное внимание к Америке — не знаю почему. Например, «Щелкунчик» грохнули американские критики — у нас сразу поднялся по этому поводу шум. Вот, американцы разнесли! В то время как американскую картину тоже грохают — и нашим критикам абсолютно все равно.

Мы же русские! И картины наши, плохие-хорошие, сделаны из другого теста и вообще-то к Америке имеют мало отношения. Российское кино — настоящее — имеет отношение к достижению европейской художественной мысли. И большие картины — то, что я называю большими картинами, — имеют к сегодняшней Америке очень мало отношения. Америка изменилась, и киноакадемия изменилась. 20 лет назад фильм Бергмана получил «Оскара», 30 лет назад — Феллини, 40 лет назад — Куросава. Сегодня эти вряд ли возможно. Вкусы американцев тоже изменились. Раньше Голливуд был гораздо ближе к Европе. А сейчас Европа старается быть как можно ближе к сегодняшнему Голливуду и его деньгам. Что ошибочно: искусство Европы остается вне вкусов американского зрителя, а шедевры европейского кино, такие как «Скафандр и бабочка», например, показывают в 2–3 кинотеатрах Нью-Йорка и в одном кинотеатре Лос-Анджелеса. И их смотрят люди, которые не разучились читать. Голливуд — это не Америка, это машина по зарабатыванию денег, индустрия. Так же как «Макдоналдс» — это не американская еда, а кока-кола — не американский напиток. Это бренды. Америка имеет бренды, а бренды — это то, что сегодня продается.

— Вся эта оскаровская история имеет отношение не только к «Оскару»…

— «Оскаровская история» имеет отношение к тому, что комитет до сегодняшнего времени целиком базировался на Национальной академии «Золотой орел». Когда председатель оскаровского комитета отказался подписать протокол заседания, за него это спокойно сделал президент академии «Золотой орел» (Владимир Наумов. — «Известия»). Это и подвигло всех нас написать письмо, в котором мы сказали, что не может одна Академия при наличии двух (имеется в виду еще киноакадемия «Ника». — «Известия») отвечать за процедуру выдвижения картины на «Оскар». Ибо это не отражает мнения всей кинематографической общественности. 

— То есть со вторым пунктом, который обсуждался на заседании, — независимости комитета — вы согласны?

— Да, потому что когда существуют полюса, должна быть гармония. Единство противоположностей.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...