Особенности приднестровского статуса
В первую очередь такое положение было связано с глубочайшим политическим кризисом, который до сих пор мучает Молдавию. После утраты коммунистами необходимого для избрания президента страны большинства в парламенте оппозиционная им "Альянс за европейскую интеграцию" так и не смогла провести свою кандидатуру на президентский пост. Не помогли ни провалившийся референдум о всенародном избрании президента, ни очередные досрочные парламентские выборы. Выдвижение коалицией в прошлом году на пост спикера парламента (а значит, и исполняющего обязанности президента) лидера либералов Михая Гимпу практически заблокировало переговорный процесс с Приднестровьем.
В основе конфликта между Приднестровьем и Молдавией лежит не этнический или религиозный фактор, а разный взгляд на перспективы существования молдавской государственности. Гимпу - прямой наследник именно тех политических сил, которые своим стремлением немедленного объединения с Румынией и породили конфликт с Приднестровьем в начале 90-х. Его откровенный курс на румынизацию, демонстративные провокации по отношению к России, ухудшение отношений с ней по всем направлениям, казалось бы, окончательно загнали перспективы возможных компромиссов с Приднестровьем в тупик. Сейчас спикером парламента и исполняющим обязанности президента стал представитель наиболее умеренного крыла коалиции Мариан Лупу. Открываются наконец возможности для возобновления прервавшегося диалога.
Оптимистично выглядит заявление Сергея Лаврова на совместной с Юрием Лянкэ итоговой пресс-конференции о том, что "конечную цель мы видим примерно одинаковую - это особый статус Приднестровья в рамках единого государства и в рамках территориальной целостности Республики Молдова, которая, кстати, является государством с конституционным нейтралитетом, в чем мы рассматриваем существенный вклад в создание архитектуры безопасности на европейском континенте".
Но если внимательно разобрать слова опытного дипломата, можно увидеть, что он обозначил две принципиальные проблемы, которые молдавскому руководству на пути к реальному урегулированию с Приднестровьем решить будет очень непросто. "Особый статус Приднестровья" в Тирасполе и Кишиневе понимают по-разному. Закон, принятый в 2005 году молдавским парламентом (кстати, когда спикером был Мариан Лупу), определяет Молдавию как унитарное государство и предоставляет Приднестровью куцую автономию, что для приднестровцев совершенно неприемлемо. Конституционный нейтральный статус Молдавии вступает в явное противоречие со стремлениями значительной части политических сил, представленных в ныне правящей коалиции, войти в Евросоюз через присоединение к Румынии, которая является членом НАТО. Будем надеяться, что и в Кишиневе понимают, что "шар на их стороне". Согласно заявлению вице-премьера Молдавии Евгения Карпова, разрабатывается новая стратегия приднестровского урегулирования, которая "будет состоять из нескольких этапов и действий".
Что касается присутствия российских миротворцев, которое в Молдавии часто выставляют как чуть ли не основное препятствие на пути урегулирования проблемы, - заявление Лаврова о том, что Россия готова "переформатировать миротворческую операцию", вовсе не означает отступления от первоначальных позиций. Россия держит своих миротворцев не для мифического военного присутствия в регионе, а исключительно для обеспечения мирного процесса урегулирования. В случае действительно позитивного развития ситуации мандат миротворцев и их состав могут и должны существенно измениться.
Перспективы приднестровского урегулирования зависят не только от доброй воли России. Самым непосредственным образом в переговорный процесс вовлечены ОБСЕ, ЕС, США. Их явные "игры с нулевой суммой" против посреднических действий России слишком часто срывали намечавшиеся прорывы. Вспомнить хотя бы историю с неподписанным соглашением, известным под именем "меморандума Козака". Существенным условием является и конструктивность в позиции ближайшего соседа Молдавии и Приднестровья - Украины.
Реальная степень готовности всех участников выявится достаточно скоро, когда наконец возобновятся переговоры на многостороннем уровне. Остается сохранять оптимизм, но достаточно осторожный.
