Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Трамп заявил о стремлении России к урегулированию на Украине
Экономика
В ЦБ назвали условия для снижения ключевой ставки
Мир
Си Цзиньпин призвал Путина и Трампа подать пример в решении глобальных вызовов
Происшествия
Число пострадавших при атаке ВСУ на Курск возросло до 11
Мир
Путин предложил обсудить энергетическую безопасность на трехсторонней встрече
Мир
Си Цзиньпин призвал полностью запретить и уничтожить ядерное оружие
Общество
Мосгорсуд отменил приговор Берестовому и отправил дело на новое рассмотрение
Мир
ЮНЕСКО рассмотрит поднятый Россией вопрос об убитых журналистах
Происшествия
Девять человек пострадали при атаке дронов ВСУ на Курск
Армия
Средства ПВО за сутки сбили восемь ракет «Нептун» и 268 дронов ВСУ
Общество
Аксенов сообщил о планах восстановить ж/д сообщение по Крымскому мосту к 16:00
Мир
Открытая часть встречи Путина, Трампа и Си Цзиньпина продлилась более 10 минут
Мир
Захарова опубликовала фото толпы ожидающих приезда Путина в Шэньчжэне
Происшествия
В центре Курска произошло задымление после атаки украинских БПЛА
Мир
Еврокомиссия подверглась крупной кибератаке
Наука и техника
На Земле 19 ноября произошла магнитная буря уровня G1
Мир
Актер сериала «Друзья» Ларри Пойндекстер погиб в ДТП в возрасте 66 лет
Общество
В Амурской области приняли закон о запрете продажи вейпов с марта 2027 года

Гений случайности

На Чеховском фестивале в первый и последний раз выступила танцевальная труппа Мерса Каннингема
0
Гений случайности
Подушки в "Тропическом лесу" придумал Энди Уорхол
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл

Хореограф, которого в США считают национальным достоянием, скончался два года назад в возрасте 90 лет. В завещании душеприказчики прочли его последнюю волю: отправить Меrce Cunningham Dance Company в двухлетнее турне, а после — распустить.

За два года труппа объехала пятьдесят городов, показала восемнадцать постановок (три из них — в Москве) и в декабре даст в Нью-Йорке последнее в своей истории представление. Каннингем поступил мудро. Авторские труппы, надолго переживающие своего создателя, — зрелище не из вдохновляющих. Вроде урны с дорогим прахом, стоящей на книжной полке. Исключения типа баланчиновского New York City Ballet лишь подтверждают правило.

О сохранении своего наследия маэстро,  впрочем, позаботился. 200 балетов стараниями фонда его имени будут упакованы в «капсулы», содержащие всю информацию о сочинении. При желании потомки могут поставить балет или просто с ним познакомиться. Сейчас готовы 84 «инфосборника», три из них — «Biped» (1999) , «Xover» (2007) и «Тропический лес» (1968) — труппа привезла в Москву.

Это первый визит в столицу заслуженного (год основания — 1953-й) коллектива. В советское время Каннингем проходил по идеологически чуждой линии «формализма и абстракционизма». В постперестроечный период наши антрепренеры не обнаружили в нем необходимого россиянам эротизма, а затем хореограф потерял вкус к освоению новых территорий и сосредоточился на домашнем лабораторном творчестве. Отчасти тягу отечественных интеллектуалов к Каннингему уже после его кончины восполнил Михаил Барышников. Он привез в Москву и Петербург свою выставку — Merce My Way, куда поместил фотографии спектаклей и репетиций.

В представлении Барышникова, снимавшего «размытым» методом, Мерс предстал чувственным и нежным. В то время как на сцене он несентиментальный, жесткий и геометричный. Балет у Каннингема отнюдь не лирическое излияние, а строго просчитанная формула, почти заводской конвейер. Каждый создатель спектакля, будь то композитор, художник по костюмам или дизайнер по свету, ответственен за свой участок. А задача умного зрителя (на других Мерс не рассчитан) — собрать составляющие и получить от процесса сборки удовольствие. Вот, например, «Тропический лес», где Каннингем работал с гением рекламы Энди Уорхолом и мастером звуковой конкретики Дэвидом Тюдором.

Уорхол придумал серебристые надувные подушки — от малейшего дуновения они поднимаются в воздух и парят. Музыка Тюдора фыркает, хрипит, шелестит и жужжит. Танцовщики, не обращая внимания на звук и пространство, сосредоточенно вращаются, прыгают, бегают и скользят — в полном соответствии с продекларированной Каннингемом в 1950-е идеей случайности: «Я приготовил целые гаммы движений: одни для рук, другие для головы и т.д. Затем с помощью игрального кубика я установил их порядок. Когда получалась цельная фраза, я ее всю протанцовывал. Если же выпадали отдельные движения, я искал, чем их можно было бы сопроводить…»

С 1991 года Мерс начал экспериментировать c фигуркой на компьютере. Ощущение нелогичности движений — когда ноги, торс и руки двигаются независимо друг от друга — усилилось, а вместе с ним — и восхищение умениями каннингемовских танцовщиков. От показанного на Чеховском фесте «Xover» остается аналогичное впечатление. Труппа в прекрасной форме — жаль, что через несколько месяцев этим профи придется осчастливить другие коллективы.

«Ремонтный» задник в «Xover» (белые с красным полосы, дорожные заграждения) делал  Роберт Раушенберг — еще одно громкое имя в списке партнеров Каннингема. К затянутым в белое трико артистам он (задник) на первый взгляд не имеет отношения. Как и музыка Джона Кейджа. Лучший друг хореографа сочинил микст шумов, прорезаемый великолепным контральто Джоан Ла Барбары. В особо экспрессивные моменты девушка смачно крякает, и зал, напряженно вычисляющий смысл целого, взрывается хохотом. Эта реакция также просчитана Мерсом. «Хватить собирать картину мира, расслабляйтесь и получайте удовольствие. Жизнь все сделает за вас», — наставлял он дотошных поклонников. Впрочем, до финала двухчасового спектакля добрались не все расслабленные. На «Biped» — почти космическом зрелище с видеопроекциями и  струнными откровениями Гэвин Брайерс — зал катастрофически поредел. Видимо, и релаксация у Каннингема требует напряжения.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир