Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Красная площадь" осталась за Тополем

Многолетнее судебное разбирательство между Эдуардом Тополем и его, как теперь выяснилось, мнимым соавтором Фридрихом Незнанским завершилось в Московском городском суде. Через двадцать лет после написания романов "Журналист для Брежнева" и "Красная площадь" суд признал их единственным автором Эдуарда Тополя. Ломать копья по поводу того, кто же на самом деле является автором романов "Журналист для Брежнева" и "Красная площадь", написанных в конце 1970-х - начале 1980-х, - Эдуард Тополь, Фридрих Незнанский или, как долгое время считалось, они оба - начали в 1996 году… Эдуард Тополь сообщил "Известиям", что не стремился навредить издательству "Олимп", который печатает книги Незнанского. "Я просто себя хотел очистить от этого человека с его замечательной репутацией защитника нацистских преступников вроде Карла Линнаса, лжесокурсника Горбачева и лжеписателя. Слава Богу, суд эту раковую опухоль вырезал, и я могу жить без этой грудной жабы"
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Многолетнее судебное разбирательство между Эдуардом Тополем и его, как теперь выяснилось, мнимым соавтором Фридрихом Незнанским завершилось в Московском городском суде. Через двадцать лет после написания романов "Журналист для Брежнева" и "Красная площадь" суд признал их единственным автором Эдуарда Тополя. Ломать копья по поводу того, кто же на самом деле является автором романов "Журналист для Брежнева" и "Красная площадь", написанных в конце 1970-х - начале 1980-х, - Эдуард Тополь, Фридрих Незнанский или, как долгое время считалось, они оба - начали в 1996 году. Именно тогда Тополь опубликовал в издательстве "Эксмо" эти романы, впервые опустив фамилию соавтора. В своем "Литературном покаянии" он объяснил, что Незнанский к текстам отношения не имеет. Как рассказал Эдуард Тополь "Известиям", имя Незнанского на обложке книг появилось следующим образом: "Я приехал в Штаты на год позже Незнанского. Фридрих уже был опытным эмигрантом. С ним я выпил первую бутылку водки, он помог мне открыть счет в банке, это были нормальные приятельские отношения. Жена и дочь выталкивали его на работу сторожем в соседний магазин или грузчиком, поскольку он не хотел работать таксистом, а сдать экзамен на адвоката не мог, так как не знал английского. Когда я сел писать "Журналиста", он мне сказал: "Эдик, скажи жене, что мы работали вместе". Ну я и сказал. Когда вы пишете роман, живя 8 недель на пособие по безработице, то трудно предположить, что эта книжка станет мировым бестселлером. Его жена уходила на работу, а Фридрих делал вид, что работает со мной. Я решил - пусть это будет один раз для русского издания. Я же не думал, что книга будет издаваться 20 лет подряд. Так родился писатель Незнанский". В ответ на издание романов "Журналист для Брежнева" и "Красная площадь" в "Эксмо" Незнанский подал иск в Замоскворецкий суд с требованием не только вернуть его имя на обложку, но и выплатить определенную сумму за нарушение его авторских прав и оскорбление писательской репутации. Суд назначил проведение лингвистической экспертизы, в результате которой Институт мировой литературы и Институт русского языка АН РФ признали автором текстов Эдуарда Тополя. Причем в основу экспертизы, сделанной в Институте русского языка, лег так называемый метод количественного анализа квазисинонимичных лексем. То есть выявление близких по значению служебных слов (наречий, частиц, союзов) и устойчивых словосочетаний и их математический подсчет в произведениях каждого из авторов в отдельности и в их якобы совместных текстах. В результате исследований, например, выяснилось, что такая редкая идиома, как "тем паче", ни разу не встретилась в произведениях Незнанского, зато присутствует в тексте обоих романов и в книгах Тополя, написанных им уже позднее. Позже уместность такого рода экспертизы взял под сомнение некто А. Смирнов, который предположил, "что их (Тополя и Незнанского) работа строилась по принципу функциональной дополнительности. По-видимому, Тополь, профессиональный литератор, был в их тандеме "writer'ом", тогда как Незнанский, профессиональный следователь, сам писал мало, он конструировал детективный сюжет, придумывал персонажей, мизансцены, тематику диалогов и вычеркивал из написанного Тополем беллетристические длинноты, к которым последний имеет склонность. Скорее всего как раз объем и характер вычеркнутых деталей идеостиля Тополя и представляет собой то стилистическое расхождение, которое требовалось отыскать, чтобы доказать, что соавторство было". В этом же духе высказался и сам Фридрих Незнанский, вывесив на своем сайте письмо генеральному директору издательства "Олимп" Михаилу Каминскому и