Режиссер Фрэнсис Форд Коппола: "Старый человек способен делать то же самое, что и молодой, только реже"

Одной из главных премьер открывшегося в Риме международного кинофестиваля стал новый фильм Фрэнсиса Форда Копполы "Youth Without Youth" ("Юность без юности") — драма о пожилом профессоре лингвистики, который, пережив удар молнии, опять становится молодым. Дело происходит накануне Второй мировой войны, и нацисты хотят использовать уникального героя в своих опытах по созданию новой расы... С великим американским режиссером, автором "Крестного отца" и "Апокалипсиса сегодня" Фрэнсисом Фордом Копполой встретилась обозреватель "Известий" Анна Федина.

вопрос: Вы почти десять лет не снимали кино. Почему?

ответ: Кино — лотерея, где все должно совпасть: начиная от не занятых в других проектах актеров и заканчивая удачным договором со страховой компанией. Помимо съемок "Юности" я все эти годы писал очень амбициозный сценарий под названием "Мегалополис". Что из него выйдет, пока не знаю.

в: Как вы себя чувствуете, вновь включившись в кинозабег?

о: Знаете, старый человек способен делать все то же самое, что и молодой, только реже. Если вы мне скажете: "Поднимись по лестнице", я пойду, но буду охать и стонать. А если вы скажете: "Поднимись по лестнице, там можно снять прекрасный кадр", я побегу, перепрыгивая через две ступеньки. Кино придает сил, но, конечно, то, что ты раньше делал за пять дней, теперь ты делаешь за шесть.

в: У вас получился очень свежий фильм.

о: Спасибо. Я всю жизнь, страшно сказать, любил снимать фильмы больше, чем получать за них гонорар. Поэтому я всегда делал в кино все от начала до конца: сам писал сценарий, сам находил деньги, сам снимал, сам монтировал. Так было с "Людьми дождя" и с "Разговором". Так было и с "Крестным отцом", но этот фильм поставил мою жизнь с ног на голову. Я ни с того ни с сего стал знаменитым, важным и богатым и уже не мог плюнуть на все и начать экспериментировать с таким азартом, будто я снимаю свою первую картину. Я был вынужден идти той дорогой, которую отчасти выбрал сам, отчасти мне указали. И только сейчас, спустя 35 лет после "Крестного отца", я решился снова стать молодым. Да, у меня за плечами карьера, но я, как и любой студент, делаю кино, которое я не знаю, как надо снимать, и задаю вопросы, на которые не знаю ответа... Кстати, вы ведь из России? В моем фильме звучит русская речь. Это хоть немножко похоже на ваш язык?

в: Да.

о: Слава богу. Это вторая хорошая новость, которую я слышу от русских. Первую я подслушал на съемочной площадке. "Он еще силен в постели", — сказала одна ваша соотечественница. Ума не приложу, откуда она узнала (смеется).

в: Что для вас было главной проблемой на съемках "Юности"?

о: Я мучительно ищу ответ на вопрос — как дать зрителям понять, что думает герой. Как провести границу между реальностью и воображаемым миром. Я очень стараюсь что-нибудь придумать и надеюсь, что мне повезет. Как писал Кант, возможности нашего разума ограниченны, зато интуиция и любовь к красоте или наукам помогают нам видеть дальше. Пока люди считали, что Земля плоская, она действительно была плоской. Потому что они ходили пешком или в лучшем случае ездили на осле. Но как только они пересели на корабли и отплыли подальше от своего дома, Земля стала круглой. Так и мы думаем, что существуют мужчина и женщина, добро и зло, верх и низ, а вдруг, если копнуть глубже, окажется, что ничего этого нет? Вот я и пытаюсь копать глубже. А еще я люблю нарушать правила. "Апокалипсис сегодня" нарушал правила, поэтому сразу после премьеры его назвали худшим фильмом в истории кино, зато сейчас, кого ни спроси, все его смотрели.

в: Вы довольны своей карьерой?

о: В моей семье самым важным был талант. Я ужасно боялся, что окажусь неталантливым. Я был не так красив, как брат, и не так хорошо учился, как сестра. Я не умел рисовать, танцевать или играть на пианино и очень из-за этого переживал. Все считали меня гадким утенком. Но оказалось, что я тоже кое-что могу. Я оказался первым в семье, кто по-настоящему добился успеха и открыл дверь в кинематограф для всех Коппола, благодаря чему таланты моих родственников тоже получили высокую оценку. Впрочем, главный фильм своей жизни я так и не сделал. Хотя, возможно, он будет моим следующим проектом. Я страстно хочу снять фильм о своей семье. Конечно, не автобиография, иначе меня просто пристрелят. Это будет история об итальянских эмигрантах в Америке. Но в каждом из героев будет немножко от меня самого, немножко от членов моей семьи.

в: Но вы уже сняли фильм о семейных ценностях — "Крестного отца".

о: Этот проект должен был провалиться. Продюсеры были недовольны тем, как продвигаются съемки, а я ничего не знал о мафии, потому что мне было только 29 лет. Зато у меня уже было трое детей, так что об итальянской семье я знал все. Поэтому я взял американских эмигрантов и постарался засунуть их в гангстерский фильм. В новой картине бандитов не будет. Я надеюсь.