Генсек-факельщик

Могила Неизвестного солдата в Александровском саду - один из самых незамысловатых мемориалов города Москвы. Казалось бы, что там особенного? Ничего. Звезда, горелка, часовые. Тем не менее созданию этого мемориала предшествовали усилия весьма нешуточные. Конкурс на памятник Неизвестному солдату был объявлен в 1965 году. В нем победил коллектив архитекторов Д. Бурдина и В. Климова (уже в процессе работы к ним присоединился Ю. Рабаев - эти двое, вероятно, не справлялись). Долго выбирали место установки памятника. Один из его создателей В. Климов разъяснял: "Почему в Александровском саду? По-нашему, такой памятник должен быть обязательно в парке. У такого монумента надо посидеть, подумать... Поэтому не асфальт, а трава вокруг. Не здания, а березы и ели. Не рев автомашин, а шелест листвы. Не бурная улица, где человек подобен песчинке в безостановочном потоке, а тихие аллеи, где каждый может предаться своим мыслям и переживаниям. И тут же рядом - Кремлевская стена, выдержавшая столько вражеских осад, но по-прежнему мощная и нерушимая, как символ могучей матери-Родины". Отдельная тема - создание надписи. Для этого был создан целый коллектив криэйторов. Один из них, писатель С. Смирнов, рассказывал: "Мне довелось участвовать в создании надписи, которая высечена сейчас на могиле Неизвестного солдата. Это было так. Четырех писателей - К. Симонова, С. Михалкова, М. Луконина и меня - пригласили в Московский городской комитет партии. Мы долго советовались, предлагая, обсуждая и отвергая различные варианты, вспоминая лучшие надписи, начертанные на памятниках в нашей стране и за рубежом. Наконец остановились на тексте, который предложил С.В. Михалков: "Имя его неизвестно, подвиг его бессмертен". В общем обсуждении эти слова были одобрены и приняты лишь с небольшой поправкой. Окончательный текст таков: "Имя твое неизвестно, подвиг твой бессмертен". 2 декабря 1966 года солдаты Таманской дивизии выкопали останки одного из солдат, захороненных в братской могиле на 41-м километре Ленинградского шоссе. На следующий день останки перевезли в Москву и захоронили в Александровском саду. На митинге, посвященном перезахоронению, выступили маршал Рокоссовский, вальцовщик завода "Серп и молот" Дюжев и мать Зои Космодемьянской Л. Космодемьянская. А уже на следующий день Юлия Друнина написала обо всех этих событиях стихотворение: ...Вот у Белорусского вокзала Эшелон из Прошлого застыл. Головы склонили генералы Перед скромным воином простым - Рядовым солдатом, что когда-то Рухнул на бегу у высоты... Вновь снега белы, как маскхалаты, Вновь снега багровы, как бинты. Спустя полгода наступило продолжение истории. 6 мая в Ленинграде некто А. Аршавский, ветеран КПСС, вручил московской делегации факел, зажженный от Вечного огня на Марсовом поле. Бронетранспортер все той же Таманской дивизии доставил его в Москву. И 8 ноября Леонид Ильич Брежнев, в то время Генеральный секретарь ЦК КПСС, поднес факел к звезде и наконец-то зажег Вечный огонь. Поначалу блоков, посвященных городам-героям, было шесть (кстати, в каждом из них скрыта капсула с землей, привезенной из соответствующего города). Но к 1975 году звание города-героя было присвоено еще трем городам - Минску, Новороссийску и Керчи. В связи с этим к 30-летию победы комплекс был отреставрирован и дополнен новыми блоками. Через год звание города-героя присвоили Туле. Соответственно в комплексе появился и десятый блок. В 1984 году памятник отреставрировали. А спустя еще два года здесь прибавилась новая пара блоков, посвященных городам Смоленску и Мурманску. Им в 1985 году присвоили звание город-герой. Ясно, что на создание другого комплекса все в том же Александровском саду - зверушек господина Церетели, - ушло гораздо меньше сил. Хотя они гораздо больше привлекают праздных посетителей.