адвокату Сергею Семенову, в котором подробно описывает, откуда взялись имена персонажей, кто из друзей и бывших сослуживцев Незнанского выступил их прототипами и как появились подробности, например, дактилоскопического анализа или эксгумации. Он пишет: "Суть в том, что оба эти детектива, этот мини-сериал с одними и теми же главными героями - следователями и сыщиками, посвящены рутинной работе следователя прокуратуры. Поэтому как сам главный герой следователь Шамраев, его коллеги Светлов и Пшеничный, а также иные сотрудники правоохранительных органов, естественно, взяты из повседневности и помещены в придуманные сюжеты только мною, проработавшим в прокуратуре 15 лет. Некоторым из этих персонажей я оставил их подлинные имена и фамилии. Другим же дал иные имена и фамилии. Не нужно забывать, что книги создавались в 1980-1982 годах. С этими людьми, следователями, прокурорами, оперативниками уголовного розыска и УБХСС, сотрудниками тюрем и прочими сотрудниками правоохранительных служб общался по работе именно я, следователь с 15-летним стажем и адвокат с 10-летним стажем, а не Тополь, не имевший никакой следственной практики и юридической подготовки". "Это вранье, - говорит в ответ Тополь. - Я представил в суд официальную справку из ВГИКа, в этой справке перечислены два десятка моих сокурсников и педагогов ВГИКа, фамилиями которых я назвал персонажей "Красной площади"... За комментариями "Известия" обратились к автору лингвистической экспертизы, заведующему отделом экспериментальной лексикографии Института русского языка Анатолию Баранову, который объяснил, что подобный предполагаемый случай соавторства с трудом можно назвать таковым. В западной практике для этого существует отдельное название: автор идеи, сюжета. "С таким же успехом Пушкин мог стать соавтором Гоголя только потому, что подсказал ему сюжет "Мертвых душ". Постановка вопроса данного судебного разбирательства касалась именно авторства текстов, а не идей. Незнанский предъявлял права на текст романов. Кроме того, формулировка претензий авторства в форме "вычеркивания деталей идеостиля Тополя" интересна как попытка защиты собственной позиции, но это давно называется редактурой литературного текста. Есть еще и институт консультантов, но консультант - далеко не соавтор текста". Сомнения, касающиеся сюжетных коллизий, развеяла справка из Института криминалистики. Эксперты прочли обе книги и написали заключение о том, что оба произведения написаны человеком, который не владеет элементарными навыками оформления следственных документов и ведения следственной практики - то есть Тополем. В заключении Института приводится длинный список ляпов, которых не может допустить выпускник юридического института. "Если бы Незнанский действительно участвовал в работе над романами, то он, как опытный следователь, не мог бы сказать, что есть командир бригады следственной группы, а назвал бы это как-то иначе" - сообщил писатель. А знакомство Тополя с обстоятельствами ведения следствия ограничивалось фильмом "Несовершеннолетние", снятым им в 1974 году, когда, по словам автора, он впервые прикоснулся к этой теме. Не пожелав дожидаться окончания лингвистической проверки, Незнанский забрал иск, и в 2002 году в издательстве "АСТ" романы снова были опубликованы с именами Тополя и Незнанского на обложке. Пришла очередь Тополя подавать в суд, что он и сделал, требуя запретить издание этих книг под двумя фамилиями и настаивая на своем единоличном авторстве. Рассмотрением дела занялся уже Дорогомиловский суд. Была затеяна третья, на сей раз последняя, литературоведческая экспертиза. Ее инициатором выступил сам Незнанский, который потребовал, чтобы была проведена комплексная экспертиза, за которую взялась комиссия из 5 исследователей. Работа длилась около полугода. Было сформулировано примерно 30 вопросов, ответы на которые должны были стать доказательствами причастности авторов к созданию оспариваемых произведений. В результате каждый из участников категорично заявил, что автором романов следует считать Эдуарда Тополя. На основании этого заключения 25 января 2003 года Дорогомиловский суд вынес решение, по которому Эдуард Тополь объявлен единственным автором этих книг. А 20 февраля Московский городской суд, рассмотрев кассационную жалобу Незнанского, оставил это решение в силе. Эдуард Тополь сообщил "Известиям", что не стремился навредить издательству "Олимп", который печатает книги Незнанского. "Я просто себя хотел очистить от этого человека с его замечательной репутацией защитника нацистских преступников вроде Карла Линнаса, лжесокурсника Горбачева и лжеписателя. Слава Богу, суд эту раковую опухоль вырезал, и я могу жить без этой грудной жабы".
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...