Союз "Аль-Каиды" с "Аум"

Стартовавшая в пятницу в прокате японская "Королевская битва-2" идет в большом количестве кинотеатров. Как ее, интересно, воспримут? Даже на вечерней средовой премьере в кинотеатре "МДМ", куда позвали людей не случайных, реакция зала была неадекватной. Казалось, пришедшие впервые в жизни увидели японцев - и очень удивились. Между тем это редкий фильм, заставляющий делать глобальные политические выводы. БОЙНЯ № 1. "Королевская битва-1", сделанная патриархом режиссуры Киндзи Фукасаку, стала синефильской сенсацией 2001 года. Фильм был столь жестоким, что даже в Японии, где харакири - непременная составляющая культуры, его чуть было не запретили. Но на продвинутых фестивалях типа Роттердамского фильм шел под хохот зала. В отличие от московского хохота на "Битве-2" он был адекватным. "Битва № 1", в которой ради укрепления духа нации один из выпускных классов по жребию забрасывали на отдаленный остров и там детишки за трое суток были обязаны перебить друг друга, конечно, затевалась как игра в дикое кино 90-00-х годов. Смех рождало уже то, что доброго садиста-военрука, куратора эксперимента, изображал гуру мировой режиссуры Такеси Китано, которого в фильме для полноты стеба звали "Учитель Китано". Этот - как всегда обаятельный - Китано, на корню пресекая бунт в классе, приканчивал школьницу с миленьким японским личиком точным броском финки в лоб. Такой фильм могли снять только в Японии и никогда (как утверждали заокеанские журналисты) не сняли бы в Америке - именно потому, что в японских школах, в отличие от американских, никто не врывается в родные классы с автоматическими винтовками в руках. Однако фильм все-таки можно было рассматривать как актуальный и социально критический, направленный против той самой, внешне благополучной, системы японского школьного воспитания. Он говорил о том, что смиренно следовать воле учителя и общим правилам (в "Королевской битве" совсем уже нелепым) отнюдь не всегда хорошо. Одновременно, кстати, вышли и другие японские фильмы, утверждавшие, что существующая в стране система воспитания подавляет личность. БОЙНЯ № 2. Во время съемок сиквела мэтр Киндзи Фукасаку умер от рака, завещав завершить работу своему сыну Кента - сценаристу и продюсеру картины. Возможно, дело именно в Кента, но фильм получился совсем иным. В нем тоже пытаешься обнаружить - и иногда вроде бы обнаруживаешь - иронию, тем не менее картина про "бойню № 2" серьезная, идеологическая, даже временами пафосная. Смех тут неуместен. Забегая вперед, замечу, что суровое моральное осуждение режиссерской позиции, на взгляд автора этих строк, не уместно тоже. Кинематограф - тот редкий вид творчества, к которому глупо подходить с моральными оценками. Это книгу пишет один человек, а фильм делают очень много людей, и он требует капиталовложений, следовательно, резоннее рассматривать кинематограф как срез умонастроений, отражение мифов и идеологий, имеющих массовый характер. Особенно в том случае, если картина - как "Королевская битва-2" - становится рекордсменом своего национального проката (собрала в Японии $17 млн) и в ней сочли нужным сняться ведущие актеры (от звезды фильмов Такаси Миике про якудзу Рики Такеучи до того же Такеси Китано, мелькающего в эпизоде воспоминаний). То, что носит массовый характер, лучше не осуждать с пеной у рта, а для начала фиксировать в сознании. И делать выводы. В "Битве № 2" избранный для кровавой работы новый "9-Б" класс опять забрасывают на уединенный остров и вновь дают ему 72 часа на выживание. Но цель теперь не перебить друг друга, а уничтожить банду юных террористов "Дикая семерка", которую возглавляют двое подростков, юноша и девушка, единственные выжившие в бойне "Королевской битвы-1". Улизнуть от боя с террористами школьники не могут. Как и в первом фильме, каждому нацепили ошейники, которые можно взрывать из центра управления операцией. Если находится бунтарь или строптивец, ему просто отрывают башку. Больше того: каждый на сей раз имеет пару. Разойдетесь на расстояние более пятидесяти метров, взорветесь оба. Сцена высадки десанта на остров под пулями и минами террористов однозначно напоминает о начале "Спасения рядового Райана". Финальное сражение и вовсе длится рекордные (жаль, не засек время) минут, наверное, тридцать, и трупы неисчислимы. Фокус, однако, в том, что в этой последней схватке редкие оставшиеся в живых представители "9-Б" сражаются уже на стороне террористов - со штурмовым отрядом спецназа. Школьники осознали террористическую правоту своих ровесников из "Дикой семерки". Кое-что про террористов. 1. Они объявили войну паршивому жизненному укладу, установленному взрослыми, и намерены вести войну до последнего взрослого. 2. Им уже удалось (внимание!) взорвать в первых кадрах токийские небоскребы-близнецы, которые рухнули в точности так же, как башни-близнецы Всемирного торгового центра. 3. Террористы безусловно благородны, и правда на их стороне. 4. Они черпают моральные силы, периодически посещая Афганистан (куда в очередной раз перебираются в финале фильма), поскольку тамошний народ, несмотря на двадцать лет войны, не утратил доброты и способности улыбаться. 5. Паршивый мир взрослых, в отличие от фильма № 1, это не взрослая Япония с ее тоталитарной системой воспитания и кровавой игрой по укреплению духа школьников. Паршивость обусловлена мировым порядком, установленным одной не называемой в фильме державой, перед которой трусливо заискивает возникающий на экране японский марионеточный премьер-министр. О ком и чем речь, понять легко: несколько раз как заклинание перечисляются другие двадцать две страны, которые эта монструозная держава успела разбомбить, убив (как опять-таки повторяют в фильме) восемь миллионов человек: Вьетнам, Афганистан, Гренада, Никарагуа, Ливия, Сомали, Югославия, Босния, Ирак и т.д. "Мы, дети мира, не позволим себя разбомбить", - говорит идеолог террористов. Не удивлюсь, если в столе режиссера Кента Фукасаку лежит сценарий "Королевской битвы-3", в которой отважные борцы с несправедливым мировым порядком взрывают небоскребы уже не в Токио, а в некоем крупном неназываемом заокеанском городе. Экранизировать такой сценарий пока, впрочем, затруднительно. Так что на месте московской публики я не ржал бы во время просмотра "Битвы-2", воспринимая происходящее на экране как особо бзиковый японский абсурд. "Битва-2" и ее сверхуспех в Японии, возможно, самое точное на сегодняшний день кинематографическое свидетельство того, что мы живем (аккуратно подбираю слова) в новом и очень непростом мире. ФРАЗА ИЗ ФИЛЬМА. ПРОИЗНЕСЕННАЯ ЛИДЕРОМ ТЕРРОРИСТОВ И ПРОХОДЯЩАЯ НА "УРА": "Когда-нибудь видели такое оружие? АКМ-47. Автомат Калашникова. Международный символ партизанской войны". ДРУГАЯ ФРАЗА (на фоне падающих башен-близнецов): "Черт, сколько их ни взрывай, в этой стране ничего не изменится. Но другого пути я не знаю".