Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Я - свободный журналист!"

Можно ли было предположить 46 лет назад, что спустя годы придется писать о своем "крестнике" в "Известиях" в нашей мемориальной рубрике? Я тогда отвечал в отделе информации за работу со студентами-практикантами. Все началось солнечным июньским днем 1964 года
0
Валерий Каждая
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

ВАЛЕРИЙ КАДЖАЯ

(1942-2010)

В "Известиях" и "Неделе" (с перерывами) с 1965 по 1978 год. Работал в выездной редакции "Известия" на Каме", репортер отдела информации, спецкор отдела советского строительства, спецкор отдела комвоспитания в "Неделе".

* * *

Можно ли было предположить 46 лет назад, что спустя годы придется писать о своем "крестнике" в "Известиях" в нашей мемориальной рубрике? Я тогда отвечал в отделе информации за работу со студентами-практикантами. Все началось солнечным июньским днем 1964 года. Перед глазами - как живая - картина: на пороге отдела-"аквариума" (он располагался в комнате за стеклянной стеной) - две колоритные фигуры: студенты Тбилисского университета, прибывшие на преддипломную практику. Пат и Паташон: высокий, светловолосый, голубоглазый Дэв Имедашвили (живое подтверждение родства грузин с испанскими басками), спортсмен-борец, - и жгучий брюнет с горящими глазами, ладно скроенный спортсмен-альпинист Валера Каджая (об их спортивных успехах мы узнали чуть позже).

Они по-разному отнеслись к своим журналистским обязанностям. Дэв вальяжно дефилировал по улицам столицы, притягивая взоры московских девушек. За полтора месяца он напечатал пять небольших информаций, полагая, что этих заметок (в "Известиях"!) хватит, чтобы поразить тбилисских преподавателей. И оказался прав. А Валера волчком крутился по московским адресам, даже умудрился съездить в командировку. В первой же его заметке чуть не проскочила ошибка: подпись автора была набрана в привычном для русского слуха варианте - Каждая. Потом каждая его публикация становилась маленьким открытием. Главное (ради чего и рассказываю): за время практики этих публикаций накопилось 52! Рекорд, который с тех пор не удалось побить ни одному практиканту "Известий". Разумеется, мы предложили руководству взять Валерия в штат. И руководство (это еще при Аджубее) согласилось. Так что Валерий оказался дважды прав. (Правда, и степенный Дэв впоследствии достиг своей вершины: он стал заведующим корпунктом АПН в Грузии.)

А для Валерия тогда отдел кадров придумал беспрецедентную должность - стажер-собкор в Тбилиси. Из-за отсутствия московской прописки. Вскоре она появилась, вместе с женой-сокурсницей Ингой, "грузинской княжной" (как мы ее звали), Валерий перебрался в Москву и стал полноправным репортером "Известий".

Каджая довольно быстро проявился на журналистском небосклоне Москвы, к нему присматривались коллеги из других изданий и, в конце концов, сманил "Труд", послав "полновесным" собкором в его родной город. Но он уже был "заражен" "Известиями"", мечтал о возвращении. И вот, казалось бы, свершилось!

Эту историю тоже следует вспомнить. Осень 1970 года. Уже достигнута договоренность с руководством "Известий" о его переходе. Он берет в "Труде" последний законный отпуск и в первый же его день приходит в родной отдел информации: "Чем могу быть полезен?" В тот день случилось ЧП, весть о котором облетела всю страну. В аэропорту Сухуми террористы (отец и сын) захватили самолет, приказав летчикам взять нужный им курс. 19-летняя стюардесса Надежда Курченко пыталась успокоить пассажиров в драматической ситуации. Но террористы ее расстреляли. Вот эту тему мы дали Валерию: "Звони куда хочешь, утром материал должен быть готов!". Когда утром репортаж был на редакторском столе, создалось впечатление, что Каджая успел слетать в Сухуми. "Известия" вышли с сенсационными подробностями события, первыми рассказав о подвиге и гибели Нади Курченко.

Мы радовались за газету и за Валерия. Но преждевременно. Возмутился главный редактор "Труда": как же так - наш сотрудник вставляет нам "фитиль" на страницах газеты-конкурента? Не слушая никаких объяснений, он звонит в "Известия". В результате Валерия увольняют из "Труда" и не берут в "Известия". Так проявилась журналистская корпоративность на высшем уровне.

Без работы Каджая оставался недолго. Его "подхватила" "Экономическая газета" и отправила собкором в Новосибирск. Потом в его жизни было еще немало переходов и переводов, в трудовой книжке накопилось 39 записей. Однажды на мой сочувственный укор: "Валера, не устал летать?" - он ответил полушутливо: "Я - свободный журналист!". В каждой шутке, как известно, есть доля правды, но у него за этой шуткой маячила тень тоски по "Известиям". И он через какое-то время все же вернулся в газету, успел поработать и в ее приложении - в "Неделе".

Но, по сути, он действительно всегда ощущал себя независимым журналистом. В 2002 году его пригласили на конференцию по вопросам экстремальной журналистики - и там против его фамилии так и значилось: свободный журналист. Он поработал во многих изданиях, а уж печатался практически во всех ведущих газетах и журналах. Не боялся никаких самых сложных и острых тем. В 2005 году Каджая стал лауреатом Союза журналистов России за цикл статей о ксенофобии...

...Последние четыре года Валерий тяжело болел, последние месяцы провел на болеутоляющих уколах. И все же думал о работе. За месяц до кончины дал двухчасовое интервью украинскому телевидению об Эдуарде Шеварднадзе, с которым был знаком.

Три дня назад я позвонил Инге, она дала трубку Валерию. Он едва выговорил: "Привет..." И через паузу: "Будь здоров..."

А теперь вслед ушедшему другу я вынужден писать: "Гражданская панихида состоится 13 ноября в 14 часов в ритуальном зале Института им. Бурденко (ул. Фадеева, 5, метро "Маяковская")".

E-mail: istclub@izvestia.ru

Комментарии
Прямой эфир