Милиция попала

В пятницу в Одинцовском городском суде начался уникальный процесс. Слушался иск Ильи Суржина к Управлению вневедомственной охраны (УВО) при ГУВД Москвы о возмещении материального и морального вреда. Господин Суржин стал случайной жертвой во время перестрелки между сотрудником УВО и злоумышленниками, покушавшимися на заместителя мэра Москвы Иосифа Орджоникидзе. Пуля, выпущенная милиционером Александром Голиковым, попала Суржину в шею. Этот выстрел, считает истец, поломал всю его жизнь. Заседание длилось недолго. Суд постановил привлечь в качестве соответчика правительство Москвы и назначил новое заседание на 13 ноября. Пуля № 6 Около 9 утра 20 июня 2002 года Илья Суржин, девятнадцатилетний житель Лесного поселка Одинцовского района Московской области, ехал из дома в банковский лицей № 324 сдавать госэкзамен. Маршрутка, в которой сидел Илья, шла к Аминьевскому шоссе. В это же время рядом, на пересечении Рублевки и улицы Красных Зорь, "БМВ-525" со спецсигналом и фальшивым милицейским номером перегородила дорогу бронированной "Вольво", в которой из Барвихи на работу ехал заместитель мэра столицы Иосиф Орджоникидзе. Из "БМВ" выскочили трое и начали стрелять по машине чиновника. Его охранник тоже выскочил из машины и открыл огонь по нападавшим. Одна из шальных пуль залетела в маршрутку, где и находился Илья. - До того как в меня попали, я услышал выстрелов пять, - вспоминает он. - Вдруг меня подкинуло на сиденье, парализовало секунд на 15, потом почувствовал жуткую боль по всему телу. Из истории болезни Суржина И.А.: "Диагноз: левостороннее слепое огнестрельное ранение шеи; огнестрельный перелом головки первого ребра слева; контузия плечевого сплетения и симпатического ствола с нарушением движения пальцев левой кисти; ушиб спинного мозга; синдром Горнера слева; вертебробазилярная недостаточность". Мы разговариваем с Ильей спустя почти полтора года после ранения. - Плохо я себя чувствую, - жалуется он. - Рука постоянно болит. Особенно когда погода портится. Днем не так, как-то забывается, а вечером, когда расслабишься, боль усиливается. Спать мешает. Еще и зрение сильно ухудшилось. Правый глаз плохо видит. До ранения было нормальное зрение, теперь - плюс три. Из заключения баллистической экспертизы: "Представленные на исследование семь пуль относятся к стандартным пулям 9 мм патронов к пистолету Макарова. Пуля № 6, извлеченная из тела Суржина И.А., выстрелена из ствола пистолета Макарова № РВ1101 1993 года выпуска - табельного оружия охранника Голикова А.С." Прапорщик Александр Голиков, сотрудник полка милиции по охране учреждений власти и правительства Управления вневедомственной охраны ГУВД Москвы, получил за героизм, проявленный при обороне господина Орджоникидзе, орден Мужества. В тот день он находился при исполнении служебных обязанностей, поэтому отвечать за причиненный им вред по закону обязан не он лично, а все Управление вневедомственной охраны. Обсуждать эти события с "Известиями" прапорщик Голиков пока категорически отказывается. Иосиф Орджоникидзе не имеет никакого отношения к этому судебному процессу. Однако претензии Ильи направлены именно на него. - Если Иосиф Николаевич в своей мэрии занимается деятельностью, в результате которой трое киллеров стреляют в него с двух рук посреди Москвы, то, может, и мне чего-нибудь причитается, - говорит Илья. - Кроме пули, конечно. "Карьера-то моя рухнула" Кроме пули, Илье Суржину перепало 15 тысяч рублей единовременной компенсации от правительства Москвы, еще столичные власти подарили ему компьютер "Пентиум-4", заплатили 3 тысячи рублей за диагностику в госпитале им. Бурденко, 300 долларов за массаж и за бассейн, 7 тысяч за учебу в Московском институте экономики и статистики в течение одного семестра, 6 тысяч рублей подарили просто на жизнь. Деньги выдавали наличными. - А на Новый год маме позвонили и попросили прийти в мэрию за подарком, - вспоминает Илья. - Это оказался продуктовый набор в красивой корзинке. Нарезка, красная и черная икра, конфеты. Однако Илья считает, что всего этого добра недостаточно. - Карьера-то моя рухнула, - говорит он. - У меня и справка есть. Справку о "рухнувшей карьере" Илье выдали в Московском фондовом центре: "ОАО МФЦ подтверждает, что планировало принять Суржина И.