Монетный трактир

Один из самых важных стратегических объектов старой, а точнее говоря, древней Москвы - так называемый Монетный двор. Он был построен по приказу Петра Первого в 1697 году с целью чеканить твердую российскую валюту. Здание соорудили рядышком с Кремлем, неподалеку от Казанского собора и торцом к крепостной Китайгородской стене. На первом этаже располагались Плавильная, Кузнечная, Плащильная и Прожигальная палаты, войти в которые можно было только со двора. И даже окна этих производственных цехов были обращены во двор, а не на улицу. Причина этих странностей была не только в засекреченности и особенной охране производства, но и в том, что это было связано с огнем. Пламя могло вдруг вырваться и в который раз дотла сжечь деревянную Москву. Во всяком случае, те помещения, которые располагались выше - Казначейская, Работная, Кладовая и две Пробирные палаты, были снабжены отнюдь не маленькими внешними окошками. Новенькое сооружение стало не только стратегическим объектом, но также и очередным монументальным украшением Москвы. Его фасады были разукрашены резьбой по камню, изразцовым фризом и другими символами роскоши того периода. А над воротами авторы написали о предназначении этого здания - "Построен сей двор ради делания денежной казны". Работать здесь было весьма престижно. В сотрудниках Монетного двора ходил сам боевой соратник Петра Первого, ветеран Полтавы Василий Никитич Татищев. Он, впрочем, более известен как историк и этнограф, автор "Лексикона Российского" и "Истории Российской с самых древнейших времен", а также и как государственный деятель - именно Татищев почитается как основатель города Екатеринбурга. Неудивительно, что здесь, в Монетной экспедиции (так иной раз называли службу при монетном дворе), работал талантливый скульптор Григорий Шумаев - автор гигантского резного креста, украшавшего некогда Сретенский монастырь и известного далеко за пределами города. Словом, Монетный двор был, кроме всего прочего, еще и этаким культурным центром, и местом сосредоточия интеллигенции Москвы. Тем более странна судьба, постигшая это строение в девятнадцатом веке. Производство монет было выведено на окраины города, а здесь разместился трактир, который в народе прозвали "Монетный". Этот трактир был известен не столько своей исторической славой, сколько одним из прислуживающих половых - старообрядцем с огромной седой бородой по кличке Козел. Над Козлом издевались подвыпившие посетители. Они ставили на середину стола бумажный пакетик, а когда Козел, принесший кушанья, пытался сдвинуть его в сторону, то обнаруживалось, что внутри лежит игрушка, козлик. Половой хватал этого козлика, скверно ругался и швырял его об пол. А впрочем, если козлик был поделкой дорогой, его ждала иная участь - тот же половой все с той же руганью утаскивал игрушку. Видимо, под старость у Козла скопилась яркая коллекция своих прообразов. Кроме того, старый Монетный двор использовался под складские помещения охотнорядских продавцов. Владимир Гиляровский вспоминал о том, как санитарная комиссия обследовала этот древний памятник: "Осмотрев лавки, комиссия отправилась на Монетный двор. Посредине его - сорная яма, заваленная грудой животных и растительных гниющих отбросов и несколько деревянных срубов, служащих вместо помойных ям и предназначенных для выливания помоев и отбросов со всего Охотного ряда. В них густой массой, почти в уровень с поверхностью земли, стоят зловонные нечистоты, между которыми виднеются плавающие внутренности и кровь. Все эти нечистоты проведены без разрешения управы в городскую трубу и без фильтра стекают по ней в Москву-реку". Лишь только в двадцатые годы двадцатого века Монетный двор приобрел историческую славу. Но слава эта была несколько своеобразна. Здесь, в одной из квартир (а в то время почти во всех зданиях образовались квартиры), обретался поэт Городецкий. Он очень гордился этим обстоятельством и хвастался знакомым, что живет в бывших палатах самого Бориса Годунова. Годунов был умерщвлен за целое столетие до того, как построили Монетный двор, но Сергей Городецкий об этом не знал.