А. на должность брокера с окладом 2800 рублей с 27 июня 2002 года. На работу он не явился по причине получения огнестрельного ранения". - Дело же не в зарплате, - говорит Илья. - Я бы там опыта набрался, с людьми нужными познакомился, экзамен бы сдал на брокерскую лицензию. Через два года в Сбербанке работал бы кредитным инспектором. Тысяч сорок получал бы. А получилось, что я из среды этой на год выпал, связи, источники информации - все потерял. И кому я там теперь нужен? Банковская среда очень жесткая. Свято место пусто не бывает. И инвалидов там не любят. Более-менее оправившись после ранения, Илья пришел на прием к Иосифу Орджоникидзе и попросил устроить его на Московскую межбанковскую валютную биржу. Орджоникидзе Илью устроил, но оттуда Суржина, по его словам, "вежливо попросили, поручив чересчур сложную работу". Обидевшись, Илья через голову Орджоникидзе написал письмо мэру с повторной просьбой о трудоустройстве. После этого неформальное общение с мэрией закончилось. А из московского департамента федеральной государственной службы занятости Илья получил вежливое письмо. "Уважаемый Илья Александрович, - писал руководитель департамента Сергей Дудников. - Вы хотели бы работать только в системе Сбербанка РФ или на Фондовой бирже с высоким уровнем оплаты труда (порядка 25 000 рублей). Сообщаем, что в базе данных Московской службы занятости отсутствуют вакансии таких организаций". Иосиф Орджоникидзе комментировать иск Ильи Суржина отказался. Один из его помощников заявил "Известиям", что "Иосиф Николаевич считает вопрос исчерпанным". И новые ботинки! По справке из Московского фондового центра, куда Илья собирался, пока не попал под пулю, его адвокат Наталья Белова высчитала для суда сумму утраченного после ранения заработка - 32 931 рубль 44 копейки. В общей сложности Илья Суржин просит суд взыскать с Управления вневедомственной охраны ГУВД Москвы 1 миллион рублей в счет компенсации морального вреда. И еще 67 396 рублей - за материальный ущерб. Последняя сумма включает утраченный заработок, расходы на иглотерапию и лекарства, гонорар адвоката, а также стоимость нового выходного костюма, рубашки и ботинок, запачканных кровью. Кроме того, Илья просит ежемесячно выплачивать ему 2800 рублей до "полного выздоровления и восстановления функций руки". Сейчас он живет на пенсию по инвалидности, выплачиваемую с сентября прошлого года, - 522 рубля 38 копеек. Теперь юристы УВО думают, как умерить аппетиты истца. - Пока мы не можем раскрывать все свои карты, - сказала "Известиям" сотрудник юридического отдела УВО Ольга Щеглова. - Но Александр Голиков применил оружие правомерно. Это признано прокуратурой. Карта, собственно, одна - постановление прокуратуры Москвы об отказе в возбуждении уголовного дела. Из постановления прокуратуры "В действиях Голикова А.С., причинившего здоровью Суржина И.А. вред средней тяжести, отсутствуют признаки состава преступления, так как он действовал в состоянии крайней необходимости. Своими своевременными действиями Голиков предотвратил убийство Орджоникидзе. Вред причиненный оказался менее значительным, чем предотвращенный". - Позиция Суржина понятна, - продолжает сотрудник юротдела УВО Ольга Щеглова. - Действительно, пострадал человек, что тут сделаешь. Как суд решит - не знаю. Думаю, наверное, нам придется платить. Хотя прецедентов, во всяком случае по Управлению вневедомственной охраны, не было. Из Гражданского кодекса РФ Статья 1067. Причинение вреда в состоянии крайней необходимости Вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами, должен быть возмещен лицом, причинившим его. Нормативы по стрельбе для российских милиционеров Любой сотрудник МВД должен выбивать из десяти выстрелов 75 очков с 25 метров. Но у каждого подразделения МВД - свои нормы и своя система зачетов. Сотрудник уголовного розыска перед стрельбой должен 20 раз отжаться, сотрудник ОМОНа стреляет на бегу и в кувырке, "гаишники" - из окна движущейся автомашины. Что касается сотрудников Вневедомственной охраны, то они стреляют "на время". За 12 секунд надо выхватить пистолет, передернуть затвор, снять с предохранителя и произвести четыре выстрела по грудному силуэту с 20 метров. Зачет считается сданным, если все четыре пули попали в цель. Стрельбы для всех подразделений происходят два раза в месяц. Александр АНДРЮХИН